В конце сентября комитет по финансовым услугам Палаты представителей Конгресса США принял интересные поправки в закон Додда—Франка (закон о банках и банковском надзоре), суть которых в снижении требований к резервам по кредитам и банковскому капиталу, рекомендованных в Базеле III. Теперь резервы по кредитам будут начисляться не в соответствии с процедурой оценки рисков, прописанной в Базеле III, а в соответствии с текущей достаточностью собственного капитала банков относительно привлеченных средств. Это самое крупное движение в сторону смягчения регулятивных требований к банкам в развитых странах за последние восемь лет. Аналогичные поправки готовятся и в законы о банках и банковской деятельности в Великобритании, ЕС и Японии. Обсуждения этих поправок активно ведутся в государственных кругах этих стран с 5 сентября 2016 года, после встречи G20 в Китае.

Это самое крупное движение в сторону смягчения регулятивных требований к банкам в развитых странах за последние восемь лет

Чем ответит ЦБ? Напомним, что главным аргументом Центробанка РФ, потребовавшего внедрения принципов Базеля III в 2012 году, было «не отставать от международной финансовой системы».

Изменениям в банковском законодательстве США предшествовал целый ряд интересных событий. Сам по себе закон Додда—Франка был принят в целях обеспечения стабильности банковской системы США перед лицом глобального финансового кризиса. В 2010 году в этот закон были внесены определенные правки, согласно которым Базель III для американских банков превратился из рекомендательного документа в обязательный к исполнению. А Базельский комитет по банковскому надзору стал координатором работы Совета надзора по стабильности финансовой системы в США и соответствующих департаментов в европейских странах.

Активные обсуждения целесообразности столь жестких регулятивных мер по отношению к банковскому сектору начались уже конце 2010 года, притом и в ЕС, и в США. Однако до недавнего времени европейским и американским банкирам приходилось работать в состоянии невыгодного для них компромисса между требованиями законодательства и привилегиями, предоставляемыми их юрисдикциями. А центробанки европейских стран периодически заявляли, что избыточные регулятивные меры вредят экономическому развитию. В результате на фоне снижения прибыли в банковском секторе и вялого экономического роста, никаких решений по снижению регулятивного бремени принято не было.

Выход Великобритании из ЕС означает необходимость принятия собственных законов о банках и банковской деятельности до конца года

Наконец, случился Brexit, ставший сигналом к возможному освобождению британских государственных органов от бюрократических сложностей, связанных с членством в ЕС. Кроме того, выход Великобритании из ЕС означает необходимость принятия собственных законов о банках и банковской деятельности до конца года. Эти законы не мешали бы банкам работать со своими европейскими и американскими партнерами в прежнем формате, но вместе с тем были бы достаточно гибкими для обеспечения роста банковской системы страны. Одним из первых вопросов в повестке дня нового правительства Соединенного королевства был именно вопрос об избыточном регулировании и отмене ряда требований Базеля III. Вряд ли можно считать совпадением, что обсуждения ослабления регулятивного давления на банковский сектор в Палате представителей Конгресса США начались приблизительно в то же время — в начале августа.

В итоге США сделали решительный шаг в сторону либерализации; когда аналогичные шаги сделают Великобритания и ЕС, это вопрос времени. Поможет ли это мировой экономике расти? Скорее всего, поможет. По крайней мере, 18 октября, согласно данным департамента труда США, инфляция впервые за полтора года в период с августа по сентябрь составила 1,5% и динамика к ее росту сохраняется. Ведомство впервые за два года сделало прогноз о разгоне инфляции до 2% до конца года.

Жесткая позиция ЦБ была продиктована обеспечением стабильности банковской системы при активных внешних заимствованиях и, как показали 2014–2015 годы, она была небесполезной

В России же, помимо жесткой монетарной политики, которой ЦБ продолжает придерживаться в целях дальнейшего снижения инфляции, приняты основные рекомендации Базеля III относительно создания резервов и достаточности капитала. Напомню, что еще в 2012 году, когда принципы этого соглашения были внедрены, целый ряд крупных банков едва-едва вписался в эти требования. А более половины топ-100 кредитных организаций вынуждены были либо докапитализироваться, либо спешно избавляться от непрофильных активов. Тогда жесткая позиция ЦБ была продиктована обеспечением стабильности банковской системы при активных внешних заимствованиях и, как показали 2014–2015 годы, она была совсем небесполезной. Закрытие западных рынков капитала и удорожание условий по привлечению зарубежных кредитов российская банковская система пережила относительно спокойно.

Снижение ставок в среднем на 0,5 п.п. при снижении доходов россиян в среднем на 19% с начала года и инфляции в 6,2% в год вряд ли способно стимулировать спрос

ЦБ преследовал еще одну цель: привести российское банковское регулирование в соответствие с западным, что, по мысли руководства Банка России, должно было обеспечить более дешевое заимствование. В 2012–2013 году это действительно сыграло свою положительную роль: в 2013 году банки действительно заняли больше, чем в 2011-м и 2012-м вместе взятых.

Сейчас же, когда внешний долг российских банков за два года сократился более чем вдвое и составляет менее $130 млрд, западные рынки капитала продолжают быть закрытыми. А новые займы за рубежом очень дороги и подвержены дополнительным рискам в связи с волатильностью рубля. Поэтому аргументы ЦБ относительно сохранения регулятивных мер в прежнем объеме трудно назвать вескими. Недавняя тенденция к снижению ставок на некоторые банковские продукты (в первую очередь — ипотеку) кредитованию вряд ли поможет. Снижение ставок в среднем на 0,5 п. п. при снижении доходов россиян в среднем на 19% с начала года и инфляции в 6,2% в год на фоне общей высокой себестоимости кредитов вряд ли способно стимулировать спрос.

Если обновленная команда Банка России объявит о пакете мер по смягчению регулирования банковского сектора, это может произвести весьма впечатляющий эффект на состояние банковского сектора

Фондовые и долговые рынки, за исключением рынка ОФЗ, продолжают находиться в глубокой стагнации и пока регулятивными методами оживить их не получается. Вместе тем проблем с ликвидностью банковская система не испытывает, а значит, обладает очень хорошим экономическим потенциалом. Если и смягчать регулирование, то с точки зрения текущей ситуации на финансовом рынке лучшего периода, чем сейчас, не найти. Пойдет ли на этот шаг ЦБ и каким он будет? Если смягчение регулирования ограничится небольшим смещением коэффициента при начислении резервов по розничным кредитам, эта мера российской экономике поможет не больше, чем недавнее снижение ключевой ставки на 0,5 п. п. То есть — никак.

Если же обновленная команда Банка России под конец года объявит о пакете мер по смягчению регулирования банковского сектора, пусть даже только в отношении начисления резервов и банковской отчетности, это может произвести весьма впечатляющий эффект на состояние банковского сектора. Возможно, в начале года уверенный рост покажут не только топ-20 банков, но и средние и малые банки. На них, кстати, по мысли ЦБ, и должна лечь основная нагрузка по финансированию малого и среднего бизнеса, который уже три года подряд называют будущим локомотивом российской экономики.

 

Иллюстратор: Ольга Манолова.