Банк России может вернуться к выпуску своих собственных облигаций, так называемых ОБР, или, как привык называть их банковский рынок, «бобров». О том, что облигации Банка России могут быть размещены в течение ближайших двух-трех месяцев, и объем их эмиссии может составить несколько десятков миллиардов рублей, заявила глава ЦБ РФ Эльвира Набиуллина в ходе Санкт-Петербургского международного финансового конгресса в конце июня 2016 года.

Банку России нужно это размещение для того, чтобы понять предпочтение рынка

«Выпуск облигаций Банка России с точки зрения управления ликвидностью — такой необходимости не видим, поскольку мы находимся в условиях структурного дефицита ликвидности. Но мы готовы провести тестовое размещение нескольких десятков миллиардов рублей в течение двух-трех месяцев»,— заявила Набиуллина.

По ее словам, Банку России нужно это размещение для того, чтобы понять предпочтение рынка. «Мы готовы это размещение сделать, даже когда будет сохраняться структурный дефицит ликвидности, чтобы опробовать этот инструмент»,— добавила глава ЦБ.

Последний раз Центробанк проводил аукцион по размещению своих облигаций в 2011 году

«Бобры» впервые появились на российском рынке сразу после финансового кризиса августа 1998 года и пользовались статусом государственных ценных бумаг, несмотря на то что их выпускал не Минфин, а именно Банк России. Номинал облигации с тех пор остался неизменным — 1 тыс. рублей. В тот период выпуск ОБР был призван заменить для большинства банков исчезнувшие из обращения ГКО и ОФЗ, в которые до дефолта по госбумагам банки вкладывали свои свободные ресурсы.

Последний раз Центробанк проводил аукцион по размещению своих облигаций 22 сентября 2011 года. Заявленный тогда к размещению объем составлял 5 млрд. рублей. Но именно размещение конца сентября 2011 года было признано несостоявшимся из-за отсутствия спроса на бумаги, поскольку в российском банковском секторе на тот момент не хватало ликвидности.

Сегодня структурный дефицит ликвидности сохраняется, но к концу уже этого года он может перерасти в профицит

И вот ЦБ решил вернуться к выпуску бумаги, нужды в которой не было почти пять лет и необходимость размещения которой до сих пор не очевидна даже самому эмитенту. Старший портфельный управляющий УК GHP Group Федор Бизиков отмечает, что ответ на вопрос, зачем ЦБ нужен выпуск «бобров», дала сама Набиулина. И звучит этот ответ так: «Чтобы опробовать этот инструмент монетарной политики и понять предпочтения рынка». По его словам, сегодня структурный дефицит ликвидности сохраняется, но к концу уже этого года он может перерасти в профицит. Поэтому ЦБ должен иметь все инструменты управления ликвидностью заранее и держать их наготове. Нужно это, в том числе, и для того, чтобы ЦБ было легче бороться со своим врагом номер один — инфляцией.

Возможно, ЦБ хочет протестировать само наличие желания у банков покупать этот инструмент. «А можно сказать, что уже ЦБ намерен заранее откачать ликвидность с рынка и обкатать инфраструктуру торгов ОБРами, которая могла „заржаветь” от застоя и неиспользования»,— считает Бизиков.

В отличие от государства, допустившего дефолт по ГКО в августе 1998 года, Банк России всегда вовремя платил по своим долгам

Для кредитных организаций вложения в ОБР частично могут решить проблему стерилизации избытка ликвидности на банковском рынке, говорит генеральный директор УК Perama Ольга Мещерякова. Но, по ее словам, избыток банковской ликвидности — логичное следствие сокращения объемов кредитования, и в корне решить эту проблему могут лишь меры по стимулированию кредитной активности игроков.

Одновременно ЦБ может протестировать и доходность, по которой облигации могут заинтересовать рынок. Ведь понятно, что ОБР — это актив высшей категории защищенности, наравне с государственными облигациями. Кроме того, в отличие от государства, допустившего дефолт по ГКО в августе 1998 года, Банк России всегда вовремя платил по своим долгам. А это означает, что и доходность «бобров», как очень надежной бумаги, будет низка.

Что касается собственно будущего выпуска ОБР, то во многом интерес к нему будет зависеть от механизма инструмента, отмечает Ольга Мещерякова. Она считает, что если купон будет плавающим и привязанным к ключевой ставке ЦБ, то можно говорить о появлении интересного финансового инструмента, ориентированного на понятный для рынка индикатор. Федор Бизиков полагает, что если ОБР будут иметь доходность, близкую к учетной ставке ЦБ, то они уже будут интересны рынку.

Раньше ОБР были доступны для покупки только банкам. Но мы живем в такую эпоху, когда финансовый рынок очень быстро меняется,— вот уже и операции РЕПО стали доступны не только банкам, но и практически всем игрокам финансового рынка. Интересны ли будут облигации ЦБ другим участникам рынка, например управляющим и инвестиционным компаниям?

Бумаги Центробанка в чем-то похожи на предложения банков по размещению остатков средств на коротких депозитах

При фиксированном купоне такой инструмент, как ОБР, может быть интересен участникам рынка и за пределами банковской системы, например управляющим, но лишь в том случае, если Банк России предложит рынку премию, полагает Ольга Мещерякова. Такая премия может составить минимум 35–50 базисных пунктов к значениям кривой релевантного по дюрации выпуска ОФЗ — бумаги со схожими характеристиками и уровнем риска. «Если такая премия будет предложена, то, на мой взгляд, выпуск ОБР может заинтересовать управляющих в качестве возможности диверсификации портфеля. Если же доходность ОБР будет равна доходности ОФЗ или меньше, то бумага вряд ли заинтересует широкий круг инвесторов»,— считает Ольга Мещерякова.

«Безусловно, чем больше инструментов, тем лучше. Бумаги Центробанка в чем-то похожи на предложения банков по размещению остатков средств на коротких депозитах»,— соглашается с Мещеряковой Федор Бизиков.