Банк России намерен создать для центрального контрагента нормальную правовую основу и специальный режим регулирования, надзора и наблюдения, полностью ориентированные на его специфический профиль деятельности», — сообщил Сергей Моисеев журналистам. Дело в том, что сегодня в России действуют три центральных контрагента, один из которых при этом имеет банковскую лицензию. И хотя все три ЦК выполняют одинаковую работу и несут схожие риски, к ним предъявляются различные регуляторные требования. Банк России ставит перед собой задачу унифицировать правила игры.

Кроме того, регулятор стремится подвести российскую правовую базу под международные стандарты, без соблюдения которых Московская биржа не сможет сохранить свою нынешнюю роль. «Мы не хотим потерять российский рынок клиринга деривативов, — говорит Моисеев. — Мы не можем оставаться на обочине международной реформы централизованного клиринга, которая полным ходом идет в странах G20. Мы не хотим, чтобы клиринг по российским инструментам переместился в Лондон, Чикаго или куда-то еще. Для сохранения российского рынка клиринга необходимо обеспечить достойную институциональную основу для центрального контрагента, которая была бы гармонизирована с международными требованиями».

Мы не хотим, чтобы клиринг по российским инструментам переместился в Лондон, Чикаго или куда-то еще.

Что хочет ЦБ от ЦК

Итак, в чем суть предлагаемых Центробанком поправок. В первую очередь ЦК должен будет обладать двумя лицензиями — как клиринговый центр и как небанковская кредитная организация. Это означает, что крупнейший центральный контрагент — Национальный клиринговый центр — будет вынужден отказаться от банковской лицензии, которая в настоящее время дает ему определенные преимущества по сравнению с двумя другими российскими ЦК.

Взамен Банк России готов предоставить всем ЦК равные возможности. «Банк России планирует предоставить им (ЦК. —Bankir.Ru) выход в платежную систему Банка России, возможность рефинансироваться в центральном банке, возможность открывать корсчета в Банке России и клиринговых банках, а также предоставить возможность выхода на денежный рынок для управления ликвидностью и дефолт-менеджмента», — перечислил Сергей Моисеев.

Законопроект устанавливает минимальный размер собственных средств центрального контрагента — 300 млн руб. Будут унифицированы требования к риск-менеджменту. «Мы намерены разработать для ЦК специальные нормативы, отличные от банковских и ориентированные на их профиль рисков и масштабы деятельности, — сообщил Моисеев. — Они получат возможности проведения банковских операций, за некоторым исключением. Им не нужно привлекать вклады населения, выдавать корпоративные кредиты и прочее. Перечень операций должен быть ограничен функционалом ЦК. Фактически это будет ограниченная банковская лицензия».

Банк России планирует предоставить ЦК выход в платежную систему Банка России.

Обеспечение непрерывности работы клиринга для клиента — одна из целей, которую ставит Банк России, инициируя законопроект. Клиент должен быть уверен, что его сделка будет доведена до конца даже в случае несостоятельности центрального контрагента. Впрочем, сама ситуация, когда «все разворовано», будет невозможна, заверяют в ЦБ. Во-первых, участники рынка будут находиться под ежедневным контролем регулятора, во-вторых, требования к IT-составляющей работы центральных контрагентов позволят минимизировать негативные последствия сбоев на биржах.

«Мы намерены установить повышенные требования к надежности и безопасности, — делится планами ЦБ Сергей Моисеев. — Это, в частности, наличие дублирующих систем, операционный аудит, сетевые подключения и аппаратно-технические средства, „горячий” и „резервный” офис, аутсорсинг внешних IT-систем. Все это будет сделано на высоком международном уровне».

Чтобы перейти на новые правила, у двух небольших центральных контрагентов будет пять лет. К лидеру рынка — НКЦ — регулятор предъявляет более жесткие требования, выделяя ему на переходный период всего два года.

Три ЦК на страну

НКЦ в России имеет рейтинг выше суверенного, выше рейтинга Российской Федерации. 

В России сегодня, как мы уже сказали, действуют три центральных контрагента. Крупнейший — Национальный клиринговый центр, представляющий услуги ЦК на всех рынках Московской биржи. Два других работают при Санкт-Петербургской бирже, специализирующейся на энергоносителях, и на РТС, профиль которой — валютные торги.

В Банке России не скрывают, что при разработке законопроекта опирались прежде всего на практику работу Национального клирингового центра, который признан регулятором как системнозначимый и квалифицированный центральный контрагент. «НКЦ в России имеет рейтинг выше, чем какой-либо другой банк в России, — подчеркивает Моисеев. — Более того, он имеет рейтинг выше суверенного, выше рейтинга Российской Федерации. Это единственный прецедент в России, что является отражением наших совместных усилий по поддержанию его устойчивости и надежности».

При этом Моисеев отмечает, что законопроект вовсе не направлен на вытеснение с рынка двух небольших центральных контрагентов. «Мы хотим обеспечить равные и справедливые условия конкуренции на рынке клиринга, чтобы другие центральные контрагенты, действующие или будущие, если они будут создаваться, имели те же операционные возможности, которые есть сейчас у самого крупного ЦК на Московской бирже», — подчеркнул Моисеев в беседе с журналистами.