Полагаю, довольно тривиально напоминать старую истину: «Суровость российских законов легко компенсируется необязательностью их исполнения». На финансовом поприще — апгрейд этой истины: суровость российских законов теперь «компенсируется» невозможностью их исполнения.

1 октября вступают в силу первые статьи закона о регулировании рынка форекс в России. 1 января будущего года закон начинает действовать в полной мере. Форекс-компании России («белые», разумеется, а не «кухни» и «пирамиды») долго его ждали. А теперь не знают, что делать.

Напомню предысторию. После нескольких лет дискуссий рынок форекс наконец обрел официальное признание — попал в зону юрисдикции созданного мегарегулятора российского финансового рынка. После более чем пятнадцати лет «полуподпольного» существования один из самых мощных сегментов финансовой отрасли обрел шанс работать в правовом пространстве, как говаривали в приснопамятные девяностые. В 2014 году был принят закон о регулировании рынка форекс. 1 октября 2015 года и 1 января 2016 года — даты вступления в силу его положений.

Требования закона оказались, мягко говоря, суровее ожидаемого и эклектичнее возможного.

По пунктам. Все форекс-компании (они же форекс-брокеры) должны впредь именоваться форекс-дилерами. Ладно, переименуются.

Кредитное плечо, предоставляемое клиентам, не может быть выше 1:50. Этот уровень обычно гарантирует некоторое увядание форекс-рынка (как показывает опыт других стран),— но ладно, крупнейшие игроки рынка готовы принять и это.

Требования к уставному капиталу форекс-дилеров — 100 млн руб. Для биржевых брокеров установлен уровень 35 млн руб. Почему «дороже стоит граф» — никто не понял, но и это не сочли смертельным. Напротив, защитит рынок от сомнительных фирмешек.

Фактическое лицензирование — окей, нет проблем.

Программное обеспечение должно быть российским — это, позвольте спросить, как? 

Программное обеспечение должно быть российским — это, позвольте спросить, как? В Госдуме тексты законопроектов набирают без помощи «ворда», «виндоус» и прочих майкрософтов — на российском? Нет? Тогда почему? И как отделить в современном мире одно от другого?

Эти требования — из числа суровых, но выполнимых. А вот далее начинаются чудеса. В решете отечественной юрисдикции. Закон предписывает форекс-компаниям с 1 октября держать деньги клиентов в системе номинальных банковских счетов. Логика есть: это позволяет защитить деньги форекс-трейдеров от соблазна компании запустить в них руку. Но вот беда: системы номинальных счетов в российских банках де-факто нет. И за оставшиеся десять дней едва ли предвидится. Этим летом в ходе опроса, проведенного Ассоциацией региональных банков России, ВСЕ банки (за исключением Альфа-банка) дали отрицательный ответ на вопрос, обладают ли они системой номинальных счетов. Как говорил бургомистр из старого фильма «Тот самый Мюнхгаузен»: «Иногда мне кажется, что это он. А иногда — что нет, ну нет, ну нет».

Означает ли это, что вступление закона в силу отложено, а демиурги финансового права занялись срочным созданием института номинальных банковских счетов? Вопрос риторический.

Идем далее. 1 января закон о регулировании рынка форекс вступает в полную силу. А 11 января — начинает противоречить вступающему в столь же полную силу закону о саморегулируемых организациях (СРО) на финансовых рынках. По первому закону на рынке форекс действует одно конкретное СРО. А по второму — должно быть как минимум два. Как-то так.

Означает ли это, что вступление закона в силу отложено, а демиурги финансового права занялись срочным устранением противоречия между двумя законами? Вопрос риторический.

Итак, 1 октября форекс-компании должны выстроить свою работу на российском рынке в соответствии с законом. Отправить деньги клиентов на номинальные счета, которых нет. И записаться в единственное СРО, которое станет нелегитимным уже 11 января. Шах и пат.

Но есть в случае с форекс-рынком одна закавыка. Он, понимаете, виртуальный. Размазанный в Сети. И никто не помешает российскому гражданину зайти на сайт ЛЮБОЙ форекс-компании мира и торговать там. На свой страх и риск, правда. Ну, он именно так и торговал до того дня, когда мы озаботились тем, чтобы цивилизовать этот рынок при помощи нового закона.

Правда, в этом случае деньги российского клиента окажутся не только не на номинальных, но и вообще на счетах, далеких от России. Ну да, у нас страна богатая — переживет без этого ресурса. И есть образцы для подражания: с 2008 года российский бюджет «пережил» без того 1% поступлений, который давали изгнанные из страны казино. Правда, говорят, в результате ТОГО закона образовался некий подпольный рынок игорных заведений. Врут, наверное…