- Насколько жизнеспособна идея создания специализированной структуры — банка, агентства — для урегулирования «плохих» долгов?

- Здравое зерно тут есть. Дело в том, что у банков появилась необходимость заниматься не только списанием «плохих» долгов или их пролонгацией, но и ресруктуризацией бизнеса «плохих» корпоративных заёмщиков. Но бизнес промышленных предприятий — для банков совсем сложная штука, в которой у них нет компетенции. И в связи с этим возникла идея создать что-то типа АСВ для нефинансового сектора.

- А там-то где взять специалистов?

- Это главный вопрос. Пока непонятно откуда. Звучала, например, идея: решение проблем с долгами малого и среднего бизнеса поручить МСП Банку, поскольку он работает с МСБ и какой-то опыт накопил. Но и к самому МСП Банку есть вопросы: он как-то вяло присутствует на рынке и даже если возьмётся за расчистку проблемной задолженности небольшого бизнеса, это будут гомеопатические дозы. Были мысли по поводу Агентства кредитных гарантий. Но там ещё проблематичнее, на мой взгляд: команда новая, и сразу их бросать на «плохие» долги — вряд ли потянут. Озвучивалось и предложение набрать специалистов из компаний с приставкой «капитал», созданных банками в прошлый кризис как раз для таких целей, — тех, кто по существу и занимался урегулированием «плохих» активов. Но там люди тоже звёзд с неба не хватали, судя по предыдущей практике.

В общем, идея как некая абстрактная формула — да, неплохая. Но применительно к российским реалиям — не знаю. Всё упирается в команду.

- Есть и другая модель подобного института. Структура не занимается реструктуризацией бизнеса «плохих» заёмщиков, а является местом, куда можно «сдать» плохие долги, продать их за какие-то деньги.

- В прошлый кризис эту идею тоже обсуждали. Всё равно остаётся вопрос, кто будет выполнять функцию работы с заёмщиками, вытаскивать его из состояния полубанкротства, — полностью на государство «плохие» активы вешать нельзя. В той или иной форме этим должен, наверное, заниматься сам банк, который долги «сдаёт»: он должен нести ответственность за качество своих активов. А государство просто на время закроет глаза на то, что это неликвидный актив, и позволит считать его как бы ликвидным.

Похожие идеи были реализованы в некоторых латиноамериканских странах. Каждый нуждающийся в помощи банк разделился на «плохой» и «хороший». В «плохой» сбрасывались проблемные долги, а «хороший» докапитализировался за счёт необращаемых государственных ценных бумаг, что позволяло ему выполнять нормативы и выглядеть более или менее прилично. Через какое-то время «хороший» банк выкупал активы обратно.

В принципе такая схема возможна. Но опять вопрос: насколько банки окажутся успешными, чтобы через какое-то время принять на себя обратно не очень «хороший» долг? Полагаю, в большинстве случаев они с этими задачами не справятся.

- Тем более что у нас уже был не очень удачный опыт «раздвоения» банков. В период кризиса 1998–1999 годов некоторые ведущие тогда банки использовали схемы создания бридж-банков: в «старом, плохом» банке оставляли все «плохие» активы, а в новый забирали все «хорошие».  Тогда идея с «раздваиванием» себя скомпрометировала, мне кажется.

- Там-то задача решалась другая, простая: оставить с носом западных кредиторов — с чем, собственно, бридж-банки успешно и справились. Западных кредиторов они поставили перед фактом, что теперь те имеют против своих требований кучу «мусора». А сколько из этого «мусора» им позволят превратить в «живые» деньги, столько и позволят.

Но сейчас-то нужно уже не с западными кредиторами разбираться, а с российскими вкладчиками. И вряд ли государство позволит так с ними поступить. А случись такое, за это нужно будет очень строго наказывать. Думаю, найдётся статья.

Теоретически можно попытаться создать схему, чтобы на какое-то время «плохие» активы  снимать с баланса, а потом снова в банк возвращать. Хотя, если честно, нет особой надежды на успешность. Вот на что может быть надежда — на работу банков с долгами аффилированных компаний, с кредитами, выданными собственникам. Большая часть таких долгов, конечно, замаскирована, и по МСФО такие заёмщики не отражаются как связанные. Если бы эту неявно аффилированную часть портфеля банки действительно попытались за какие-то годы превратить в ликвид, они могли бы справиться. Здесь-то они как раз понимают нюансы бизнеса, потому что это их родственный актив.

- Вопрос только в доброй воле — и собственников, и регулятора, перед которым банкам придётся сознаться в скрываемых грехах.

- Мне кажется, можно было бы попробовать поработать с этой идеей — для банков, готовых честно «раскрыть карты». В этой области могут быть хорошие результаты. Но над собственниками таких банков должен висеть дамоклов меч: если они попытаются активы куда-то вывести, то последствия для них будут не очень хорошими. Уголовное наказание главы банка ВЕФК А. Гительсона — очень правильный сигнал. Побольше бы таких сигналов, пусть собственники банков начнут задумываться над тем, чтобы как-то поаккуратнее использовать предоставленные им ресурсы клиентов и вкладчиков. Нести ответственность за неликвиды, которые по их вине образовались на балансе подконтрольного банка.