Роман Авдеев:

Конец свободе слова?

На прошедшей неделе в Госдуму должен был быть внесен законопроект, который приравнивает популярные блоги к средствам массовой информации. Эта новость просто не могла не всколыхнуть общественность, сразу же начались разговоры о том, что это конец свободе слова и т.п.

По новым правилам, человек, чью страницу в Интернете посещают не менее 3 тысяч раз в сутки, обязан соблюдать те же нормы, что и СМИ, а именно: проверять достоверность размещенной информации, не распространять сведения о частной жизни граждан, выполнять правила предвыборной агитации и указывать возрастные ограничения для пользователей.

Я подхожу под популярного блогера по всем критериям, но у меня возникло несколько вопросов по содержанию и администрированию этого закона. Мне кажется, что его смело можно назвать «законом Алексея Навального и иже с ними». Я считаю, что здесь смешались совершенно разные понятия – ответственность, политическая деятельность и закон о СМИ. Если раньше Алексей Навальный и был блогером, то сейчас он политик, который использует интернет-площадку для своих целей. И тут должно быть совершенно иное законодательство. Понятно, что необходимо прописать ответственность политиков, СМИ и блогеров, но нужна градация. У каждого должны быть свои правила игры!

Когда говорят, что в Интернете легко можно оклеветать или оскорбить человека, но практически невозможно призвать к ответу, это не так. Я не берусь судить правильно это или нет, но, ведь Виктора Шендеровича призвали к ответу за его высказывания.

Безусловно, блогер не должен писать клевету, но при этом я не очень понимаю предложение депутата Вадима Деньгина, который считает, что в том случае, если блогер нашел какую-то негативную информацию на человека или структуру, он должен обратиться в компетентные органы, получить заключение и только после этого публиковать заметку. Я не очень понимаю, как это будет происходить в действительности. Неужели структуры будут давать ответы на запросы блогеров, и в какие сроки, если даже СМИ не всегда получают своевременные ответы на их запросы?

Лично я часто перепечатываю тексты френдов или ссылаюсь на их слова в своей заметке, и как же в таком случае проверить достоверность? Если этот закон вступит в силу, то, безусловно, подобных вещей я уже делать не стану.

В принципе новый закон никак не отразится на свободе слова, но он приведет к значительному сокращению тем для обсуждения, плюс многие тексты потеряют свою своевременность, а это негативно отразиться на блогосфере.

Нельзя лишать людей пространства для коммуникаций, места, где они могут высказать свое мнение, выпустить пар. Я не хочу проводить никаких параллелей, но когда в Египте отключили Facebook и twitter, люди просто вышли на улицы… Нужно ли нам это?

Анатолий Гавриленко:

Где спокойнее

В ответ на призыв г-на Шувалова вернуть домой российские публичные компании, бумаги которых торгуются на зарубежных площадках, Владимир Евтушенков заявил РБК, что его компания уходить с Лондонской биржи не собирается: «Рисков нет только на кладбище, вот где спокойно».

Но Шувалов считает, что «Надо сейчас к этому вопросу очень серьезно подойти всем эмитентам». Заставлять пока не хотят, но рекомендуют серьезно проанализировать риски.

Лично я до конца не понял каких рисков здесь больше. От западных санкций или от не послушания советов отечественных начальников .

Считаю, что давно пора российским эмитентам переходить работать на отечественные площадки. Понимаю, что, как сказано в РБК, Андрею Шеметову и так неплохо и ликвидности хватает. А вот отечественному инвестору может и хватает, но не очень.

Вот то, что идет некое понуждение сверху, нравиться не может.

Но, наверное, время такое. Уверен, что правительство искренне хочет, чтобы эмитентам было спокойнее. Только очень не хочется, чтобы это спокойствие напоминало кладбище.

Максим Авербух:

Про делистинг на западных биржах

Предложение вице-премьера Шувалова российским компаниям уйти с западных бирж и обосноваться в России (или Азии) означает следующее:

– с российских площадок иностранные инвесторы практически ушли;

– значит, при отказе от западных бирж поддерживать прежние обороты и цены будет некому;

– кроме госбанков;

– то есть рынок становится исключительно высокоманипулятивным;

– без поддержки цены акций упадут;

– но потом их можно будет усилиями госбанков поднять;

То есть при приватизации:

–  по «рыночной» цене условный Газпром будет стоить не $100, а $50 млрд.,

А размеры состояний олигархов будут напрямую назначаться из Кремля.

Еще наблюдения. Россия – страна с небогатым населением и сырьевой экономикой.

Согласно данным Росстата:

– среднедушевой доход составляет 500 евро в месяц;

– доход 50% населения менее 400 евро;

– зарплата 50% работающих россиян меньше 400 евро в месяц «на руки»;

– средняя зарплата 550 евро в месяц «на руки»;

– средняя пенсия составляет 230 евро.

А цены – практически как в Европе (а то и выше).

В этих условиях тратить огромные деньги на чепуху вроде переезда судов из Москвы в Питер или строительство замещающего газопровода – я даже не знаю как это назвать.

Сергей Журавлев:

Рассчитываться в рублях, копить в долларах

Формула в заголовке проектирует на современные российские реалии древний Закон Грешема (Коперника) – «плохая» монета вытесняет из обращения «хорошую». Как вытекает из оценок платежного баланса первого квартала, опубликованных на неделе Банком России, ожидаемо огромный чистый отток частного капитала ($63,7 млрд. с коррекцией на операции валютный своп и корсчета банков-резидентов в ЦБ, что больше, чем в целом за год в каждом из двух предыдущих лет), сложился почти целиком в результате перевода накоплений в «хорошую» монету – доллар, под сурдинку разговоров о том, что хорошо бы, дабы и тут насолить врагу, начать рассчитываться с ним за нашу природные дары в рублях.

«Долларизация», если оценивать ее как прирост активов на зарубежных счетах российских банков в сумме с приростом их валютных активов по своп-сделкам с ЦБ и на корсчетах в нем, а также покупки наличной валюты, составила за квартал $53,7 млрд., или около 1,9 трлн. руб., что составляет порядка 12% от рублевых срочных и сберегательных депозитов. Большая квартальная величина «бегства от рубля к доллару» наблюдалась лишь один раз – в четвертом квартале 2008 года ($81,8 млрд. при аналогичном подсчете). Если безналичная долларизация, по-видимому, затронула, прежде всего, корпоративные депозиты, то население реагировало закупкой наличной валюты – $19,6 млрд. в январе-марте. Правда, рекорд четвертого квартала 2008 года – $27 млрд. – устоял и в этой части.

Тем не менее, если абстрагироваться от этой вполне предсказуемой реакции россиян на подвиг обретения новых заморских владений, можно говорить, что работа Банка России в последние месяцы (во всяком случае – до марта, когда пришлось экстренно и на неопределенный срок переключаться в режим пожаротушения) позволила заметно улучшить платежный баланс страны. На поправку пошел текущий счет. Собственно, еще до всяких внешнеполитических событий было вполне очевидно, что движение курса рубля надо быстро приводить в соответствие с «новой нормальностью». Сырьевые цены больше не растут, и значит, 12-летний период, когда номинальный курс мог оставаться более-менее постоянным, невзирая на значительное превосходство в рублевой инфляции, остался в прошлом.

Улучшение, вызванное ослаблением рубля, наблюдается третий квартал подряд, за счет как торговых, так и «невидимых» статей текущего счета. Торговый баланс первого квартала оказался, по предварительной оценке, максимальным за два последних года в сезонно нескорректированном виде и близким к этому (вместе с показателями двух предыдущих кварталов) после сезонной коррекции. Это следствие сжавшегося импорта – как из-за реального, то есть с поправкой на изменение уровня цен) ослабления рубля (к первому кварталу прошлого года – на 8,5%), так и из-за значительного замедления роста внутреннего спроса и даже сжатия его инвестиционной части.

Также стабилизировался еще недавно бурный рост по всему спектру «невидимых» позиций текущего счета. Замедление роста доходов и ослабевший рубль остановили наиболее динамичную статью валютных расходов, а упавшие корпоративные – соответственно рост оттока инвестиционных доходов (с исключением сезонного фактора, ходя в годовом сопоставлении расход по обеим этим позициям был все еще выше, чем в первом прошлого года).

Бегство капитала через сомнительные операции также заметно пошло на убыль за последний год (составив $30,4 млрд. за последние четыре квартала, против цифр, приближавшихся к $50 млрд. в предыдущие годы по сумме сомнительных операций и чистых пропусков платежного баланса, также обычно относимых на «серый» вывоз капитала). Возможно, это принесла результаты атака, предпринятая ЦБ против специализировавшихся на сомнительных переводах банков, или, по крайней мере, она заставила «налоговых безбилетников» применять более изощренные и дорогостоящие схемы ввода денег.

В то же время, как негативный факт следует отметить возвращение тенденции чистого оттока капитала через прямые иностранные инвестиции (ПИИ), особенно с поправкой на «бумажные инвестиции» в виде реинвестированной прибыли. Известно, что приток ПИИ в общем и целом представляют кругооборот российского капитала, и уваливающийся валовой приток ПИИ в Россию, которым принято хвастаться, на деле отражает ровно противоположную тенденцию – растущее нежелание хозяйствующих субъектов вести дела в России, и заключать сделки под российской юрисдикцией, распространяющееся даже и на госкомпании.

Однако с третьего квартала 2012 по второй квартал  2013 года (с исключением сделки по ТНК-БП) впервые за посткризисный период наблюдалась ситуация, когда сальдо ввоза и вывоза ПИИ (без учета реинвестированной прибыли) в Россию было хоть и довольно скромным, но все же положительным. К сожалению, в третьем-четвертом кварталах  прошлого года и в первом квартале нынешнего баланс ПИИ вновь ушел в негативную зону. Вместе с подозрительно высокой динамикой трансграничного кредитования небанковского сектора это может указывать, что «бегство капитала» просто приняло менее вопиющие формы.

4. Возвращаясь на миг к затронутой в начале теме расчетов за нефть и газ в рублях, которая, в качестве панацеи докочевала, наконец, от записок полусумасшедших блогеров до заявлений почти официальных лиц, стоит напомнить, что с точки зрения платежного баланса это не изменит абсолютно ничего. Покупателям просто будет предлагаться услуга по конвертации их валют в рубли в момент оплаты, а продавцам никуда не уйти от выставления цены на уровне цен рынка, с пересчетом в рубли по текущему курсу. В итоге деньги покупателей (валюта) точно также и в точно таком же количестве попадут на счета банков, как и при расчете непосредственно в валюте. (P.S. По ссылке все очень наивно – и запись, и комментарии, просто для памяти, если возникнет желание переписать развернуто и нормально.)

Если же глобальный замысел состоит в том, чтобы покупатели не только рассчитывались, но и накапливали ликвидность рублях, то есть кредитовали таким способом российскую экономику, как держатели долларов и евро кредитуют соответственно американскую и европейскую, то для этого одного объявления о приеме в оплату рублей совершенно недостаточно. Сделать некие деньги резервными (то есть резервуаром для хранения международной ликвидности и инструментом накопления) в административном порядке совершенно невозможно, вопреки байкам советских (и некоторых иных) сказочников, что на Бреттон-Вудской конференции ушлые американцы назначили быть таковым доллар, получив «чрезмерные привилегии» на следующие 70 лет. К тому же совершенно непонятно, что – кроме ощущения себя «тоже большими ребятами», дало бы такое дополнительное кредитование российской экономике, которая и так практически непрерывно последние два десятилетия является чистым кредитором остального мира.

Будет ли произошедшее уже ослабление рубля достаточным, чтобы удержать платежный баланс, по крайней мере, до конца года, в равновесии? Сальдо текущего счета, вероятно, уже и при произошедшем ослаблении реального эффективного курса (на 8,5% – квартал к тому же кварталу прошлого года и на 10,9% – март к марту, это больше чем максимальное годовое ослабление реального курса в кризисе 2008–2009 годов) продолжит расти, даже если реально рубль немного укрепится за счет инфляции. С учетом вялого внутреннего спроса, какого-либо значимого роста которого до конца года не прогнозирует никто, и исторических эластичностей импорта от реального курса, аналитики ВТБ капитал прогнозируют увеличение сальдо текущего счета за год на $30–40 млрд. против прошлогодних $32,8 млрд.

Это означало бы, что при чистом годовом оттоке капитала за год в пределах $100 млрд. (то есть более $35 млрд. за оставшиеся три квартала), сальдо интервенций ЦБ в эти три квартала было бы близко к нулю, и курс рубля к корзине колебался бы примерно в нынешнем нейтральном диапазоне, при курсе евро 1,37 к доллару он соответствует значениям курса доллара к рублю в интервале 32,8–35,4, ближе, понятно, к верхней границе.

Слабым звеном в этой цепочке рассуждений остается величина оттока капитала («долларизации»), предсказать которую невозможно. Судя по тому, что Банк России в последнюю неделю проводил интервенции на уровне $200 млн. в день, в данный момент интенсивность оттока выше, чем выводящая на годовой уровень в пределах $100 млрд. В тоже время, если бы долларизация приостановилась, не говоря уже о реверсе, улучшившиеся (или, по крайней мере, не ухудшившиеся против прошлого года) структурные потоки капитала вернули бы курс рубля в указанный выше нейтральный диапазон.

Использованы некоторые оценки из материала VTB Capital Research.

Андрей Нальгин:

О девалютизации частных сбережений

Пока – частично и в отдельно взятых российских банках.

Собинбанк прекратил принимать вклады в евро, сообщили «Интерфаксу» в колл-центре кредитной организации. «В евро мы теперь не будем открывать больше вклады, только в рублях и в долларах. Мы равняемся на нашего акционера – банк «Россия», – сказал специалист колл-центра.

По словам сотрудника банка, вклады в долларах по-прежнему принимаются. «В долларах пока можно. Пока нет никакой информации по долларам, будем открывать или нет, пока открываем», – уточнил специалист. На момент публикации «Интерфакс» не располагал комментарием пресс-службы Собинбанка.

Наиболее вероятное объяснение: это – прямое следствие санкций. Материнский банк, АБ «Россия», которому американские и европейские банки-корреспонденты оперативно заблокировали счета, и вовсе убрал из линейки депозитов все инвалютное. Только рубли. Более того, для тех, кто ранее разместил свои сбережения в долларах и евро, в банке введен новый срочный вклад «Специальный-конверсионный». Как сообщается, он предназначен для размещения рублевого эквивалента ранее вложенных денежных средств в иностранной валюте по окончании срока действующего вклада либо в случае его досрочного расторжения. Пересчет в рубли производится по курсу ЦБ РФ.

Правда, тут нужно учитывать, что АБ «Россия» прямо попал под американские (и из-за этого – европейские) санкции, а Собинбанк – косвенно, как дочерняя структура. И может статься, что в решении его руководства отказаться только от депозитов в евро есть чисто экономическая составляющая. К примеру, именно в этой кредитной организации доля срочных вкладов в евровалюте была мизерной, тогда как расходы на их привлечение и обслуживание – существенными. А в изменившейся экономической ситуации приходится считать уже и евроценты.

Тем не менее, у валютных сбережений россиян появляется новый риск – принудительная конвертация в рубли по независящим от банка обстоятельствам. Пока это, конечно, исключение из правил, но...

Михаил Корчемкин:

Два способа сократить зимний экспорт Газпрома в Европу

Недальновидные советские инженеры старались не строить лишнего и спроектировали Единую систему газоснабжения СССР так, что для зимних поставок газа в Европу необходимо летом закачать газ в украинские ПХГ. Поэтому сейчас для сокращения зимних суточных объемов российского газа достаточно создать условия, препятствующие закачке газа в газохранилища Украины.

Самый простой способ – вообще прекратить поставку газа украинским потребителям. Способ, чуть более сложный, – поднять цену на газ для Украины на такой уровень, при котором закупка газа впрок станет невозможной. Руководство «национального достояния» пока выбрало второй вариант.

Ejjednevnik:

Инвестировать в Украину?

Понятно, что про это пока не пишут. «Продвинутые» трейдеры видимо через год дойдут. Чем на биткоинте то упражняться – может лучше на гривне?

Думаю, отличный момент, чтобы начать инвестировать в Украину. Доллар по 13,5 – близко к топу. Не знаю, как там с коммерческой недвижимостью (Киев, Одесса), но если есть падения – надо брать.

Да и банальные депозиты 20–25%.. Укрепление гривны еще добавит процентов 15. Так что за год под 40% в USD получится...

Николай Кащеев:

Резервный карри

Резервной валютой, строго говоря, можно назвать любую, которую какой-либо ЦБ использует в таковом качестве.

Банк Казахстана использует рубль в составе своих резервов? Значит, рубль – резервная валюта. И все.

Другое дело, что гордое имя «сертифицированной», так сказать, резервной валюты требует широкого международного признания. Ну, тут, понятно, первым в очередь юань. Его много, за него много торгуется настоящих и поддельных товаров, Китай обильно потребляет сырье и т.п.

И что с того? Да пусть себе будет резервной валютой! Фунт, иена, свисси – таковые уже много десятков лет. И евро теперь еще есть. Все равно популярнее будет та, кто гибче, ликвиднее, удобнее, провереннее. Хотите иметь недоликвид в резервах, вдобавок с не до конца понятным будущим? Да не вопрос! Имейте; за ваш счет – все, что угодно. Тем более, если взаимная торговля активна, то сам бог велел. Сначала просто переживите малость фрода на миллиарды юаней, типа как с «трастами», а там, глядишь, и... чем инь с янь не шутят!

Spydell:

Изменение уровня жизни в развитых странах за последние 35 лет

В странах западной Европы за последние 34 года было только два периода, когда уровень жизни населения улучшался масштабно и достаточно обширно по всем фронтам (среди всех групп населения). Это с 1983 по 1990 и с 1994 по 2000 годы. С 2003 по 2007 годы уровень жизни рос преимущество среди периферийных стран и стран с изначально низким уровнем дохода – Португалия, Греция, Испания.

В качестве индикатора изменения уровня жизни я брал реальные расходы населения, деленные на среднее количество населения за отчетный период. Например, ВВП США в ценах 2009 около $16 трлн., из них расходы на личное потребление $10,8 трлн. Количество населения США около $316 млн., соответственно на одного человека приходится примерно $34 тыс. в год расходов в ценах 2009 года. Аналогичным методом для остальных стран.

Что из этого получилось?

Для самых крупных стран Еврозоны только в Германии прирост расходов на личное потребление в расчете на одного жителя (+7% от декабря 2007 года). С момента объединения ГДР и ФРГ средний немец сейчас потребляет примерно на 20% больше, чем тогда. Около 0,9% роста в год.

Во Франции стагнация 6 лет, в Италии падение на 8% (уровни потребления 1997 года и лишь немногим больше конца 1980-х) от четвертого квартала 2007 года, в Испании снижение на 15% (!) – на уровне 1999 года, в Нидерландах на 10% сократились – такой же уровень потребления, как и в 1998 году.

Из этой группы в период 2004–2007 годов самый быстрый прирост демонстрировала Испания, ну и потом обвал соответствующими темпами. Примечательно, что Германия, Италия и Нидерланды стагнировали (реальное потребление на одного человека) в период общего экономического роста с 2004–2007 годов.

В целом можно констатировать, что с момента внедрения евро и организации Еврозоны единственные, кто выиграли – это Германия. Проект еврозоны помогает экспортно-ориентированным странам, так как доступ к относительно дешевому кредитованию и свободный товаропоток позволил чрезмерно усилить долговую нагрузку стран ПИГС, где Германия напрямую выигрывала, увеличивая свой экспорт, который составляет более 40% от ВВП. Все остальные стали беднее – уровень жизни в формате 15-летней давности. Группа низкоквалифицированных работников в западной Европе живет не сильно лучше, чем 20–30 лет назад.

Эти данные не учитывают кластерные трансформации и степень расслоения населения по доходам и качеству жизни. При более глубоком рассмотрении будет понятно, что за 15 лет коэффициент расслоения по доходам вырос, и, следовательно, группа наименее обеспеченных людей живет еще хуже, чем в конце 1990-х. Масштабный анализ не производил, но по предварительным оценкам первые 30% населения по доходам живут хуже, чем даже в середине 1980-х, в особенности это страны ПИГС. Речь идет по реальному потреблению товаров и услуг в расчете на одного человека, а не по номинальным доходам для всей экономике.

В принципе, за последние 20–30 лет никакого экономического роста для первых 40% населения Европы по доходам и расходам не было. Живут либо также, либо хуже.

Следующая группа более мелких стран. Финляндия, Бельгия, Австрия в стагнации и на уровне 6–7-летней давности. Португалия и Ирландия сокращаются на 10–14%

В Норвегии, Швеции, Швейцарии и Австралии уровень жизни на 3–7% выше, чем в 2007 году в расчете на одного человека. Но текущий рост по темпам почти в 2,5 раза меньше, чем в докризисный период. В Швейцарии изначально была высокая база потребления, поэтому с конца 1980-х изменения не столь существенные. А остальные страны в период с 1995 по 2006 росли примерно в одних и тех же темпах.

В Англии никакого восстановления нет с 2009 года нет, и общий уровень такой же, как 10–12 лет назад.

Динамика изменения уровня жизни в США и Канаде имеет высокую корреляцию. С 1995 по 2007 годы США росли в целом быстрее, а после кризиса медленнее, чем Канада. Формально реальные расходы на одного человека в США сейчас на 2% выше, чем в 2007 году.

США потребовалось более 30 лет, что удвоить уровень жизни в среднем на одного человека. Но так же, как и в Европе, рост степени расслоения по доходам не позволяет судить о благополучии наиболее уязвимых групп населения. Тенденция последних 10 лет – это когда бедные становятся беднее, а богатые богаче. Опять же по косвенным признакам можно судить, что группа наиболее обеспеченных увеличила потребление значительно сильнее за это время, поэтому бедные и начальный средний класс живут не лучше, чем в конце 1990-х, но вероятно даже хуже.

Несколько парадоксально выглядит уверенный рост Японии – в основном за счет игры с дефляторами и весьма агрессивного социального обеспечения, которое вытянуло потребление в кризис ценой непомерно раздутого госдолга Японии. По тем данным, что предоставляют японцы, среднегодовой темп прироста реального потребления на одного человека с 1993 года по настоящий момент составляет примерно 0,9%