Хочу поговорить о доверии. Том самом, о котором написано множество слов, стихов и даже песен. О том самом, на котором держится собаководство, преферанс и современная финансовая система. Пусть далеко и не каждый считает Бреттон-Вуд благом для мира.

Часто звучит такой трюизм: репутация создается годами, а разрушается в один миг. Но при всей своей тривиальности, эта истина остается истиной. А репутация – это и есть доверие.

Агентство по страхованию вкладов можно назвать самым безупречным, как минимум – максимально приближенным к этому государственным проектом в области финансов.

По большому счету именно система страхования вкладов в полной мере вернула россиянам доверие к банкам. Несмотря на 1992-й, 1998-й, 2004-й. Несмотря на твердую убежденность соотечественников, что «с государством в азартные игры играть нельзя». Несмотря на всеобщую жатву, которую более двадцати лет назад собрал почти со всех без исключения жителей страны самый распиаренный ныне банк России.

К концу 2000-х годов ситуация изменилась с точностью до наоборот. Даже мировой финансовый кризис не смог вызвать не то что банкраны, но даже легкий намек на панику вкладчиков. В октябре 2008 года объемы депозитов в банках пошли было на убыль, но уже к декабрю наметился рост.

Заслуга АСВ тут очевидна. Закрытие ряда банков и своевременная, доведенная до потрясающей оперативности выплата вкладов лишь убедила россиян, что система действительно работает.

У проекта под названием «Агентство по страхованию вкладов» есть две отличительные черты.

Первая: это проект персональный. Говорим АСВ, подразумеваем – Александр Турбанов. Турбанов 15 лет пестовал систему страхования вкладов – сначала как парламентарий, затем как первый генеральный директор АСВ. Именно он создал то удивительное для российской чиновной системы сочетание интеллигентности и умения слышать разные мнения и функциональной четкости возглавляемой им структуры. Впрочем, почему удивительное? Попросту раритетное, поскольку прилагательные «эффективный» и «интеллигентный» в системе российских реалий являются антонимами.

Вторая: система страхования вкладов – полная калька с западных аналогичных систем. Пожалуй, в российском финансовом ландшафте нет примеров более точного и более удачного заимствования, чем это. Остается лишь гадать, почему во многих иных сферах финансовой жизни в России до сих пор пытаются изобретать велосипед или отстаивать некий «свой» путь. У финансов национальности нет. Как и у доверия.

…До ноября 2013 года я был горячим поклонником созданной в российском банкинге депозитной системы. Что выражалось на бытовом уровне предельно просто: всех знакомых, друзей, коллег и проч. призывал использовать депозиты как основной инструмент вложения денег.

Ныне ситуация изменилась. Не призываю. И свои собственные депозиты в этом году предполагаю снять по истечении срока и вложить в покупку недвижимости.

Репутация создается годами, а рушится в один миг.

О да, знаю, знаю, что действия Центробанка по отзыву лицензий продиктованы высшими соображениями. Что давно было пора покончить с обналичкой во всем известных «прачечных». Что надзор должен быть принципиальным. Что «это не банковская зачистка». Что «нет причин для паники». И т.п.

Никакой паники, что вы. Это не паника, это утрата доверия. Истощение его лимита. Который ранее так сильно увеличил мне г-н Турбанов и Ко. Ныне его сократили. Изрядно. Примерно в такой же пропорции, в которой сократились лимиты межбанковского кредитования. Так что я говорю исключительно о личном отношении, частном деле. А совпадение этого частного случая с динамикой межбанка будем считать случайным.

Тем паче, что я ведь дотошно не сопоставлял развитие системы страхования вкладов с ростом объемов российского межбанка. И посему утверждение, что между ними есть корреляция, также будем считать голословным.

…Сегодня тоже говорят о доверии. Только предлагают формировать его от обратного. Наказывать СМИ за эту самую голословную информацию о банкинге. «Запрещать слухи» о банковских черных списках. Можно попробовать и так. Но не получится. Потому что пока лучший урок финансового доверия, который есть в новейшей российской экономической истории, – это урок Турбанова.

P.S. Материал подготовлен для журнала «Банки и деловой мир» и портала Bankir.Ru.