На последнем саммите Евросоюза главы 27 государств согласовывали общий бюджет на 7 последующих лет. И в конце концов, после бурных дебатов, сверстали его на уровне «минус 3 процента» по отношению к текущему бюджету. Этот минус стал историческим: впервые за всю историю существования ЕС новый бюджет оказался меньше предыдущего. Подчеркну, что речь идет именно об общем бюджете ЕС, а не об отдельных погрязших в кризисе странах, где сокращения носят вынужденный, масштабный и болезненный характер. И на саммите по этому вопросу шли жаркие дискуссии: лидеры многих государств настаивали не на сокращении, а на увеличении общих программ — иначе без дополнительных вложений не будет экономического роста, в котором так нуждается барахтающаяся в рецессии Европа. Но победила иная точка зрения: ножки надо протягивать по одежке. Коль скоро экономика Европы не демонстрирует роста и, по авторитетным прогнозам МВФ и других финансовых организаций, вряд ли их продемонстрирует и в нынешнем году, бюджет не может ни с того ни с сего распухнуть.

Эту логику неплохо бы усвоить и российским властям, которые все последние годы строят свою финансовую политику, совершенно не считаясь с реальностью. Кризис — не кризис, дефицит бюджета — не дефицит бюджета, все равно: пенсии — увеличиваем, военные расходы — тоже, социальные обязательства — наращиваем. А еще навьючиваем на себя — и в первую очередь на бюджет, естественно, — высокозатратные «развлечения»: саммит АТЭС, Олимпиаду в Сочи, универсиаду в Казани, чемпионат мира по футболу. И все это с неподдающимися разумному исчислению расходами. До сих пор такая тактика «прокатывала»: высокая цена на нефть, главная кормилица нашего бюджета, держалась на высоком уровне и позволяла сводить концы с концами. Но ведь это нефтяное везение не будет длиться вечно…

Зато на чем Европа не экономит, так это на программах оказания помощи безработным, прежде всего молодым. ЕС создает специальный фонд по борьбе с безработицей среди молодежи, куда вкладывает 5 миллиардов евро. Средний уровень незанятой молодежи в Старом Свете за время, прошедшее с начала кризиса, увеличился с 7 до 11%. И потому там принимают меры. У нас в России проблемы безработицы как бы не существует: официально считается, что она составляет менее 6%, что по мировым меркам можно считать вполне благополучным показателем. Правда, независимые эксперты предлагают умножать официальную цифру на три — это будет ближе к реальности. И как раз молодежь оказывается весьма уязвимой социальной группой на рынке труда. Те, кому приходилось сталкиваться с этой проблемой, прекрасно знают: когда молодые люди — выпускники вузов и других учебных заведений приходят устраиваться на работу, первое, о чем спрашивают у них кадровики, — это опыт работы, которого по определению им взять неоткуда. И в этом вопросе Европа тоже подает нам пример: там не скрывают истинных масштабов проблемы и не видят ничего зазорного в том, чтобы тратить немалые средства на ее решение.

Совсем недавно 11 стран получили разрешение от Евросоюза на введение на своей территории налога на финансовые операции. Размер его вполне символический: он, как ожидается, составит 0,1 процента для сделок по торговле акциями или облигациями и 0,01 процента от сделок с производными инструментами. Главная цель его — не столько пополнение казны (хотя со временем, когда его введут все страны ЕС, суммарные доходы от налога могут составить около 60 миллиардов евро ежегодно), сколько борьба со спекулятивными операциями. Ведь благодаря этому налогу гораздо труднее будет выстраивать цепочки фальшивых операций, уводя деньги в тень. Да, на введение этого налога пока решилось меньшинство стран ЕС, ведь необходимость его платить отпугивает инвесторов и тем самым объективно снижает инвестиционную привлекательность соответствующих стран. Однако 11 государств все-таки решили, что распутать теневые финансовые схемы и снизить в них спекулятивную составляющую поважнее будет. Как представляется, для России, с ее по сути офшорной экономикой (что в последнее время признают даже на самом высоком уровне), это тоже было бы поважнее…

Возможно, мы более охотно усвоим другой европейский урок, связанный с созданием финансового мегарегулятора. Таковым, согласно решениям, принятым в декабре 2012 года, должен стать европейский Центробанк. Он получил исключительные надзорные полномочия и может напрямую, минуя национальные центробанки, вмешиваться в работу 1000 крупнейших банков Старого Света, если видит угрозу их банкротства. Прямые аналогии с российским Центробанком тут проводить сложно, однако на базе последнего вполне можно создать мегарегулятор, придав ему еще и надзорные функции, скажем, Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг. Общее с европейским подходом тут не в деталях полномочий, а в принципе: для регулирования финансового рынка желательна «одна голова», чтобы требования к разным его секторам как минимум не противоречили друг другу. Этого добивается сейчас Европа, в этом нуждается без сомнения и Россия.

Ну и, наконец, последний урок, который сначала Россия преподала Европе (а вскоре, возможно, нам придется учиться у своих учеников). Речь идет о создании европейского стабилизационного механизма, в который страны ЕС уже согласились вложить 700 миллиардов евро — и, возможно, эта цифра еще подрастет. Иного способа справиться с кризисными ударами просто не остается.

У России этот «общак» в виде Резервного фонда благодаря нефтяным деньгам, слава богу, имеется. И все годы, что существует Резервный фонд, не ослабевают усилия разнообразных лоббистов покуситься на эту «заначку». Естественно, под лозунгом вкладывания средств в развитие страны. Вот и совсем недавно Минэкономики предложило пустить деньги из Резервного фонда (после того как он превысит 7% ВВП) в невозвратные инфраструктурные проекты. И в этом рвении нас ничему не учит не только европейский опыт (страны ЕС в тяжелых экономических условиях отрывают средства из собственных бюджетов для создания общего стабилизационного механизма), но и наш собственный: ведь именно благодаря накопленным резервам Россия смогла успешнее многих других стран преодолеть кризис.

Что же касается пресловутого развития, то мы прекрасно видим, во что оно выливается буквально в каждом месте, куда щедрою рукою выделяются миллиарды из бюджета. В банальную коррупцию, масштабы которой уже таковы, что от нее не могут отмахиваться даже представители властной корпорации, собственно, и построившие эту коррупционную систему. Скандалам с уголовными сюжетами несть числа: вокруг средств, выделенных на саммит АТЭС, вокруг системы ГЛОНАСС и оборонзаказа в целом, вокруг Олимпиады в Сочи, теперь вот и вокруг финансирования «Сколково». При таких аппетитах чиновного сословия требование распечатать Резервный фонд «на развитие» фактически равноценно предложению добавить заинтересованным лицам бюджетных денег на распил…

Такие вот уроки. Если уж для нашего руководства не годится европейский выбор, то уж точно полезным мог бы оказаться европейский опыт.