В последнее время не могу отделаться от чувства, что происходящее напоминает плохую театральную постановку. Совсем недавно в социальной сети прочла комментарий одного из знакомых к символично вступающему в действие 1 сентября федеральному закону «о защите детей от вредоносной информации», в том числе от вредоносного мультфильма «Ну, погоди!». «В последнее время у меня твердое ощущение того, что я попал на плохой спектакль. Кажется, что еще одна сцена, и все – в зале включат свет, и этот бред закончится. Но нет конца и края бреду тому...». Вот оно, прямо в точку, подумала я!

Не подумайте, что меня волнуют проблемы телевизионной цензуры и вещания, а тем более – воспитания нового поколения. Детей у меня нет, а телевизор смотрю только когда кручу педали велотренажера. Когда тренировка заканчивается, накрывает гамма противоречивых чувств.

Каждый раз испытываю удивление от того, какую же показывают ахинею по всем 20 каналам, сожаление о том, что вообще включила ТВ, недовольство дождливой погодой, из-за которой приходится тренироваться дома. Впрочем, телевизор выкинуть жалко из чисто женской скупости. Но если дети появятся, то будет стимул, тогда от телевизора я уж точно избавлюсь!

Впрочем, как я уже упоминала, новый федеральный закон, который заколачивает последний гвоздь в гроб отечественного телевещания, меня мало волнует. А слова знакомого относительно плохого спектакля отлично подошли бы для описания проекта изменений в закон «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)», что недавно был принят Госдумой на рассмотрение. Об этом феерическом законопроекте со сдержанной иронией и очень подробно написал Владислав Лейбов.

Надо сказать, что выдержка у Лейбова завидная, впрочем, как и у остальных, кто решился оценить этот законопроект. Одни вспоминают, что такое мы уже проходили в советское время – госбанки, пустые прилавки, развал страны при резком падении цен на нефть в восьмидесятых годах. Другие задаются вопросом, вернут ли предприятия влитые в них средства. Третьи опасаются соблазнов, которые возникнут перед правительством в случае принятия законопроекта и могут увести власти от рыночной политики. Все мнения достойные, обоснованные, но крайне сдержанные.

Вот эта умеренность в выражениях смущает больше всего. За этими высказываниями проглядывает попытка корректно донести до читателей одну важную мысль, которую никто не осмеливается высказать вслух, – нас может накрыть и смыть в бездонную пучину хаоса.

Вдумайтесь только – в ближайшую пятилетку, по прогнозам авторов упомянутого законопроекта, российская экономика получит 110 трлн. рублей инвестиций. Готова ли отечественная экономика к таким вливаниям? Кто гарантирует, что и так на ладан дышащее производство, коррумпированный госаппарат и неустойчивая финансовая система выдержат денежное цунами?

Если средства не вкладываются в развитие производства, а идут на взятки чиновникам и в карманы менеджменту предприятий, то это выброшенные деньги. Как известно, выброс крупных сумм на ветер рождает гиперинфляцию. Избежим ли мы этой напасти? Конечно, ответить на эти вопросы я не в состоянии, да и не имею права, потому что не депутат Госдумы. А те, кому положено отвечать, предпочитают туманные формулировки и ссылки на историю.

Попробую и я сослаться на конкретный пример. Недавно стало известно, что на Кубани у Россельхозбанка украли более 2 млрд. рублей. Некие жители города Ейска Краснодарского края, имена которых не назвали, организовали агропромышленную группу из более чем полусотни предприятий. Эти предприятия брали кредиты на развитие и поддержку сельхозпроизводства в Россельхозбанке. Создатели группы знали, как правильно подготовить документы, чтобы получить кредит. Запрос на ссуду составлялся от той или иной фирмы – участницы агропромышленной группы.

Поводы, чтобы попросить денег, выдумывались вполне достойные – проведение сезонных работ, закупка горюче-смазочных материалов, запасных частей и материалов для ремонта техники, приобретения минеральных удобрений и инсектицидов. Однако после того как кредит выдавали, и средства поступали на расчетный счет предприятия, целевого их использования не случалось. Как сдержанно отмечено в официальном сообщении ГУ МВД по Южному Федеральному Округу, руководители агропромышленного комплекса использовали деньги по своему усмотрению. Похоже, что кредиты никто возвращать не собирался, ведь платежи по ним не проводились.

Кто виноват в этой истории, мне опять же не интересно, пусть в этом разбирается ГУ МВД по Южному Федеральному Округу. Этот случай интересен как реальный, живой пример увода денег, которые государство через банк направляло на развитие сельхозпроизводства. Производство не развивалось, а огромная сумма ушла на нужды каких-то безымянных граждан. А потом мы удивляемся, почему у нас такая высокая инфляция и капиталы из страны утекают. Понятно, что несколько украденных миллиардов рублей российскую экономику не разрушат. А что произойдет, если эта сумма будет больше в десятки тысяч раз? Если законопроект примут, то уже в ближайшие годы мы узнаем ответ на этот вопрос.

А пока, чтобы ждать было нескучно, еще одна занимательная история о том, как у нас в России осваивают инвестиции. Не так давно меня пригласил в гости в свой московский офис один знакомый. Он работает сейчас над получением крупного кредита за рубежом. Кредитору говорит, что собирается использовать деньги для предоставления таможенных гарантий. Дело близится к завершению, все документы готовы. Знакомый и его партнеры со смаком рассказывали, какие квартиры и машины собираются купить себе и своим женам. Мой вопрос о том, когда они собираются начать предоставлять гарантии и как собираются расплачиваться по ссуде, вызвал бурю негодования. «Тебе это все равно будет неинтересно. Лучше расскажи, как дом в Таиланде купить. Ты же туда часто ездишь», – погасил конфликт знакомый. «Вот вечно я какие-то неудобные вопросы задаю, – думала я с досадой. – Не на интервью же пришла, а в гости». Действительно, какая может быть работа, когда надо недвижимость выбирать?