Власти усиленно опекают крупные госбанки, а остальные под государственным прессом. Население по большей части не доверяет банкирам, малые предприниматели получают кредиты со скрипом и отнюдь не массово. Остается крупный и средний бизнес. А он не сказать, что бурно развивается, и не избегает услуг госбанков.

Во время перестройки люди мечтали о свободном рынке и свободных банках. Но сейчас мы верным курсом движемся назад в СССР к монополии государства в банковском секторе. А к чему еще могут привести те меры, которые сейчас применяются к кредитным организациям? Планомерное ужесточение требований, курс на укрупнение системы, повышение планки минимального капитала, беспрерывное накачивание казенными деньгами госбанков. Двигателем с турбонаддувом для этого процесса может стать принудительный перевод на безналичные расчеты.

Если госбанки введут низкие тарифы на обслуживание, то населению, по большей части бедному, ничего не останется, как обслуживаться там. А остальным кредитным организациям может стать не по силам тягаться с такими тарифами. Поэтому не удивляет тот факт, что идею с принудительным переходом на расчеты картами, подкинул именно топ-менеджер крупнейшего госбанка.

Еще в прошлом году президент Сбербанка Герман Греф послал письмо к ныне переизбранному президенту России, а тогда премьеру Владимиру Путину. В послании Греф призвал сократить платежи наличными, так как безналичные расчеты положительно скажутся на росте ВВП. По некоторым оценкам получилось, что страна теряет из-за чрезмерного использования в расчетах налички около 1,1% ВВП, то есть сотни миллиардов рублей.

С одной стороны, ужасно, что мы терпим такие убытки просто из-за неразвитости безналичных расчетов, а с другой – такие же сумасшедшие суммы незаконно утекают из страны, и никого это особо не волнует. Тогда где же тут зарыта собака, то есть главный интерес? Думаю, он не столько во взращивании ВПП, сколько в получении универсального «глаза», следящего за всеми доходами и расходами простых смертных россиян. Такой инструмент наблюдения очень соблазнителен для власти. Ведь если расчеты безналичные, то данные о них обязательно фиксируются.

Конечно, нам говорят о повышении собираемости налогов и борьбе с теневой экономикой. Принудительные безналичные расчеты, безусловно, помогут решать эти проблемы. Однако кто гарантирует сохранность данных при российском уровне коррупции? Мне кажется, в таких условиях от утечки или незаконного использования информации о безналичных расчетах никто не застрахован. Но власти, похоже, вовсе не разделяют этих опасений.

Большой брат смотрит на тебя, как писал гениальный Джордж Оруэлл. Не к этому ли ведет принуждение к безналичным расчетам? Жутко от одной мысли, что любой, в том числе коррумпированный, чиновник сможет попрекать меня за лишнюю пару туфель или поход к парикмахеру. Я, конечно, утрирую, но от  перспективы, что какой-нибудь совершенно посторонний человек может легко получить доступ к самому интимному – личной финансовой информации, становится не по себе.

Мне, конечно, как честной женщине, скрывать нечего, но это не значит, что я хочу, чтобы посторонние люди обсуждали мою зарплату и расходы. Это то же самое, что и одежда. Если у человека спортивная фигура, он все равно не будет ходить голым, хотя скрывать целлюлит ему не требуется. Еще страшнее думать о том, что вероятна утечка данных к мошенникам. Для них информация о личных финансах вообще предоставляет почти неограниченные возможности.

Конечно, банки свято хранят тайну. Однако, что мешает поручить, например, госбанкам на постоянной основе предоставлять данные об операциях по картам налоговым органам и прочим госструктурам. Понятно, что кредитная организация расстанется с информацией только по решению суда и будет упираться до последнего, беречь банковскую тайну, как зеницу ока. Но законотворческий процесс в России построен таким образом, что если есть интерес власти, то кардинальные перемены происходят стремительно и неумолимо. К тайному сегодня могут открыть доступ чиновникам прямо завтра.

Поэтому очень даже возможно, что процесс, начавшийся с принудительного перевода на безналичные расчеты, может завершиться тотальным контролем. Да, это нанесет серьезный удар по теневой экономике. Однако что-то мне подсказывает, что все может закончиться закабалением и так угнетенных граждан. А вот действительные коррупционеры и теневые воротилы найдут способ, как обойти контроль.

С другой стороны, а нужна ли самим россиянам цивилизованная банковская система? Она вроде как существует, а что на выходе: куча просроченных долгов и море претензий к кредитным организациям. Многие люди до сих пор не готовы пользоваться банковскими услугами. Причина в недоверии к кредитным организациям в принципе. В его основе лежат больше даже не проблемы последних лет и кризис, а все еще старая обида, полученная в девяностых. Тогда копившееся годами обесценилось в мгновенье ока, а потом замерзло позорным комком копеек на книжках. Те, кто это пережил, до сих пор не в силах простить.

Но дело не только в обидах, а и просто в банальной бедности, которая не дает людям даже проявить интерес к банковским услугам. Когда живешь от получки до получки, питаешься с огорода, а на стиральную машину копишь полжизни, то тут не до банков. А так живут очень многие. Росстат посчитал, что в конце прошлого года с доходами ниже прожиточного минимума существует 12,8% россиян, то есть около 18 млн. По некоторым оценкам почти каждый пятый гражданин Российской Федерации находится за чертой бедности.

Ну и зачем в такой стране развитая рыночная банковская система? Вполне достаточно нескольких госбанков. Проблем почти никаких. Все под контролем – и банки, и их клиенты. Население тоже должно быть довольно. Его не искушают легкими кредитами или какими-то развращающими предложениями вроде высокодоходных вкладов. Пользуется россиянин навязанной банковской картой, создает госбанкам прибыль, а сам под колпаком у налоговой, полиции и прочих госструктур. Ведь по счету карты видны и доходы, и траты, и вообще вся твоя жизнь.

Может быть, именно желание и возможность пользоваться банковскими услугами – это некоторый показатель свободы, развитости, цивилизованности человека. Насильно делать кого-то свободным – смешно и бессмысленно. Заставлять пахать в поле можно скот, а с людьми так не годится – им нужна свобода выбора. Каждый сам должен прийти к решению, в том числе к тому, нужен ему банк или нет. Важно развивать условия для применения безналичных расчетов, а не насаждать их насильно.

Если человек не может выбраться из бедности, то банковские карты ему не помогут. Надо сделать так, чтобы стало удобно и выгодно расплачиваться безналично, да и вообще было чем рассчитываться. А иначе дополнительные расходы на обслуживание и выпуск карт лягут бессмысленным бременем на работодателя. Надо ли говорить, что многие предпочтут вычесть их из зарплат. Это касается и торговых точек. Им должно быть выгодно устанавливать терминалы по обслуживанию карт. Если нет, то они перенесут эти расходы на покупателя. Однако создать условия куда сложней, чем принудить. Видимо поэтому выдавать зарплату на карты и устанавливать терминалы Минфин предлагает не помочь, а обязать.

 

«Билли: Свобода — вот что у нас есть.
Джордж: Да, верно, только она у нас и есть, но думать о ней и обладать ею — это две разные вещи. В действительности очень трудно быть свободным, когда ты куплен и продан на рынке…»
Из фильма Денниса Хоппера «Беспечный ездок».