Прочитала колонку Владислава Лейбова «Мы можем многое!». Просмотрела с десяток комментариев к колонке. Больше не осилила. Отзывы по большей части бестолковы и в массе своей агрессивны, почти с пеной у рта. Ее, конечно, по Интернету не рассмотришь, но все признаки проявляются в рваной манере письма и проблемах с пунктуацией. Откуда столько злости? Почему люди так ожесточенно защищают новый МММ?

Возьмем, например, любую кредитную организацию. Когда я писала о банках критические статьи, никто их не защищал в комментариях. Боролись за честь и достоинство подвергшихся критике организаций только ответственные сотрудники этих самых банков. Действовать они предпочитали напрямую: звонили и писали главному редактору. Те люди не тратили время на придумывание едких и анонимных комментариев к публикации, а тщательно выполняли свою работу. То есть профессионально или не очень, но делали то, за что им платят деньги. Клиенты же ни разу за все время, пока я работаю в финансовой журналистике, не отметились в рьяной обороне имиджа своих банков ни по телефону, ни в комментариях.

Почему же так защищают МММ? Самый простой ответ, который приходит в первую очередь, – прямая вовлеченность всех клиентов в процесс работы организации. Хотя тут слово «клиент» не совсем подходит, точнее будет написать «участник». Если он что-то хочет заработать на МММ, то должен вовлекать новых вкладчиков. Поэтому защита имиджа и общая популяризация структуры – задача каждого ее вкладчика. Весьма агрессивная получается конструкция, когда в ее росте напрямую заинтересован каждый элемент.

Однако все равно приведенные выше объяснения не кажутся мне правдоподобными, чтобы объяснить феномен МММ. Эта структура с треском один раз уже развалилась. Несмотря на это, масса людей охотно поверила в ее успешную реинкарнацию. Готовы не просто верить, а как мы видим, ожесточенно защищать. Явление очень яркое, абсурдное и неординарное. Поэтому простой логикой тут не отделаешься. Есть у нынешнего успеха МММ какие-то глубинные и мощные стимулы. Мне кажется, что подводная часть айсберга частично просматривается. Вода, в которой плавает все это добро, не такая уж и мутная.

Вернемся к началу, а точнее к заголовку колонки, к мечтам. Это опасная штука. Фантазии могут завести далеко и не всегда куда нужно. Чем у человека беспросветнее жизнь, тем он более подвержен бесплодным и наивным мечтам о счастливом джек-поте, который изменит решительно всё. Это как дудочка крысолова. Она зовет наивных грызунов в западню, где те безвестно пропадут и утонут.

Зов мощный. Ему трудно сопротивляться, когда вокруг, как персонажи из рекламы, ходят люди, у которых, как кажется, нет никаких проблем. Сегодня я приехала в центр Москвы по делам из своего Подмосковья. У Камергерского и Столешникова переулков припаркованы спортивные машины из гламурного завтра, ходят мужчины в модных итальянских сорочках, блестящие дамы с надувными достоинствами совершают дежурный променад из бутика в ресторан. «Красивая жизнь» – не на Марсе, вот она, рядом, стоит только немножечко вложить и чуть-чуть подождать…

Люди, замученные повседневными проблемами и рутиной, не единожды обманутые государством и банками, рассуждают примерно так. Это потенциальная группа риска. Ее легко заинтересовать, увлечь, повести за собой, потому что в жизни у них только одна серость. В сознании отсутствуют барьеры очередным обещаниям светлого будущего. То есть достаточно только грамотно сформулировать красивую мечту, например, о легкой и сравнительно безопасной наживе, и группа риска побежит танцевать под твою дудку. Достаточно посветить фонариком в темноте, и мошкара слетится.

Сопротивляться легче, когда в жизни есть что-то важное, что можно противопоставить фантазиям о быстром обогащении. Например, любимое дело, совпадающее с твоей работой. Однако в России условия складываются так, что мало кто действительно этим обладает. «Беда даже не журналистики, а той ситуации, в которой мы проживаем сейчас, заключается в том, что огромное количество людей не любит заниматься делом, которым они занимаются. Например, бармен приходит на работу и отдает себе отчет в том, что не хочет работать барменом. Жизнь его сложилась таким образом, что он должен стоять и наливать алкоголь», – отметил известный редактор Сергей Мостовщиков.

Точнее большинство из нас пытается изо всех сил показать, что у них в жизни все сложилось отлично. Но на деле оказывается, что и семья, и работа, и увлечение – нелюбимая, а часто и ненавистная бутафория, чтобы не выглядеть хуже других. Миллионам россиян почти не на что опереться. Они слабы, расшатаны, а поэтому легко увлекаются химерой и так рьяно ее защищают. Химеры бывают разными – это и алкоголь, и запрещенные вещества, и азартные игры. Теперь вот – финансовые пирамиды. Я даже не знаю, что из этого хуже.

Что касается денег, то они для подавляющего большинства россиян кажутся спасением от всех бед. Как часто мы слышим: «Были бы деньги, остальное наладится»! Однако это самообман. Количество денег само по себе ничего не решает. Об этом говорили сотни лет тысячи великих философов, религиозных деятелей, психологов, но к ним почему-то не принято прислушиваться. Все мечтают сначала получить деньги, а потом уже проверить на своем опыте хорошо ли с ними. Я тоже проверила, наступила на эти грабли, и теперь наконец-то поняла, что деньги не решают проблем. Точнее они их устраняют, но пропорционально доходам, а то и быстрее, появляются новые трудности. Раздражение, неудовлетворенность жизнью и усталость от быта никуда не деваются, вне зависимости от того, есть у тебя деньги или нет. Обладатели итальянских сорочек играют в игры с высокими ставками, и проигрывают зачастую куда больше, чем стоит их жизнь, а гламурные дамы исполняют роль ковриков, о которых вытирают ноги их спонсоры. Деньги – как дети. У маленьких – маленькие проблемы, у больших – большие.

Когда-то меня раздражало ездить на работу в общественном транспорте. В утренней давке мужчины наступали на ноги, женщины больно пихались локтями, бабки своими ржавыми тележками рвали в клочья колготки и расцарапывали ноги. Через некоторое время я обзавелась собственной машиной. Но утренние пробки раздражали не меньше, чем бабки-садистки. Смена авто более комфортным тоже не помогла. Пробки никуда не делись, зато появилась проблемы с опозданиями на работу и важные встречи, трудности с парковкой, автоинспекцией и далее по списку.

Проблема картонных стен и шумных соседей тоже решается вроде бы деньгами. Отдельный дом в пригороде – об этом мечтают многие. Однако шумные соседи бесят куда меньше, чем алчное правление поселка, сдирающее три шкуры за воздух, и нерадивый садовник, который вскопал клумбы, но загадил мокрой землей все дорожки вокруг дома и ничего не убрал. Он валяется пьяный в сарае, а ты сходишь с ума от злости. До работы стало добираться еще дальше, поэтому пробки умножаем на три и убиваем в них половину текущей жизни.

Платное медобслуживание решает проблему хамства врачей. Но появляется другая трудность – растягивание лечения на какие-то фантастические сроки. Ходишь к врачам все свое свободное и не очень время, и нет этому конца. Конечно, вреда от каких-то процедур или лекарств никакого, а пользы – масса. Только вот человек такая скотина, которая может лечиться и оздоравливаться до бесконечности, были бы деньги, а ушлые врачи из платных медцентров этому с радостью способствуют. Тебя опять надувают, проблемы никуда не делись, только переросли в иные плоскости и поменяли ценник. Немногие могут признать, что источник проблем – не пустой кошелек, а пустая голова.

Именно эти пустые головы, зацикленные на кошельках, активно заполняет сейчас обещаниями Сергей Мавроди. Надо признать, его посевы падают на хорошо унавоженную почву. Он замечательно чувствует момент. В начале 90-х люди мечтали одним рывком вырваться из серого совкового прошлого к новой капиталистической жизни, зовущей к себе яркими упаковками «Сникерсов» и джинсов-«пирамид» из коммерческих ларьков. Продавали последнее, что у них было, а в офисе на Варшавском шоссе 26 деньги валялись мешками, не поддаваясь никакому учету. Понадобилось 20 лет, чтобы забылась горечь того краха и выросло новое поколение жаждущих рывка в новую жизнь – туда, где «Сникерсы» уже давно заменены на «БМВ», джинсы – на костюмы модных марок, а девушки с надувными достоинствами по первому требованию выстилаются в ровный коврик.

Я не депутат Госдумы, не имею ученой степени по философии и не хочу никого учить жизни. Это лишь мой взгляд на феномен МММ в России, впервые высказанный в одной из колонок полтора года назад. Тогда я написала, что дальше блога Мавроди эта история не продвинется, но, к сожалению, ошиблась. Этим феноменом, безусловно, должны заняться политики и лучшие умы России. Иногда кажется, что во всем виновато негативное информационное поле, нависшее над Россией. Хотя это уже версия не моя, а гениального и эксцентричного Эрнста Мулдашева. Впрочем, мне ясно одно, думаю, как и Мулдашеву тоже, – эту проблему деньгами точно не решить.