Группа "Коперник" (в прошлом МИАН) последние пять лет находится в центре громких скандалов: сначала компания долго судилась с налоговиками, теперь — с Альфа-банком. Банк уже получил большую часть объектов "Коперника", а несколько недель назад доказал в суде свои права и на оставшиеся активы группы. О методах работы Альфа-банка с должниками, будущем агентства недвижимости МИАН и совместном проекте с помощником президента Аркадием Дворковичем и Сбербанком по строительству детских спортивных комплексов TerraSport в интервью "Ъ" рассказал президент и владелец группы "Коперник" Александр Сенаторов.

— По кредиту Альфа-банка вы предоставили свое личное поручительство. 31 января Альфа-банк выиграл у вас суд, доказав права на активы компаний группы "Коперник". Тогда вы настаивали, что ваше поручительство на них не распространяется. Так почему тогда суд стал на сторону банка?

— Это именно компании, управляемые группой "Коперник", которые к истории моих личных взаимоотношений с Альфа-банком не имеют никакого отношения. Их структура владения сложная: в некоторых у меня несколько партнеров. Но самое важное, что поручителями по кредитам Альфа-банка являлся я и две другие компании. Но ни суд, ни менеджмент банка такое нарушение права частной собственности третьих лиц не смутило. Более того, некоторые активы компаний, права на которые в Мещанском суде доказал суд, заложены по кредитам другим банкам, и в некоторых случаях уже существуют судебные решения о взыскании залогов. Ситуация, при которой акционер вносит в уставный капитал общества некоторую сумму денег, а потом суд вынуждает это общество отвечать по обязательствам своего акционера или акционера отвечать по обязательствам общества, разве не юридический нонсенс?

— Откуда у "Альфы" столь подробная информация о ваших активах?

— Предполагаю, что они получили ее от бывшего вице-президента "Коперника" Вадима Кобрика. Этот человек вел юридические дела группы и в судах с Альфа-банком представлял мои личные интересы. В один прекрасный день он исчез с деньгами и документами. В дальнейшем эти документы появились у представителей "Альфы". Когда я стал вникать в суть дела, стало понятно, где и как он действовал. К примеру, мое личное поручительство по одному из кредитов Альфа-банка на $115 млн не было безусловным: оно заканчивалось как раз после того, как заложенное здание — бизнес-центр "Северное сияние" — достраивалось и на него оформлялась ипотека и страховка. И эти условия были выполнены еще в 2007 году. Но в решении суда второй инстанции, который мы проиграли, было указано, что ответчик не представил документы, подтверждающие получение договора ипотеки.

— Ранее ваш кредит в Альфа-банке оценивали в $60 млн, но вы настаиваете на сумме $40 млн. Почему такая разница?

— Цифра взята с потолка. В частной беседе один из топ-менеджеров Альфа-банка мне заявил, что многих заемщиков вынуждают выплатить полную сумму повторно и мне не на что обижаться. Оказывается, я не один такой. Мне было сказано, что долг "варьируется" от $60 млн до $140 млн. И я должен начать погашение долга немедленно, и только сам банк имеет право решать, когда он будет погашен окончательно. Разве это диалог? В ходе переговоров с менеджментом Альфа-банка по реструктуризации долга мы сами предложили дополнительное обеспечение и жесткий график погашения кредита с увеличением процентной ставки с 11% до 13%, однако получили отказ. Потом оказалось, что свои расчеты менеджеры Альфа-банка основывали на цифре 17% годовых. Но я не подписывал соглашение о повышении ставки по кредиту. Впоследствии заложенные банку активы были проданы им по заниженной цене, причем нас, агентство недвижимости, которое занимается продажами не один год и само заинтересовано реализовать объект по максимальной цене, просто не допустили к торгам. Не допустили и потенциальных внешних клиентов, выразивших желание приобрести недвижимость по среднерыночной цене. Разве это честно? Вы бы стали договариваться с человеком, который сам изобретает новые правила игры и ставит вас в известность о них постфактум? Я нет. Поэтому для меня во всей этой истории с Альфа-банком уже не так важны чисто материальные потери, важнее отстоять свою репутацию, а значит, я должен бороться до конца.

— Альфа-банк продал заложенные вами активы — бизнес-центр "Северное сияние", офис на Красной Пресне и помещения в комплексе "Коперник" — за $141 млн. Какова, по вашему мнению, их реальная цена?

— По независимой оценке, более $210 млн.

— Вы не могли не знать методы общения Альфа-банка со своими должниками. Почему все-таки решили кредитоваться у них?

— Мы с ними работали не один год. С 2000 по 2008 год оборот на наших счетах в Альфа-банке достиг $1 млрд. И мы исправно платили по счетам, поэтому и рассчитывали, что банк предложит взаимовыгодные условия реструктуризации. Что касается последнего кредита в Альфа-банке, тогда сложилась почти безвыходная ситуация: необходимо было срочно гасить долги перед налоговой (свыше 1 млрд руб. из-за использования вексельных схем продажи квартир.— "Ъ"). Конечно, группа "Коперник" могла продать несколько активов, чтобы расплатиться, но на это не было времени. Другие же банки из-за скандала не хотели предоставлять нам кредит, а Альфа-банк на жестких условиях согласился.

— Жесткие условия? Разве 11% годовых высокая ставка?

— Дело не в ставке. Помимо стандартного залогового обеспечения потребовалось мое личное поручительство, а также временная передача заложенных активов в собственность банка в обмен на денежные средства (схема репо.— "Ъ"). Со всеми остальными банками мы всегда работали только на условиях залога. Схема репо позволила "Альфе" внести активы группы "Коперник" в уставный фонд своих компаний, а потом, не допустив группу к торгам, продать их по заниженной цене, а помимо прочего, и присвоить себе доходы этих компаний, полученные за время нашего управления ими. "Альфа" объявила мне войну. Однажды, когда я вышел со встречи, меня уже ждали представители правоохранительных органов. Они принудительно доставили меня в ОВД ЦАО для дачи свидетельских показаний по некоему уголовному делу в отношении людей, когда-то работавших в группе "Коперник" и якобы занимавшихся подделкой векселей. Имена подозреваемых мне ни о чем не говорили, как и названия компаний, указанных в векселях. Следователь с улыбочкой расспрашивал меня о моей семье, отметил, что у меня скоро день рождения. С днем рождения меня поздравили обыском в офисе. У меня есть основания полагать, что целью следственных действий был не поиск истины, а просто дестабилизация обстановки в моей компании. Возбуждение уголовного дела, а особенно предшествующие ему проверки несложно организовать. Для компании это означает сбой всего процесса работы из-за постоянных следственных мероприятий. Тактика Альфа-банка проста и очевидна: они хотят, чтобы с ними боялись связываться, спорить и судиться. У меня складывается впечатление, что сотрудники банка стремятся к достижению результата любой ценой, не считаясь с нормами элементарной порядочности. Мне жаль, что эти сотрудники, пытаясь прикрыть собственные нарушения и ошибки, вводят в заблуждение руководство банка и тем самым вредят его репутации.

— Существует версия, что проблемы в бизнесе у вас возникли из-за того, что вы доверились топ-менеджменту, а сами практически не бывали в России...

— Неправильно было бы обвинять топ-менеджмент группы в некомпетентности. Да, в 2007 году я действительно управлял бизнесом дистанционно. Это непросто. Есть риск потерять чуткость и пропустить начало атаки на компанию. Поэтому, когда мне доложили о проблемах с налоговой, я отнесся к этому спокойно. Возможно, чересчур спокойно. Но в итоге этот удар позволил группе "Коперник" подготовиться к кризису, сократить расходы, снизить кредитную нагрузку с $700 млн в 2007 году до $500 млн к концу 2008-го, отказаться от многих непродуманных идей. В частности, группа перестала раздувать бизнес, как в то время делали многие, скупая землю, чтобы выйти на IPO.

— Сейчас, когда все ваши активы арестованы, вы активно развиваете проект детских спортивных комплексов TerraSport. Когда возникла идея?

— Давно. Проект придумался из каких-то личных пожеланий. Однажды ко мне подошел мой сын и сказал, что он хочет играть в баскетбол. В его возрасте парни если не мастера спорта, то КМС, и, получается, если идти в секцию баскетбола в тот же ЦСКА, ему останется только одно — подавать полотенца. Если в Москве нет возможностей для развития массового спорта, что говорить тогда о регионах? Да, есть фитнес-клубы, но это исключительно взрослый формат, для детей и юношей ничего нет. К тому моменту у меня уже было понимание, каким должен быть подобный комплекс: мы уже организовали несколько фитнес-клубов TerraSport в наших жилых комплексах, строили детские сады, чтобы погасить долю города.

— Почему вы начали с регионов, а не с Москвы, где родились и всю жизнь занимались девелопментом?

— Задача была сразу создать проект для страны, а не для одного взятого города, будь даже этот город столицей. Для Москвы надо придумывать совсем отдельный, новый формат, потому что она живет по правилам, отличным от остальной России. Конечно, я хочу, чтобы наши комплексы появились в столице, но, признаюсь, для этого нужно вложить огромные ресурсы, в том числе и человеческие, профессиональные. А как раз эти ресурсы у меня сейчас ограниченны.

— Первые TerraSport откроются в Кирове, кто вас вывел на губернатора Кировской области Никиту Белых?

— Меня с ним познакомил мой друг Аркадий Дворкович (помощник президента РФ.— "Ъ").

— Аркадий Дворкович активно участвует в вашем проекте TerraSport. У него доля в этом бизнесе?

— Он госслужащий, и этим все сказано — он не может заниматься бизнесом. Аркадий участвует в этом проекте как единомышленник: ему небезразлично будущее массового спорта, детей. Через некоторое время после нашего знакомства с Аркадием Дворковичем я открывал дворец пионеров в Свиблово. Ему понравилось то, что мы сделали, а я предложил несколько вариантов продолжения этой идеи, из чего возник благотворительный фонд "Заветная мечта". В рамках фонда мы выпустили серию книг, организовали серию бесплатных занятий по семи предметам, как спортивным, так и развивающим, в общеобразовательных школах. К проекту привлекли других бизнесменов. Уже после "Заветной мечты" появился проект TerraSport, в котором я выступаю в роли инициатора идей, а Аркадий Дворкович — критика.

— Кто привлек в этот проект столь сильного партнера, как Сбербанк?

— Изначально Сбербанк появился по моим контактам, потом мы представили наш проект Герману Грефу (глава Сбербанка.— "Ъ"). От нас требуется вложить в проект 20% собственных средств от общего объема инвестиций. Сейчас стоимость пяти объектов в Кирове оценивается в 1,2 млрд руб. Также банк, чтобы контролировать процесс реализации программы, рассматривает возможность получения миноритарной доли, но вопрос пока не решен.

— Как в дальнейшем будет строиться региональная экспансия TerraSport?

— Мы не ритейлеры с сетями магазинов "восемь хомячков" или "восемь пятачков", перед которыми стоит задача обеспечить равномерное присутствие своего бренда по всей стране. Мы готовим комплексное решение для какого-то определенного региона, и за счет строительства сразу нескольких объектов сокращаем издержки и создаем условия для соревнований между ними. Для нас очень важны вменяемые, доверительные отношения с губернатором. Никита Белых уделяет этому проекту значительное время: сам его продвигает, интересуется всеми подробностями. Задумайтесь, только в Москве строительство жилого комплекса "Коперник" (располагается на Большой Якиманке.— "Ъ") заняло у меня восемь лет, из них на саму стройку ушло всего полтора года, остальное — беготня по кабинетам и сбор подписей. Это просто невообразимый срок даже для России. Столько строился Колизей в Риме (72-80 год н. э.— "Ъ"). Поэтому сейчас мы все усилия бросили на Киров. В будущем, конечно, мы будем выходить в другие города, опираясь в том числе и на развитую филиальную сеть Сбербанка.

— Что будет с вашим самым первым бизнесом — агентством МИАН?

— За последние несколько лет сеть МИАН сильно уменьшилась. Причина не столько в налоговых претензиях, сколько в том, что со временем меня больше стал интересовать девелоперский бизнес, а бизнес, которым мало занимаешься, идет вниз. Но я уверен, что у МИАНа хорошее будущее. У нас есть бренд почти с 15-летней историей, понимание рынка. Сейчас мы планируем изменить формат услуг, привлекать новых партнеров, а также покупать небольшие агентства.

— Превращение группы МИАН в "Коперник" случилось как раз после истории с налоговой. Ребрендинг был спровоцирован этим скандалом?

— Совсем нет. В какой-то момент стала возникать путаница — потенциальные партнеры часто задавали один и тот же вопрос: "Так вы все-таки жилье продаете или девелоперские услуги предоставляете?" Тогда мы решили оставить агентству недвижимости имя МИАН, а всю группу переименовать в "Коперник", поскольку агентские услуги приносили лишь мизерную часть ее выручки (ранее оборот агентства МИАН оценивался в сумму до $10 млн.— "Ъ").

— Помимо девелопмента, вы когда-нибудь занимались другим бизнесом?

— Мы с одним моим другом, ярым фанатом виндсерфинга, какое-то время выпускали серф-оборудование. Была какая-то мастерская, которая шила паруса, потом все это упаковывалось и поставлялось в магазины. Непродолжительное время мы даже гордились тем, что мы самые крупные производители серфов в России, но с этими ощущениями очень быстро пришлось расстаться: наши серфы мертвым грузом лежали на складах. Еще я был банкиром. Вместе с несколькими партнерами я был совладельцем Русского ипотечного банка, но в 2006 году вышел из бизнеса. Сейчас, особенно после опыта с Альфа-банком, понял одно: я буду развивать новые проекты, но с партнерами, которые смогут защитить бизнес от рейдерского захвата. И еще я осознал одну очень важную вещь: никакие суды не смогут отнять у меня самого главного — мои идеи, мои проекты, моих друзей.