Балет в Большом! Разговор перед спектаклем. Арсений Замостьянов, издательство «А-Тритона»Многозначительный восклицательный знак в названии, на обложке размытое Фотошопом изображение балерины, поправляющей туфельку, – стилизация под «Танцовщицу» Дега, буквицы, виньетки и короны, украшающие страницы,… и увы, уже привычный для многих изданий клеевой переплет.

Книга, посвященная Большому балету, вышла в рамках проекта «Библиотека ОТП Банка» и стала третьей в серии. В первом выпуске рассказывалось о традициях, объединяющих русский и венгерский народы, во втором – о космосе. Выход новой, «балетной» книги почти совпал во времени с торжественным открытием основной сцены главного театра России, давно ставшего ее гордостью и символом. А также и брендом, успешно продававшимся во всем мире, наряду с автоматами Калашникова, водкой, черной икрой и матрешками.

Журналист Арсений Замостьянов сделал попытку (и довольно смелую) внести свой вклад в историю искусства танца. Деление книги на главы весьма условно, если не сказать спорно. Первая часть рассказывает об истории Императорского Большого театра – ни много ни мало о первых 140 годах его существования. Да, вот так скромно, на тридцати страницах уместились сто сорок лет – со дня открытия в 1780 году до начала 20-х годов XX века. Далее оглавление преподносит сюрпризы. Сразу за «Императорским театром» начинается «эпоха балетов Прокофьева». С некоторой натяжкой такое историческое деление можно принять, но затем идут биографические главы, посвященные выдающимся балеринам Большого – Семеновой, Лепешинской, Улановой, разумеется, Плисецкой, блистательному дуэту Максимовой и Васильева. А за ними – вот сюрприз! – вас поджидает «балетмейстерская» глава «Эпоха и муза Юрия Григоровича». Складывается впечатление, что других выдающихся хореографов, например, Голейзовского, Захарова, Лавровского, в Большом театре просто не было – о них упоминается лишь мельком. Финальная глава рассказывает о постановках Алексея Ратманского, нынешних премьерах Большого – Николае Цискаридзе, Светлане Захаровой, Иване Васильеве и Наталье Осиповой. Увы, последние двое около месяца назад, сразу же после открытия основной сцены,  распрощались с Большим театром и теперь являются солистами питерского Михайловского театра. «Ну, кто ж знал!» – наверно, воскликнул автор, узнав об этом, раздосадованный тем, что книга устарела, едва выйдя из типографии. Но почему в увесистом томе лишь вскользь рассказано о Марисе Лиепе (только о роли Красса) и нет глав о Михаиле Лавровском, о трагической судьбе Александра Годунова? Ведь Большой балет всегда был знаменит не только балеринами, но выдающимися танцовщиками, представителями линии героического мужского танца.

За 200 с лишним лет выдающихся персонажей в истории Большого театра набралось немало. Если поставить своей целью подробно исследовать творчество всех композиторов, балетмейстеров, танцовщиков, работавших здесь, то вероятно, потребовался бы не один год напряженной работы, а на выходе получилась бы многотомная энциклопедия, которая спустя 50 лет была бы запрещена к вывозу из страны как букинистическая ценность. Задача Арсения Замостьянова много скромнее – рассказать (еще раз) о тех, кого любители балета и так знают, о тех, чьи имена на слуху. А «непродвинутой» публике имена театральных звезд 30-40-50 годов XX века, вероятно, «за давностию лет» ничего не скажут, стало быть, и книга о них заинтересует гораздо меньшее количество читателей, а труда потребует больше.

Может быть, именно постановкой целей и отличается серьезное искусствоведческое исследование от беллетристики. Гораздо легче почитать уже изданные биографии, собрать вполне доступные свидетельства и иконографию, пару исторических анекдотов (например, историю о золотых часы, вынужденно подаренных Прокофьеву неким послом, или актерские байки), чем сидеть в РГАЛИ, по крупицам собирая информацию из писем и архивов. Написана книга легким и образным языком, автор опирается на мемуары артистов и композиторов, свежие интервью, в изобилии их цитирует, и хочется надеяться, обошелся без явного вымысла. Словом, если бы это был диплом искусствоведа-выпускника РАТИ, то можно было бы поставить твердую четверку, попеняв лишь на отсутствие справочно-библиографического раздела. Впрочем, беллетристика этого и не предполагает.

Остается лишь надеяться, что российские банки, проявляя свою «социальную ответственность», не будут спонсировать лишь «культуру-лайт». Все таки благотворительность, в отличие от кредитования, не должна быть «экспресс»…