Во-первых, это динамика развития; во-вторых, это проблемы институтов; в-третьих, это проблемы регулирования; а в-четвертых, проблемы конкуренции. Это те линии, по которым экономика и общество в целом видит развитие банковского сектора. Совершенно правильно говорится в документе о том, что банковский сектор должен развиваться динамично, но при этом не должно быть пузырей, которые были до 2008 года. Темпы, которые формируются в этом году, на мой взгляд, достаточно комфортны для того, чтобы была непременно и динамика, и наращивание роли банковского сектора. Сентябрьские показатели динамики активов и кредитного портфеля банков показывают, что он растет чуть быстрее, чем на 20% в год — во многом за счет изменения валютного курса. Быстрее выросла стоимость портфеля потребительских ссуд. Если мы думали, что в конце года этот показатель составит 30%, то он уже сейчас составил 32%. Все это имеет совершенно точные структурные объяснения: банковский сектор преодолевает дефицит банковских услуг в экономике, наиболее быстро — в сфере потребительского кредитования, где этот дефицит наиболее очевиден.Производственный сектор испытывает неутоленный голод на кредитные ресурсы, но, на наш взгляд, его преодоление не может быть слишком быстрым, потому что банковский капитал пойдет в те сферы, куда он не должен идти.

Если высказать мнение относительно темпов, показатели в принципе целевые параметры достаточно правильно описаны в стратегии-2020. Контрольные точки я бы предложил соизмерять темпы накопленных ростов кредитного портфеля, активов с темпом роста номинального ВВП, говоря о том, что небольшое превышение этих показателей показывает умеренную кривую развития банковского показателя.

Я бы не хотел специально останавливаться на проблеме капитализация. Совершенно очевидно, что и Банк России, и Правительство на ближайшие годы с цифрами в 180 и 300 млн рублей определились и намерены реализовать требования по капитализации в гораздо более скромных количественных параметров. Я не до конца согласен с тезисом о том, что количественные параметры в банковском секторе определяет криминальный и некриминальный банковский бизнес. Дело, на мой взгляд, не в этом или не только в этом.  Действительно, криминал может быть в банках разного масштаба. Это все относится к компетенции правоохранительных органов. Но эта цифра показывает водораздел экономической эффективности кэптивного и некэптивного банковского бизнеса — совершенно очевидно. Необходимые деньги в размере 180, а потом 300 млн рублей есть у структур, которые в большей степени ориентированы на то, чтобы банки работали как механизм зарабатывания денег от публичных операций, а не от обслуживания собственных финансовых потоков. Я бы отнес вопросы криминальности, которые действительно существуют в банковском секторе, к человеческому фактору. Не знаю, какие требования к капиталу будут в 2020 году, но я призываю смотреть на жизнь современными глазами. Не стоит пугаться цифр в гораздо более отдаленной временной перспективе: инфляция есть не только рублевая, но и долларовая.  И она тоже не нулевая. Что касается количественных требований к капиталу, это не вопрос ближайшего времени — по крайней мере, до 2015 года. Что касается надзора, я приведу фразу, которая иногда излагается томами, а тут приведена очень точно. «Орган надзора должен иметь право самостоятельно производить оценку достаточности капитала и требовать от акционеров внесения капитала или, в случае отказа переоценивать капитал до реального уровня, передавать банк под управление АСВ с лишением права контроля акционерами кредитной организации». И много других подобного рода моментов очень понятно и лаконично сформулированы в этой стратегии.

Тему конкурентоспособности, наверное, стоит поднять чуть шире. Ее у нас оценивают по доле банков, контролируемых государством, в системе или доле бизнеса в целом. Это характерно не только для российских экспертов, но в большей степени для западных специалистов, которые заявляют, что у нас неконкурентоспособный рынок, и начинают приводить доли тех или иных сегментов организаций, контролируемых государством. У нас первые пять банков, как известно, приближаются к планке 50% банковского бизнеса. После сделки с Банком Москвы стоимость контролируема государством. У какого количества частных российских инвесторов есть сумма, сопоставимая с капиталом этих пяти банков? Имеется ли она на фондовом рынке? Способен ли частный российский капитал занять, и по какой цене? Чем выражены эти активы и что должны продать люди, входящие в список журнала «Форбс», чтобы приобрести половину банковского сектора? Поэтому темпы разгосударствления и конкуренции — это разные вещи. Мы говорим о необходимости повышения роли частного капитала в составе крупнейших и крупных средних российских банков. Совершенно очевидно, что даже за ближайшие 10 лет первые пять банков не будут полностью контролироваться частным капиталом. Но если сказать, что к 2020 году в составе первых пяти российских кредитных организаций должны быть, по меньшей мере, пара банков, контролируемых частным капиталом российского происхождения или сформированным на финансовых рынках, это будет задача более или менее реальная. Конкурируют институты. Институты, контролируемые государством, в банковском секторе, в меньшей степени ориентированы на кэптивность. Мы должны формировать условия к тому, чтобы банки, контролируемые российским частным капиталом, входили в число крупнейших, понимая задачи и интересы государства.

Хочу отметить еще одну особенность, которая, на мой взгляд, вряд ли должна быть доминантой в российской инфраструктуре: «необходимо снятие правовых и налоговых основ на создание в России хедж-фондов, фондов прямых инвестиций, упрощения налогового администрирования финансовых инструментов». Я бы сказал, что скорее мы долны при формировании в Москве Международного финансового центра ориентироваться на создание институтов и налоговых условий, которые соответствуют стандартной международной банковской практике. Тогда мы получим и необходимый набор инструментов и налоговых условий, и работу в рамках развития финрынков и финансового бизнеса, а не формировать сегмент налогового оазиса.

По материалам выступления на Круглом столе Ассоциации российских банков 11 октября 2011 года