Если одно лицо берет у другого деньги в долг, при этом заключается соответствующий договор, а среди сторон сделки нет мошенников, то, по идее, в итоге все должны быть довольны. Кредитор получает через определенное время свои деньги и проценты на них, заемщик – возможность удовлетворить свои заветные (или не очень) желания здесь и сейчас, а также зарабатывает себе хорошую кредитную историю. Идиллия!

Но тогда почему в последнее время все чаще взаимоотношения банков и их заемщиков – физических лиц становятся предметом судебных разбирательств? Почему банки вместо погашенного кредита получают требования о возврате комиссий, с которыми клиенты ранее были согласны, а заемщики, вместо вполне разумной процентной ставки – дикую переплату, да еще и испорченную репутацию в придачу? Могут ли быть победители в этой войне (кроме адвокатов и прочих посредников), и есть ли шансы на примирение сторон?

Он-лайн-конференция « Правовое регулирование потребительского кредитования» проведена совместно порталом Bankir.Ru и Ассоциацией региональных банков России.

Почему все так сложно?

Справедливое недовольство и даже возмущение у заемщиков вызывают, прежде всего, скрытые комиссии и запутанные условия договоров.

«Есть простая и банальная банковская услуга – депозит. В этой услуге все примитивно: срок размещения, размер размещаемых средств и проценты. Что мешает с кредитом сделать то же самое? – удивляется наш читатель. – Не жадность ли и алчность банков? Не пора ли все скрытые и иные комиссии, «снижающие риски» бедного банка и покрывающие его же «чудовищные» расходы на выдачу и дальнейшее обслуживание кредита,  включить в одну процентную ставку по кредиту, которой все банки открыто  и могли бы конкурировать, без полумошеннических уловок, рассчитанных на невнимательность заемщика?»

Вице-президент Ассоциации региональных банков России Олег Иванов готов согласиться с тем, что потребителю трудно выбрать наиболее подходящий кредит. Но лежит ли проблема в сфере «простоты-сложности» кредитного продукта или «ясности-запутанности» банковского тарифа? Может быть, стоит поискать проблемы в другом месте?

Прежде всего, вряд ли можно считать депозит примитивной услугой, отмечает Иванов. При более внимательном взгляде обнаруживаются, например, условия о процентах, которые выплачиваются при досрочном изъятии вклада (или не выплачиваются, или выплачиваются в определенной части). Ставка может зависеть от срока депозита, увеличиваясь от года к году. До кризиса определенное распространение получили индексируемые депозиты, когда размер процента был привязан, например, к цене на нефть. Есть пополняемые и не пополняемые депозиты, депозиты с книжкой, с карточкой, в форме ценных бумаг и так далее. Не стоит забывать о страховании вкладов до 700 тыс. руб. Сложнейшая система!

В общем, тезис о том, что есть какие-то «простые» или «тривиальные» финансовые услуги, является ложным, резюмирует Иванов. Все просто только на первый взгляд. На второй – очень много специфики и особенностей.

Предложение намеренно упрощать финансовые услуги также представляется сомнительным. Тенденция к усложнению - мировой тренд. Финансисты придумывают финансовые продукты, которые несут различные виды рисков, их разные комбинации, стараются придумать специальные продукты под индивидуального клиента.

Проблему справедливой конкуренции не следует смешивать с проблемой тарификации, уверен Иванов. Действительно, сейчас в российском законодательстве отсутствует понятие «цены кредита» в рублях и копейках. Если бы банк до заключения договора сообщал потребителю цену своей услуги, то никаких проблем со сравнением не возникало, полагает он.

Однако любая услуга, не только банковская, отличается сложностью тарифа. Это общее правило. «Сходите в ресторан, посетите баню, оптику или ателье. Посмотрите на тарифы. Может, стоит предложить поварам готовить только котлеты: одинакового веса, формы и содержимого?» – иронизирует Иванов.

Об этом же популярном блюде, но в несколько ином аспекте, упоминает председатель совета директоров Richford Group Алексей Турков: «Давайте все-таки «отделять мух от котлет». Мошенник (не только «жадный» и «алчный» банкир, но и оператор сотовой связи, коммунальщик, продавец хлеба и продавец обуви) всегда найдет способ обмануть покупателя, найти лазейку в законодательстве, войти в сговор. А «невнимательный» заемщик так же «невнимательно» купит себе любой другой товар, не только кредит. Единый процент этот вопрос не решит. Это вопрос законодательной и исполнительной власти, Роспотребнадзора, ФАС. Но мы ведь говорим не о мошенниках?».

Повышение финансовой грамотности – это важнейшая задача, полагает Турков. Центральный банк, Ассоциация региональных банков «Россия», АРБ много делают для этого. Конечно, кредитные договоры должны становиться проще и прозрачнее, несмотря на то, что современный кредит – это не «простая» и не «банальная» услуга. Однако уже сейчас у заемщика достаточно информации и возможностей не дать себя обмануть. Никакой высшей математики в тарифах банков нет, любой человек, обученный читать, писать и считать, способен в этом разобраться, уверен Турков: «Вы же не каждый день берете кредит? То есть у вас есть время».

Кроме всего прочего, до подписания кредитного договора банки обязаны доводить до заемщика полную стоимость кредита, включающую все платежи заемщика и банку, и третьим лицам, например страховщикам. Это и есть тот параметр, по которому легко сравнить условия различных банков. Было бы желание.

Вице-президент Ассоциации региональных банков России, председатель совета Национальной ассоциации кредитных брокеров и финансовых консультантов Владимир Гамза согласен, что было бы правильным и прозрачным иметь только одну ставку по кредиту. Однако такой идеальный кредит может быть только простым. Сложные расходы по кредиту не всегда можно выразить одной процентной ставкой, уверен Гамза.

Возможно, помочь заемщику разобраться в хитросплетениях кредитных договоров сможет паспорт кредита, предложенный Ассоциацией региональных банков. «Паспорт – это максимально прозрачное для заемщика зеркало, в котором отражаются в том числе ЭПС и ПСК», – объясняет Олег Иванов.

На конференции « Правовое регулирование банковского кредитования» был также представлен проект закона, в котором предлагается наделить Банк России правом устанавливать единую форму преддоговорного информирования клиента. Сейчас его текст направлен на согласование в ЦБ, Минфин и Роспотребназдор. Первые консультации покажут, когда можно будет ожидать результат, говорит Иванов.

И все же, чем плохи комиссии? Какова их правовая природа? Следует ли в свете последних событий считать их «тупиковым путем»?

Правовая природа комиссионного вознаграждения является платой за оказанные услуги, отвечает Алексей Турков. К сожалению, действующее законодательство не раскрывает понятие «банковская комиссия» и не определяет условия установления комиссий. Закон лишь предусматривает, что комиссии за операции устанавливаются договором между банком и физическим лицом.

«То, что сейчас происходит в судах, когда заемщики возвращают себе комиссии, уплаченные банку в соответствии с договором, – это нонсенс! – возмущается Турков. – Банки не могут нарушить правила, которые не установлены».

Эффективным решением этой проблемы, по мнению Туркова, может быть принятие закона о потребительском кредитовании.

Олег Иванов также не считает правильной борьбу с комиссиями: «Я за чистоту помыслов и смыслов. Если законодатель хочет ограничить стоимость кредита верхним пределом, он так и должен сказать. Но тогда следует говорить о запрете ростовщичества, а не вести «смертельную» борьбу с одной или двумя комиссиями».

Если законодатель хочет лишить поставщиков услуг права самостоятельно устанавливать тарифы за оказанные услуги, то пусть будет последователен, говорит Иванов: «И отрегулирует вместе с банками также рестораны, ателье, фото, шиномонтаж и так далее. Напомню пример Газпрома: его тариф называется «бери или плати». Платить надо даже тогда, когда покупатель ничего не получает, потому что договор так устанавливает».

А судьи кто?

Не возникает ли риск дополнительного бюрократического прессинга на банки, связанный с участием Роспотребнадзора и ФАС в контроле условий кредитных договоров и тарифной политики банков?

Олег Иванов согласен с тем, что «контролеров банковских тарифов многовато». Но приход Роспотребнадзора и ФАС в эту сферу произошел тогда, когда Банк России самоустранился, отмечает он. В Указании № 2008-У четко написано, что Банк России вообще не берется судить о законности тех или иных банковских комиссий. Но, как известно, свято место пусто не бывает. «Хочется, чтобы ответственный орган был один, а кто из них – не так принципиально», – говорит Иванов.

По мнению Алексея Туркова, участие Роспотребнадзора и ФАС в подобном контроле дублирует функции Банка России и только усложняет и без того детальнейшим образом регламентированную деятельность кредитных организаций. Ведь условия кредитных договоров и тарифная политика банков является непременным объектом надзора со стороны Банка России.

Надзором за соблюдением норм регулирования банковской деятельности должен заниматься Банк России, и никто другой, согласен Владимир Гамза. Все иные органы надзора могут контролировать сугубо специфические вопросы в сфере своей компетенции: потребительские качества товара, антимонопольная борьба и т.п.

О законодательстве

Какие принципиальные изменения необходимо внести в российское законодательство, чтобы привести в соответствие законодательную базу и кредитную деятельность банков?

Прежде всего необходимо доработать и принять закон о потребительском кредитовании, отвечает президент Национальной ассоциации кредитных брокеров и финансовых консультантов Диана Маштакеева. Но в развитии кредитной деятельности банков активное участие принимают кредитные брокеры и финансовые консультанты, коллекторские агентства, финансовые омбудсмены – и это далеко не полный список партнеров и агентов кредитных учреждений, чья деятельность сегодня не регулируется отдельными правовыми нормами. Соответственно, необходимо внести ряд законодательных инициатив для урегулирования системы взаимодействия в целом. Закон о потребительском кредитовании мог бы выступить основой для понимания системы в целом, уверена Маштакеева.

Сделать предстоит много, согласен Олег Иванов. В сфере розничного кредитования это законы о потребительском кредите, о коллекторах, о частном банкротстве, о кредитных брокерах. В сфере корпоративного кредита – регулирование проектного финансирования, синдицированного кредитования, неипотечной секьюритизации.

«Ни одна из этих тем вообще не затрагивается в Концепции создания международного финансового центра, – удивляется Иванов. – Видимо, в нашем МФЦ кредит – не главное».

«Пробелы, существующие в законодательстве, не позволяют банкам максимально эффективно соблюдать баланс интересов заемщика и кредитора», – сетует Алексей Турков.  Самым существенным неурегулированным вопросом на сегодняшний день он считает сферу потребительского кредитования, в первую очередь из-за отсутствия специального закона.

По мнению Туркова, в законе должны быть четко прописаны статьи об ответственности заемщиков по выплате кредитов, в обязательном порядке должно быть закреплено раскрытие банками эффективной процентной ставки и графика платежей, а также возможность досрочного расторжения договора заемщиком на первом этапе. «Заемщик должен иметь так называемое «право на ошибку», а также возможность досрочного погашения кредита», – уверен Турков.

Необходимо принять Закон «О потребительском кредите» и внести соответствующие изменения в гражданское и банковское законодательство, делающие отношения банка и заемщика равноправными и справедливыми, согласен Владимир Гамза.

По словам Гамзы, проект закона дорабатывается Минфином совместно с банковским сообществом и общественностью: «Надеемся, в этом году он будет внесен в Госдуму».

Необходимость принятия закона о потребительском кредите признана в проекте Стратегии развития банковского сектора до 2015 года, уточняет Олег Иванов. Его принятие в плане мероприятий отнесено на 2011 год. «Но мое личное мнение сводится к тому, что наиболее подходящее время обсуждения закона в Думе – 2012 год», – признается Иванов.

А вот начальник юридического управления Международного торгово-промышленного банка, модератор подфорума «Персонал» портала Bankir.Ru Сергей Римша полагает, что деятельность банков по кредитованию клиентов регулируется законодательством Российской Федерации в полном объеме, и «белых пятен» на этом поле нет. Проблема в другом, уверен Римша, – в применении самого законодательства по конкретным вопросам, возникающим при кредитовании. «Вот здесь противоречий много, в том числе и в судебных решениях, когда практически по одной и той же ситуации суды на местах принимают противоположные решения», – говорит он.

Какой из упомянутых выше законопроектов наиболее актуален? По данным опроса  агентства Bankir.Ru и Ассоциации региональных банков России 58% респондентов считают самым актуальным законопроектом закон о потребкредитовании, 47% – закон о банкротстве физических лиц, 27% – закон о коллекторской деятельности, 10% – закон о кредитных брокерах.

Олег Иванов считает основным мерилом актуальности долю населения, которую затронет тот или иной законопроект. «Закон о потребкредите затронет 35% населения, закон о коллекторах – 3%, закон о кредитных брокерах – 1%, закон о частном банкротстве – 0,05%», – говорит он.

Для построения эффективной банковской системы необходим закон о потребкредитовании, который позволил бы дать четкое определение всех участников системы кредитования и определил бы всю систему взаимодействия этих участников, полагает Диана Маштакеева.

По мнению Алексея Туркова, крайне актуально и крайне необходимо сейчас принятие законов о потребкредитовании и о коллекторской деятельности. Закон о банкротстве физических лиц, безусловно, нужен, «однако ждут его не только честные и добропорядочные люди, оказавшиеся из-за кризиса в сложной ситуации, но и те, кто осознанно набрал кредитов, а сам и не собирался их возвращать». Если судебная система не будет работать четко, то таких жуликов обнаружится много, полагает Турков.

Все эти законы очень важны, уверен Владимир Гамза. По логике законотворчества, они должны быть приняты в следующем порядке: 1) закон о потребительском кредитовании; 2) закон о банкротстве физических лиц; 3) закон о кредитных посредниках (кредитные брокеры, коллекторы, финансовые консультанты и т.п.).

Сергей Римша считает идеальным вариантом принятие всех законов вместе, «в единой связке», так как их отдельные положения не только связаны друг с другом, но и следуют одно из другого.

Отдельная тема – правовое регулирование взыскания просроченных кредитов. Правовая база по этому направлению определенно существует, но явно недостаточная, считает Олег Иванов: «Судебная процедура и исполнительное производство описаны на четыре и три с минусом соответственно, а деятельность коллекторов – на два с плюсом». С ним согласны Алексей Турков и Владимир Ганза: в области взыскания просроченной задолженности необходимо дополнительное регулирование.

На одном языке

На конференции «Правовое регулирование потребительского кредитования» прозвучало выступление профессора-филолога Марины Сидоровой, посвященное проблемам языка кредитных договоров. Насколько актуальна проблема непонимания между банками и клиентами, и «банковской словесности» в целом?

«Думаю, что эта проблема должны стать предметом глубокого совместного изучения психологов, педагогов, филологов, юристов и банкиров», – отвечает Олег Иванов. «Приходится слушать много оценочных суждений, причем говорящие, как правило, опираются на личный опыт». Ответ на вопросы: «Почему клиенты не читают договор?», «Насколько они понимают его содержимое?» и «Как интерпретируют?» заслуживает, по мнению Иванова, отдельного научного исследования, в котором роль филологов будет не последней.

Эта проблема реально существует, и на сегодня весьма актуальна, согласен Алексей Турков: «Кредитный договор – это документ. Он должен соответствовать нормам и правилам русского языка. Мы живем в России!».

Договор, по мнению Туркова, должен быть понятным, и прежде всего корректно должна быть составлена преамбула договора. «Если, что называется, не хватает фантазии, можно взять договор любого европейского банка и правильно перевести его на русский язык в соответствии с российским законодательством», – советует он.

Владимир Гамза главной проблемой в отношениях банка и заемщика считает информационную асимметрию, непрозрачность друг для друга. «В этой ситуации каждый стремится обмануть «партнера» (типичная карточная игра). Язык – это лишь один из способов такой игры в кошки-мышки», – уверен Гамза. По его мнению, только качественный закон о потребительском кредитовании сделает эти отношения прозрачными и понятными.

Как правило, форма кредитного договора до того, как попасть на подпись к заемщику, проходит согласование в службах и подразделениях кредитной организации, поясняет Сергей Римша. «Хотя, чего скрывать, порой в тексте встречаются довольно забавные обороты. Да где их только нет. Подобный «юридический юмор» можно встретить и в постановлении судебного пристава-исполнителя, и в судебном решении. Человеческий фактор имеет место в любой ситуации».

По мнению Римши, вопрос лежит немного в иной плоскости. В настоящее время правовая грамотность населения, в том числе и потребителя такой банковской услуги, как кредитование, оставляет желать лучшего. Заемщик зачастую подписывает кредитный договор, не вникая в его сущность, для него главное – здесь и сейчас получить деньги, то есть удовлетворить свою насущную потребность, а что именно написано на нескольких страницах кредитного договора и каково значение непонятных для него фраз – не столь важно. А правовая грамотность – это не только знание юридических терминов, но и умение оценивать с правовой позиции свои сегодняшние действия и их последствия в будущем. Как раз в этом и возникает своего рода непонимание, полагает Римша.

Действительно, проблема недопонимания между потребителем и банком сегодня ярко выражена, подтверждает Диана Маштакеева. Основной причиной просроченной кредитной задолженности, согласно опросу потребителей, проведенному АКБР, является финансовая безграмотность, контекст которой – неумение потребителя переводить сложные финансовые обороты, применяемые в кредитных договорах и другой банковской документации.

Так что же мешает банкам и заемщикам «жить дружно»? Хотелось бы думать, что основная причина – отсутствие адекватного законодательства. В этом случае есть надежда, что в обозримом будущем ситуация может измениться.

Кардинально поменять мировоззрение «воюющих» сторон было бы гораздо сложнее…