Знаменитые ляпы ФРС

С момента своего создания в 1913 году Федеральная резервная система не достигала особых успехов в прогнозировании бумов и крахов. При этом не только Бернанке и Гринспен допускали промахи. CNN Money предлагает обзор самых серьезных и известных ошибок ФРС за многие годы.

Великая депрессия. Американская экономика уже находилась в состоянии рецессии к 1929 году, когда только что назначенный президент Нью-Йоркского Федрезерва, Джордж Харрисон (просьба не путать с гитаристом из Битлз), решил, что он хочет обуздать растущий пузырь на фондовом рынке. Он убедил ФРС поднять учетные ставки вместо того, чтобы позволить событиям идти своим ходом. Два месяца спустя  фондовый рынок рухнул, дав начало Великой депрессии.

Влияние роста процентных ставок на экономику оказалось подобно проколу воздушного шара иглой, а не медленному выпусканию воздуха. ФРС задушила экономический рост, разрушив всю финансовую систему.   

Еще больше усугубив ситуацию, Федеральный резерв снова поднял процентные ставки после краха и не смог увеличить денежную массу для борьбы с дефляцией. Люди начали копить наличные под матрацем вместо банков, превратив тяжелую рецессию в полноценный кризис.

Великая рецессия. Хрустальный шар ФРС часто оказывается сломанным. Все через несколько месяцев после банкротства Lehman Brothers председатель резервной системы Бен Бернанке заявил в Конгрессе, что в результате обвала жилищного рынка США, по его мнению, лопнут только мелкие банки.  

В феврале 2008 года он говорил: «Я не ожидаю никаких серьезных проблем такого рода для крупных банков с международными операциями, на которые приходится очень значительная часть нашей банковской системы». Lehman подал заявку на признание компании банкротом в сентябре. В июле Бернанке утверждал, что ипотечным гигантам Fannie Mae и Freddie Mac «не грозила ликвидация». Последовавшее спасение компаний стало самым дорогостоящим правительственным выкупом за весь финансовый кризис. Его стоимость уже составила $153 млрд., и это еще не конец.

Все любят чаши с пуншем. Как однажды точно подметил Уильям Макчесни Мартин мл., дольше всех проработавший на посту председателя Федерального резерва, роль системы состоит в том, чтобы «унести чашу с пуншем в разгар вечеринки», говоря о необходимости повышать ставки до формирования пузыря активов.

С тех пор последователи Мартина сотни раз цитировали эту фразу, но лишь немногие успешно последовали его совету.

Вместо этого слишком мягкая денежно-кредитная политика частично была виновницей долгового кризиса 1980 года, пузыря дот-комов 1990-х и жилищного пузыря, лопнувшего в 2008 году. По сути, экономика пила (и продолжала пить) пунш ФРС до наступления похмелья.

Стабильность в Исландии. В 2006 году Фредерик Мишкин опубликовал работу под названием «Финансовая стабильность в Исландии». Торгово-коммерческая палата страны выплатила ему $124000 за соавторство в отчете.

Неудивительно, что у него нашлась пара хороших слов: «Анализ в данном исследовании позволяет предположить, что хотя в экономике Исландии существуют проблемы, которые со временем решатся, финансовая нестабильность там невысока, и вероятность финансового кризиса очень низкая».

Экономика Исландии рухнула меньше чем через год. Мишкин ушел из ФРС в 2008 году и вернулся к преподаванию в Колумбийском университете.

Приз Гринспена. Через несколько дней после того, как руководство Enron призналось в фальсификации финансовой отчетности в течение пяти лет, тогдашний председатель Федерального резерва Алан Гринспен принял от компании награду Enron Award for Distinguished Public Service.

При этом Гринспен ставит себе в заслугу отказ от денежного вознаграждения в размере $10000 и скульптуры стоимостью $15000, спонсированной Enron. Однако председатель ФРС, ранее известный как «Маэстро», мог бы подумать дважды, прежде чем связываться с Кеннетом Лэем и компанией.

Недооценка крупных угроз. Федрезерв не любит выступать в качестве пессимиста, даже когда это может быть оправдано. Бывший председатель ФРС Алан Гринспен неоднократно недооценивал серьезные угрозы экономике.

Как известно, в 1996 году он предупредил о том, что акции технологических компаний были переоценены, назвав рост цен на акции «иррациональным». Однако он не ответил на это ужесточением кредитной политики.

Акции технологических компаний продолжали расти до марта 2000 года, когда предположение Гринспена подтвердилось.  Затем, в 2005 году, он предупредил о «пене» на перегретом рынке недвижимости. Это оказалось, по меньшей мере, значительной недоговоркой.

Тим использует TurboTax. Будучи президентом Нью-Йоркского Федерального резерва, Тим Гайтнер не выплачивал подоходный налог в полном объеме. Впоследствии его проверила Федеральная налоговая служба, и он выплатил все задолженности, но это не помогло ему избежать публичной порки. После его выдвижения на пост министра финансов президентом Обамой Конгресс раскритиковал Гайтнера за налоговые проблемы.

Критики прозвали его «Тим TurboTax», после того, как он рассказал, что пользовался популярной программой для подачи налоговой декларации. Что еще? Федеральная налоговая служба является одним из подразделений Министерства финансов.

Слишком большие, чтобы обанкротиться. Будучи одним из самых явных критиков спасения крупнейших банков Америки, потому что те слишком велики, чтобы обанкротиться, бывший председатель ФРС Пол Волкер, по злой иронии, был среди создателей этих самых банков более 20 лет назад.

Когда самый большой банк Чикаго Continental Illinois обанкротился в 1984 году, Федеральный резерв вмешался, чтобы спасти положение, предоставив Continental заем в размере $3,6 млрд. Тогда Волкер был во главе ФРС.

Позднее в своем свидетельстве перед Сенатом он защищал этот шаг, заявив, что выкупы были «самой главной функцией Федеральной резервной системы. Именно для этого она и был создана». С тех пор Волкер выступал против монстра, «слишком большого, чтобы обанкротиться», в создании которого он участвовал лично.

Вертолетная речь. Свои недоброжелатели появились у Бена Бернанке еще до того, как он стал председателем Федрезерва. Критики часто вспоминают речь 2002 года, из-за которой у него появилась кличка «Бен-вертолет».

Выступая с заявлением в качестве управляющего ФРС, Бернанке упомянул Милтона Фридмана, который говорил о том, как «сброс наличных с вертолета» мог вызвать инфляцию, если падение цен будет угрожать экономике.

Это должно было выглядеть как простой способ успокоить инвесторов, но, к сожалению для Бернанке, скептики по-прежнему припоминают ему эту речь. Когда ФРС под предводительством Бернанке влила миллиарды долларов в экономику, его часто называли председателем Федрезерва, который предлагал выбрасывать долларовые банкноты из вертолета.

Российские перспективы

Инвестиционная привлекательность России не вызывает сомнений у управляющих двух европейских фондов с лучшими показателями, в то время как их мнения о рискованности российских акций являются совершенно противоположными.

Авторы статьи в журнале BusinessWeek имеют в виду Петера Элама Хаканссона, управляющего российским фондом компании East Capital Group с объемом активов в 1,9 млрд. евро ($2,7 млрд.). Вложив в фонд $10000 10 лет назад, сейчас вы получили бы $97700. Благодаря такой доходности, достигающей в среднем 26% в год, данный фонд может похвастаться лучшими показателями в Европе.

Вторым по доходности является российский фонд компании Carnegie Fonder, возглавляемый Фредериком Коллиандером. $10000, вложенные в фонд Коллиандера, превратились бы в $70700 при 22-процентной годовой прибыли. Те же $10000, инвестированные в фондовый индекс Standard & Poor's 500 в 2001 году, сейчас стоили бы $12900. Несмотря на такие прибыли, инвесторы опасаются московского рынка. Свидетельством этого является относительно низкое отношение цены к прибыли, в соответствии с которым инвесторы оценивают возможный прирост прибыли компании. Российский индекс ММВБ, включающий 30 крупнейших публичных компаний, имеет коэффициент «цена/прибыль» 9,4, в то время как коэффициент бразильского индекса Bovespa составляет 11,6, а соотношения для крупных китайских и индийских индексов, а также американских и британских – варьируются от 14 до 16,3, по данным Bloomberg.

По мнению Хаканссона, такой подход неверен: страна не рискованнее других развивающихся рынков.  Когда инвесторы согласятся с его мнением, они будут готовы больше платить за российские акции и тем самым помогут России обогнать Бразилию и прочие рынки на 25%. Он признает, что инвестиции в развивающиеся рынки, включая Россию, подразумевают определенный риск, но он не видит причин для меньшего соотношения цена/прибыль, чем у Бразилии. «Удивительно, что люди этого не понимают».

Коллиандер считает, что проблемы коррупции и корпоративного управления делают российскую экономику уязвимее других развивающихся экономик, таких как Бразилия. Он утверждает, что российские акции должны торговаться на 15% ниже, чем акции стран-конкурентов. «Существующее правительство преследует собственные интересы, вмешиваясь в экономику в так называемых стратегических секторах», таких как нефть и газ, говорит Коллиандер. «В этом и есть риск России».

Хаканссон счиает, что самой большой угрозой для роста российской экономики сегодня является возможный мировой экономический спад – в отличие от ситуации в конце 1990-х, когда экономические проблемы страны носили внутренний характер. Коллиандер, в отличие от него, по-прежнему опасается российской склонности к созданию собственных проблем. «Нам всегда напоминают об этой специфике России, - признает он. – Каждые два-три года что-то происходит. Трудно сказать, что это будет в следующий раз, но что-то обязательно случится. Что-то всегда случается».  

Несмотря на сомнения Коллиандера, намерение России стать международным финансовым центром постепенно обретает более конкретные очертания. На минувшей неделе президент страны Дмитрий Медведев провел переговоры с главой Goldman Sachs Ллойдом Блэнкфайном о возможном участии банка в инвестиционном фонде, который Кремль намерен создать для привлечения иностранного капитала.

Как пишет The Huffington Post, Россия страдает от хронического недостатка инвестиций, вынуждая правительство постоянно рекламировать страну как тихую гавань для иностранного капитала. Потенциальные инвесторы регулярно ссылаются на такие причины, как коррупция и непроходимая бюрократия.

Однако, побывав в Москве, Блэнкфайн отметил, что самым большим препятствием для превращения столицы в финансовый центр являются столичные пробки. Об этом заявил заместитель министра финансов России Дмитрий Панкин и агентство Bloomberg.  

Согласно июльскому отчету International Business Machines Corp., московским водителям приходится стоять в самых длинных пробках из 20 крупных городов, что создает «мрачную» атмосферу, препятствующую развитию торговли.  

В последние три года средний московский водитель проводит 2,5 часа в пробках, выявило исследование IBM.

Рецессия как средство от коррупции

Коррупция – широко распространенная проблема, ставшая одной из главных причин долгового кризиса в Греции. Однако, как показало исследование Transparency International, политика жесткой экономии помогла сократить уровень коррупции в этой стране. Но, как сообщает Reuters, сами греки сомневаются в том, что эту хроническую проблему вообще можно искоренить.

За последний год ориентировочные издержки от мелкой коррупции снизились почти на 20% до 632 млн. евро, по данным прогнозов Transparency International Greece и Public Issue, составленных на основании опроса более 6000 человек.

Тем не менее, греки настроены пессимистично, и злоба по отношению к политикам, которых многие жители считают виноватыми в многолетнем взяточничестве и растратах, которые погрузили страну в худший кризис за десятилетия, сохраняется. К примеру, на минувшей неделе протестующие бросили йогурт в заместителя премьер-министра Теодора Пангалоса, что стало последним нападением населения на политиков.

Transparency International выявила, что спад строительной активности частично объясняет прогнозируемый спад взяточничества в городских архитектурах, которые являются рассадником коррупции. Но опрос показал, что, несмотря на снижение уровня, сами греки не испытывают оптимизма по поводу борьбы с коррупцией. Лишь 49% респондентов верят, что стране удастся избавиться от этой хронической проблемы.

Немецкие банки не пошли на поправку

Во время финансового кризиса проблемы госбанков Германии едва не довели финансовую систему страны до краха и вынудили государство выделить помощь на миллиарды евро. Однако, как пишет журнал Spiegel, они по-прежнему в плохой форме. Теперь миллиарды токсичных активов на их балансах могут стать проблемой налогоплательщиков. И исправить это практически невозможно.

Гюнтер Мерль, бывший глава правительственного Специального фонда стабилизации финансового рынка, и Хайнц Хильгерт, бывший генеральный директор WestLB, не сумевший решить серьезные проблемы банка, опасаются, что ставки слишком высоки:на кону ни больше ни меньше – будущее финансовой индустрии Германии – и миллиарды денег налогоплательщиков.

Мерль и Хилгерт уверены, что правительственной комиссии необходимо, наконец, что-то сделать с тем, что они называют «политической неразберихой». В то время как такие страны, как Соединенные Штаты, пользуются финансовым кризисом, чтобы привести в порядок и укрепить свои банки, «самые важные банковские проблемы Германии остались нерешенными», - признает Хилгерт, говоря о давно необходимой реорганизации проблемных госбанков страны.

До финансового кризиса кредиторы – при поддержке правительства – брали взаймы миллиарды евро на выгодных условиях и вкладывали деньги в ценные бумаги, которые они считали  очень прибыльными. Но после коллапса инвестбанка Lehman Brothers многие из этих инвестиций оказались токсичными. Правительству пришлось спасти банки, но те до сих пор не избавились от скисших ценных бумаг.

Все попытки решить проблему оказались провалом. Не хватает рабочих концепций и усилий со стороны правительства и региональных сберегательных банковских организаций, которые владеют банками. Чиновники министерства финансов надеются, что стресс-тесты, которые ожидают европейские банки в этом году, вынудят индустрию переосмыслить ситуацию. 

Трагедия, связанная с WestLB, частично принадлежащим государству, демонстрирует, насколько дорогими могут быть несвоевременные реформы. Во время кризиса токсичные ценные бумаги, оцененные более чем в 77 млрд. евро ($107 млрд.), пришлось переместить в так называемый «плохой» банк, Erste Abwicklungsanstalt. Коллапс банка помогли предотвратить наличные вливания на 3 млрд. евро. 

Однако только после того, как Комиссар Евросоюза по экономическим и финансовым вопросам Хоакин Альмуниа объявил, что больше не примет безоговорочных правительственных выкупов, владельцы банков начали задумываться о возможных будущих решениях. Например, WestLB из организации с 6 тыс. сотрудников превратят в учреждение со штатом из 600-1000 человек. Основной задачей банка будет процессинг платежных транзакций для сберегательных банков. Все остальные подразделения будут проданы или переведены в Erste Abwicklungsanstalt.

Спасение проблемного банка грозит государству новыми миллиардами расходов, и это только начало. Государству, федеральному правительству и сберегательным банкам, возможно, придется взять на себя списания по ценным бумагам, находящихся в Erste Abwicklungsanstalt. Эти расходы также могут превратиться в миллиарды. Ожидаемое сокращение размеров банка может повлечь за собой дополнительные расходы.

С другими госбанками все не настолько плохо. Некоторые сохраняют осторожный оптимизм по поводу будущего. К примеру, BayernLB с гордостью объявил о доналоговой прибыли в 800 млрд. евро за 2010 год. Как утверждает генеральный директор Герд Хойслер, банк «стоит на верном пути». Этот путь подразумевает существенное уменьшение размера организации, что директор считает необходимой мерой. Даже скандальный HSH Nordbank, находящийся в частичном владении Гамбурга и Шлезвиг-Гольштейна, достиг небольшой прибыли в 2010 году.

Тем не менее, чиновники из министерства финансов признают, что причин «кричать от радости» нет. Положительные показатели часто вводят в заблуждение. Они возникают, потому что банки сократили свои резервы на покрытие рисков, а также потому благодаря помощи правительства.

Госбанкам все равно придется бороться за каждый евро на финансовых рынках. Некоторые из них, подобно проблемным ирландским банкам, стали крупнейшими получателями ликвидности от Европейского центрального банка.

Без этой свежей наличности у госбанков быстро начнутся серьезные неприятности, потому что их потребности просто огромны: в этом году наступает срок погашения банковских облигаций WestLB и других госбанков на сумму 123 млрд. евро. В 2012 году их стоимость возрастет до 151 млрд. евро.