«Киса, скажите мне как художник – художнику:
Вы банковский баланс рисовать умеете?»
Из банковского фольклора на тему известного романа.

Интересная тенденция появилась в последнее время.

Центральный Банк РФ, ранее весьма либерально пытающийся наказать руководителей и акционеров разорившихся банков, внезапно выступил со специальным заявлением по поводу ситуации с Межпромбанком.

В нем говорится: «Председатель Банка России Сергей Игнатьев обратился 20 октября и 3 ноября этого года к Генеральному прокурору РФ Юрию Чайке с письмами, в которых… сообщается, что Банк России усматривает в действиях руководящих сотрудников банка наличие признаков уголовно–наказуемых деяний, предусмотренных статьями 195 «Неправомерные действия при банкротстве» и 196 «Преднамеренное банкротство» Уголовного кодекса Российской Федерации.»

Неужели подход регулятора к владельцам и руководителям «очень проблемных банков», наконец, обрел необходимую в таких случаях жесткость?

Ведь уже стало известно, что основная часть оказанной Межпромбанку в разгар банковского кризиса помощи была, к сожалению, израсходована банком в весьма оригинальных целях. На средства, полученные от Центрального Банка, через цепочку сделок даже был приобретен самолет для его владельца! Безусловно, именно подобные действия регулятор посчитал недопустимыми.

Впрочем, промедление в отзыве лицензии у банка, вопреки всем приведенным в вышеуказанном интервью объяснениям, объективно сыграло на руку самому Центральному Банку. Он смог оформить обеспечение под выданный банку беззалоговый кредит, а вот прочие кредиторы от этого мало что выиграли.

А ведь несчастливый банк неоднократно проходил комплексные проверки, в ходе которых сотрудники регулятора обычно досконально изучают, например, правильность формирования капитала банком, а также качество его кредитного портфеля. Впрочем,  в интервью Геннадия Меликьяна говорится, что Центральный Банк был в курсе ситуации.

Еще бы – при проверке первичных документов грамотными ревизорами большинство серьезных нарушений вполне было возможно выявить. Тем не менее, и после ревизии 2009 года, выявившей серьезнейшие нарушения, Межпромбанк благополучно продолжал свою работу, и привлекал средства зарубежных инвесторов!

Неужели банковские «художники» на этот раз оказались столь хороши, что написанная ими картина… простите, отчетность и досье оказались безупречны и неотличимы от реальности? А если  - нет, то кого же теперь винить за столь снисходительный надзор, кроме самих ревизоров? Ведь тщательный контроль регулятора и должен выявлять и предотвращать злостные нарушения своевременно, когда они еще не успели стать фатальными для работы банка.

Если вспомнить тяжелый банковский кризис 1998 года, то тогда практически все владельцы банков-банкротов вышли сухими из воды, а некоторые даже сейчас  предаются приятным воспоминаниям, любуясь на своих уютных виллах теплым морским прибоем.

Но вряд ли стоит восхищаться подобными стойкими ветеранами банковского бизнеса. Ведь это только с относительно недавних времен большинство вкладчиков практически не страдают при банкротстве банка. Впрочем, в отношении крупных вкладчиков и клиентов этого и теперь явно не скажешь! И чем вывод активов из банка перед его банкротством владельцами лучше, чем кража чьей-нибудь сумочки с деньгами в вагоне метро? Тем не менее, в России долгое время такого рода обман ближнего своего благополучно сходил с рук. Так что в данном случае несколько запоздалое желание регулятора наказать виновных в выводе активов можно только приветствовать.

Хотелось бы только, чтобы нынешние высказывания и действия регулятора  не имели цели создать лишь имитацию бурной деятельности и «дымовую завесу» на случай возможных ревизий самого ревизора, а были реальной, взвешенной и неизменной позицией. И в дальнейшем желательно, чтобы сотрудники Центрального Банка на деле демонстрировали принцип равного подхода ко всем поднадзорным финансовым учреждениям, вне зависимости от их размера, влияния их владельцев и наличия или отсутствия рейтингов международных агентств. Это, кстати, стало бы хорошим знаком не только для российских, но и для зарубежных инвесторов. А проблем в результате станет меньше не только у Центрального Банка, но и у всех заинтересованных организаций и физических лиц.

А то ведь получается, что из всех кредиторов Межпромбанка регулятор пострадал в наименьшей степени. Вот что значит настоящий профессионализм!

Зато теперь у сотрудников Центрального Банка появился редкий шанс на своем личном опыте почувствовать, что значит пытаться решить проблемы с очень крупным и страшно «тяжелым» заемщиком. В том числе – и реализовать уникальное заложенное имущество, спрос на который всегда был ограничен его залоговыми ценами.

Возможно, полученный опыт и работа над своими ошибками даст  сотрудникам ЦБ большее понимание, что, как и почему в подобных случаях делают его поднадзорные банки. А во время плановых комплексных проверок и документы будут смотреться более тщательно, и вопросы подниматься важные и по существу?