Залог - признанная во всем мире форма обеспечения кредитов -в российской практике по-прежнему остается скорее головной болью для банкиров, чем реальным инструментом взыскания проблемных долгов. Несмотря на то что еще в конце 2008 года ситуацию несколько исправило появление поправок в действующее федеральное законодательство, кризис показал: проблемы кроются не только в неясности некоторых положений закона, но и в первую очередь в судебной практике.

Путь развития залогового кредитования в современной российской реальности был нелегким и тернистым. Как вспоминает замдиректора по вопросам корпоративного права и сопровождения банковской деятельности юридической группы «Яковлев и партнеры» Майя Чудутова, самый первый закон о несостоятельности/банкротстве предприятий (от 1992 года) устанавливал, что залог не включается в конкурсную массу. А значит, залогодержатели удовлетворяли свои требования за пределами дела о несостоятельности.

Следующий закон устанавливал, что основной кредитор имеет право в приоритетном порядке удовлетворять свои требования за счет любого имущества должника, то есть не имело значения, у какого кредитора находилось в залоге какое имущество. Действующий закон (от 2002 года) удовлетворяет требования залогового кредитора в приоритетном порядке исключительно за счет заложенного имущества. Но в процессе многочисленных доработок в него также было внесено положение, позволяющее залоговому кредитору «устанавливаться» - иначе говоря, входить - в реестр кредиторов.

Таким образом, можно констатировать, что за прошедшие годы положение залогодержателя серьезно поменялось и значительно улучшилось и залог действительно стал рабочим инструментом, позволяющим финансовым структурам хоть как-то обезопасить себя от потери средств. Исходя из этого убеждения к моменту начала кризиса 2008 года банки обзавелись серьезным «багажом»: в залогах у них было все что угодно - от труб до квартир и от самолетов до торгово-развлекательных центров.

ПЛЕНУМ В ПОМОЩЬ

Но, как показала практика, когда в разгар кризиса 2008 года положение заемщиков резко и массово ухудшилось, кредитные организации столкнулись с рядом трудностей при реализации своих прав на истребование заложенного имущества. Старший юрист юридической группы PRINCIPIUM Сергей Кислов считает, что на тот момент механизм обращения взыскания на заложенное имущество был чрезвычайно трудоемким и длительным и этот факт ставил под сомнение его эффективность. Когда часть заемщиков перестала выполнять свои обязательства и банки начали засыпать суды исками о взыскании задолженности заемщиков и поручителей, они столкнулись с весьма неприятной ситуацией. Должники пытались отсрочить разбирательство путем предъявления исков, имеющих целью оспорить договоры, положенные в основу требований кредитных организаций. По словам юриста, только вступление в силу положений Федерального закона от 30 декабря 2008 года «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием порядка обращения взыскания на заложенное имущество» изменило ситуацию к лучшему. Но и этого оказалось недостаточно: многочисленные поправки, внесенные в различные федеральные акты, можно было трактовать, руководствуясь старой русской пословицей «закон что дышло…».

По словам Майи Чудутовой, позитивную роль в урегулировании возникших проблем сыграл пленум Высшего арбитражного суда, который в июле 2009 года издал постановление, где разъяснялось, как надо читать те иные «новеллы» законов, как суды должны применять их на практике и т. д. Теперь у судей нет сомнений в том, что залоговые кредиторы имеют порядок заявления требований, аналогичный порядку заявления требований другими кредиторами, говорит эксперт. Кроме того, Высший арбитражный суд объяснил, что если даже залоговый кредитор изначально заявил свои требования исключительно как денежные, это не мешает ему позднее подать отдельное требование по залогам, которое суд также обязан рассмотреть. «Единственное «но»: надо успеть все это сделать до закрытия реестра, иначе залогодержатель теряет специальные права, предоставленные ему законом», - рассказывает Майя Чудутова.

ПРОДАЖА - В ОБХОД УПРАВЛЯЮЩЕГО

Еще одна серьезная проблема, с которой нередко сталкивались кредитные организации в процессе взыскания залогов, состояла в том, что в случае возбуждения процедуры банкротства не всегда удавалось договориться с арбитражным управляющим по всем вопросам, в том числе - об условиях реализации залога.

«На стадии наблюдения не допускается обращение взыскания на заложенное имущество. При финансовом оздоровлении это возможно, но часто бессмысленно, поскольку надо договариваться с другими кредиторами», -считает Майя Чудутова. Но в тех случаях, когда взыскание возможно и имеет смысл, полномочия кредитора теперь весьма существенны. По словам юриста, по действующему закону банк вправе влиять на определение цены и другие условия, в том числе на то, как будет реализован предмет залога -через арбитражного управляющего или специализированную организацию. Это означает, что если даже представителям кредитной организации не удалось установить с арбитражным управляющим рабочие отношения, банк может быть уверен: никаких злоупотреблений при реализации залогового имущества допущено не будет.

акцент
Нередки ситуации, когда организация, которой предоставлен заем, на сегодня уже ничего не имеет, но входит в холдинговую структуру, и ее поручитель -компания, имеющая значительные активы. В таких случаях юристы советуют банкам не тратить время и обращать взыскания сразу на поручителя.

ПОРУЧИЛСЯ - РАСПЛАТИСЬ

По словам управляющего партнера Юридической группы PRINCIPIUM Сергея Ковалева, нередки ситуации, когда организация, которой предоставлен заем, на сегодня уже ничего не имеет, и даже при наличии залога обращать взыскание по факту не на что. В то же время она входит в холдинговую структуру, и ее поручитель - компания, имеющая значительные активы. В таких случаях юристы советуют банкам не тратить время и обращать взыскания сразу на поручителя, говорит Майя Чудутова. «Мы уже несколько лет назад отказались от практики требований к должникам», - рассказывает юрист. Однако и в этом случае часто возникают проблемы: невзирая на то, что по многим ссудам помимо залога есть еще и поручитель, не все кредиторы, особенно в регионах, умеют обращать такие дополнительные гарантии в свое преимущество. Очень многое в вопросе о взыскании средств с поручителя зависит от позиции судов, утверждают банкиры.

Подобного рода проблемы ранее были и в Москве, соглашаются юристы. Но на сегодняшний день ситуацию в столичных судах удалось переломить. По наблюдениям Майи Чудутовой, сейчас «практически все кредитные организации идут по этому варианту». В результате куда более актуальной, по мнению эксперта, становится другая часто встречающаяся проблема: холдинговые компании практикуют предоставление одного и того же имущества в залог сразу под несколько кредитов, и происходит двойное-тройное обеспечение. «Очевидно, что обязательства перед банками в результате оказываются необеспеченными», - говорит юрист.

БАНКИРЫ ПРОТИВ РЕЕСТРА

С практикой, когда станки заложены под кредит в одном банке, здание -в другом, а земля - в третьем, финансово-кредитные организации сталкиваются постоянно, жалуются банкиры. Вице-президент Промсвязьбанка Аскар Токсанбаев говорит о том, что в Республике Казахстан проблему удалось решить, создав единый реестр имущества, поэтому заложить, а потом многократно перезаложить что-либо невозможно. Но в российской специфике эта практика неприменима, убеждены банкиры.

«То, что недвижимость у нас регистрируется, конечно, усиливает позиции кредиторов, но многих вопросов все равно не решает. Неоднократно возникали ситуации, когда все зарегистрировано, а мы второй-третий год не можем это имущество продать. Если вторая сторона хочет, чтобы что-то не было продано, в нашем государстве это зачастую возможно», - говорит зампред правления Инвестторгбанка Сергей Лягин. По его словам, совершение всевозможных сделок с недвижимостью затруднено, в том числе из-за длительности регистрации. «Если мы начнем регистрировать еще и движимое имущество, это будет кошмар: в нашей российской ситуации мы вообще не сможем ничего зарегистрировать или выдать, поскольку «упремся» в государственные органы», - сетует банкир.

В итоге все сводится к тому, что банки встают перед выбором: пытаться урвать с неплатежеспособного должника «по крошке» каждый или же пойти на него единым фронтом. Тут, по словам Сергея Лягина, все зависит от степени заинтересованности каждого участника «банкета».

Но проблема для банкиров зачастую состоит в том, что нет инструкций, как действовать в той или иной кризисной ситуации. Не по инструкции они действовать не имеют права, из-за этого конструктивно решать вопросы не всегда удается. В этом случае, по словам Сергея Лягина, выручают аудиторские компании, особенно именитые международные.

ОЦЕНИЛИ КАК УМЕЛИ

Но, как показывает опыт, крупнейшим западным оценщикам и аудиторам доверяют в основном западные же инвесторы, которые с энтузиазмом утверждают дорогостоящие бизнес-планы, разработанные этими структурами. Что же до российских судов, то с ними практика привлечения высококлассного оценщика не работает, сетуют представители банковского сообщества.

При этом Роман Грицаенко, ведущий риск-менеджер КБ «ДнБ НОР Мончебанк» (головной офис банка находится в Мурманске), честно признает: у нас, несмотря на большое количество законов, все решает суд. А Александр Бактимиров, начальник управления по работе с залогами Альфа-Банка, подтверждает: в Москве ситуация аналогичная, особенно в случае, когда стороны не способны сойтись в цене и стоимость залога утверждается в судебном порядке. Оценка стоимости имущества - на сегодняшний день главная головная боль как специалистов банков, работающих с залогами, так и оценщиков.

Так, Светлана Сагайдак, директор управления по работе с проблемными активами Сбербанка, неоднократно сталкивалась со следующей ситуацией: в течение нескольких недель один и тот же оценщик предъявлял банку два документа, в которых стоимость имущества разнилась на 30-40%. И банк ничего с этим поделать не мог, разве что внести такого оценщика в «черный список» и в будущем отказаться от его услуг.

Между тем труд свой оценщики оценивают недешево и зачастую заламывают двойную цену, если понимают, что придется отстаивать свою позицию в суде. Но самое обидное, что платить именитому оценщику большие деньги бессмысленно, полагает Александр Бактимиров. И поясняет: «В наших судах оценка не рассматривается по существу; как правило, судья смотрит стоимость в договоре или же предлагает привлечь дополнительного оценщика». При этом «для судов имя оценщика не имеет значения, отчеты судья не читает», нет смысла переплачивать, привлекать суперпрофессионала, поясняет представитель Альфа-Банка. А в нынешней непростой ситуации, когда стандартные методики зачастую не работают, разница в том, как тот или иной профессионал оценит имущество, может составлять до 10 раз, рассказывает Александр Бактимиров.

ВНЕСУДЕБНАЯ ПЕРСПЕКТИВА

По этой причине, а также ради экономии времени по взысканию залога банки пытаются решить все вопросы во внесудебном порядке, договорившись о цене непосредственно с заемщиком. По словам Сергея Кислова, в принципе, Гражданский кодекс РФ и действующее законодательство предусматривают, что требования залогодержателя (кредитора) удовлетворяются из стоимости заложенного имущества по решению суда. Но допускается также возможность обращения взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке, если соглашением залогодателя с залогодержателем такая возможность оговорена и если иное не предусмотрено законом. Более того, по словам Кислова, сейчас законодательно устранено требование о нотариальной форме соглашения о внесудебном порядке обращения взыскания. Однако есть исключения из этого правила, которые касаются договоров кредитования физ-лиц или договоров ипотеки.

Если в залоге движимое имущество и банк пытается его изъять во внесудебном порядке, он должен уведомить залогодержателя о начале обращения взыскания на предмет залога. В уведомлении должны содержаться название имущества, сумма, подлежащая уплате залогодержателю на основании обеспеченного залогом обязательства, способ его реализации, предусмотренный соглашением сторон, начальная продажная цена. Продажа имущества в этом случае осуществляется только на публичных торгах, по правилам, установленным законодательством об исполнительном производстве.

Но и в случае соответствия всем этим требованиям у банковских юристов нет единого мнения о том, когда речь идет о взыскании имущества во внесудебном порядке. Если стоимость имущества превышает 500 тыс. рублей,
кредитор обязан привлечь оценщика, начальная стоимость продажи должна быть не менее 80% стоимости, которую указал оценщик, если иное не предписано соглашением сторон, говорит Сергей Ковалев. Однако многие юристы предпочитают в таких случаях идти более традиционным путем - в том числе и потому, что результаты оценки могут быть обжалованы в суде. 

По мнению Ассоциации российских банков, в российской нормативно-правовой базе существует ряд нерешенных проблем в залоговом законодательстве, которые дестабилизируют работу банков, вынуждая их досоздавать существенные резервы по операциям кредитования:
• в законодательстве не существует понятия залоговой
стоимости;
• значительный разрыв существует между гражданским законодательством и Положением Банка России от 26.03.2004 №254-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности» (в дальнейшем -Положение №254-П). В него следует внести ряд дополнений, способствующих более точной оценке залога и отражению залогов на балансе банка;
• необходимо полностью унифицировать терминологическую базу по залоговому обеспечению
и внедрить систему формирования резервов по ссудам исходя из обоснованной оценки качества залога, учитывая его ликвидность и достаточность;
• при оценке качества залога мнение квалифицированного оценщика должно стать определяющим для банка, заемщика и надзорного органа. Для решения этой проблемы комитет АРБ по оценочной деятельности подготовил «Рекомендации по критериям отбора оценщиков для долгосрочного сотрудничества».