Ликвидность растет, кредитование стагнирует. Такую парадоксальную картину демонстрирует опубликованная на прошлой неделе статистика Банка России. Об избыточности средств в банковской системе свидетельствует и рост депозитов на счетах ЦБ (почти вдвое за первую неделю апреля), и колоссальный объем вложений в облигации Центробанка (более 840 млрд рублей). Притом что избыток денег явно жжет банкирам руки, прирост объемов выдачи кредитов составил за январь-февраль всего 0,08%. А выдача кредитов предприятиям даже сократилась на 0,5%.

Динамика кредитной активности дрейфует в рамках арифметической погрешности. И на этом фоне столь же символический прорыв: за два зимних месяца пять крупнейших банков увеличили объем кредитования предприятий на 0,03%. «Обычные» банки они обогнали на микроскопическую, конечно же, величину. Тем не менее в среде банкиров уже набирают силу сетования на то, что госбанки подминают под себя рынок кредитования. Мол, пока «простые» кредитные организации были озабочены тем, как свести концы с концами, федеральный крупняк, оказавшийся в привилегированном положении, времени зря не терял и уводил клиентов. «Госбанки в ходе кризиса получили конкурентные преимущества, им на руку сыграл эффект масштаба. Они действительно переманивают у коммерческих банков первоклассных заемщиков. Причем, по общепринятому правилу, не только кредитуют, но и переводят счета», — выражает общую озабоченность главный экономист Альфа-банка Наталья Орлова.

Судя по цифрам, слухи о захвате госбанками рынка кредитования несколько преувеличены. Так, доля пяти крупнейших банков (иную градацию Центробанк не предоставляет, но понятно, что из этой пятерки минимум три принадлежат государству) в кредитовании организаций за последние полгода выросла незначительно: на 1 июля 2009 года она составляла 55,4%, на 1 января текущего года — 55,8%, на 1 февраля — 56%. До начала кризиса, на 1 июля 2008 года, этот показатель был равен 49,2%. По расчетам Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП), доля Сбербанка в последние месяцы также оставалась стабильной: на 1 июля 2009 года — 33,6%, на 1 января — 33,5%, на 1 марта — 33,6%. Удельный вес средств предприятий на счетах первой пятерки тоже сильно не изменился: 43,9% на середину прошлого года и около 42% на начало нынешнего февраля.

То есть общее впечатление экспертов о кредитной экспансии госбанков статистика не подтверждает. Хотя тенденция к наращиванию темпов заметна. «Госбанки действительно ведут себя более агрессивно. В первую очередь к этому их мотивирует избыток свободной ликвидности. К тому же они отягощены “политическими” кредитами, возможность заработать на которых весьма ограниченна, и это тоже нужно как-то компенсировать», — объясняет ведущий эксперт ЦМАКП Олег Солнцев.

Избыточная ликвидность госбанков не секрет. Так, по оценкам экспертов, из почти 850−миллиардного рынка облигаций Банка России примерно 70% держит Сбербанк. Если бы он использовал эти ресурсы на выдачу кредитов, кредитный рынок как таковой просто перестал бы функционировать. Кроме того, стоимость ресурсов, полученных госбанками в конце 2008−го — начале 2009 года в ходе активной накачки со стороны правительства, относительно невысока. Чего нельзя сказать о стоимости пассивов коммерческих банков, вынужденных обеспечивать фондирование по рыночным ценам. По мнению Натальи Орловой, проблема стоимости ресурсов прежде всего касается банков, зависящих от розничного фондирования.

О ком речь? По данным Агентства по страхованию вкладов (АСВ), значимость вкладов населения как источника ресурсной базы за прошлый год возросла. Доля депозитов граждан в банковских пассивах на 1 января текущего года составила 25,4%. (Для сравнения: на начало 2009 года — 21,1%.) Активнее всех — в полтора раза интенсивнее, чем по системе в целом, — средства населения привлекали многофилиальные сетевые банки: прирост депозитов в прошлом году составил у них 40,8% против средневзвешенных 26,8%. На втором месте по темпам привлечения денег граждан — 39,6% — оказались банки со стопроцентным иностранным капиталом. Третью строчку заняли московские банки — 34,4%. Если же отвлечься от категорий, то обнаруживается, что круг рекордсменов весьма узок: почти 80% притока вкладов обеспечили всего 20 крупнейших розничных банков, привлекавших средства по ставкам выше 14% годовых. Им и нести основные потери процентной маржи. (Сбербанк, кстати, свою долю на рынке вкладов снизил с 51,8 до 49,4%.)

Начиная со второго полугодия 2009 года банки пытаются удешевить стоимость ресурсов. При этом меньше всего руки связаны как раз у госбанков, к которым вкладчики испытывают доверие уже в силу самого факта близости к власти. У остальных банков возможности для маневра со ставками более ограниченны. Тем не менее 54 из 100 крупнейших кредитных организаций в прошлом году снизили ставки по депозитам. Впрочем, по оценкам ЦМАКП, процентные риски по системе в целом отсутствуют. Однако для отдельных банков проблема потери процентной маржи, а соответственно, и чистой прибыли остается актуальной. И с этой данностью, полагают эксперты, им придется жить весь этот год.

Помочь банкам могло бы оживление кредитования, указывает аналитик ФЦ «Инфина» по банковскому сектору и макроэкономике Вероника Чекина. Действительно, разница между ставками по кредитам и депозитам позволяет компенсировать стоимость обслуживания вкладов населения: по данным ЦБ, в январе их средние показатели составляли 13,9 и 9,1% соответственно. Однако это лишь теоретическая возможность: объемы привлеченной розницы и выданных кредитов не в пользу банков. Так, за прошлый год банки приняли на обслуживание около 1,6 трлн рублей новых, дорогих депозитов. А кредитов, потенциального источника дохода, выдали меньше на 9,5 млрд рублей.

Но дело, впрочем, не только в деньгах как таковых. Банки до сих пор не завершили процесс сортировки заемщиков на надежных и ненадежных. Финансистам, еще не вполне разобравшимся с проблемой просрочки, сформировавшейся в ходе кризиса, конечно же, хочется найти надежного заемщика. Но сами заемщики пока демонстрируют слабый платежеспособный спрос, и это едва ли не главный ограничитель наращивания кредитного портфеля. В ЦМАКП обозначили сложившуюся ситуацию как «консенсус неуверенности»: неуверенность производителей в перспективах спроса, неуверенность потребителей в устойчивости дохода и сохранении занятости, неуверенность банков в заемщиках, высокая неопределенность ожиданий в отношении перспектив экономической ситуации в целом.

В ситуации ступора коммерческих банков агрессивность банков государственных, безусловно, бросается в глаза. «Но в принципе такая активность госбанков даже в плюс системе в целом: она задает темп, стимулирует “обычные” банки тоже наращивать кредитование», — полагает Олег Солнцев из ЦМАКП. Пока, судя по статистике, отрыв госбанков минимален и о переделе рынка речь не идет. Все будет зависеть от того, как скоро коммерческие банки определят свои позиции и включатся в кредитный процесс. Конкурентная среда, конечно, становится жестче. Но в условиях активного кредитования, как мы видели в докризисные годы, места на рынке хватало всем, свою нишу мог найти каждый.