Американская ипотека на грани

Флорида остается эпицентром краха американского рынка недвижимости с потрясающе высоким уровнем просрочки по ипотеке в 19,39%. В регионе Тампа Бей почти 17% заемщиков не платили по кредитам, по крайней мере, три месяца.

Февральский отчет First American CoreLogic показывает, что объем плохих кредитов растет уже более года – с февраля 2009 года по февраль 2010 года объемы просрочки выросли с 10,84% до 16,96% всей жилой ипотеки в Тампе, тем самым похоронив все правительственные программы реструктуризации долгов. Среднеамериканский показатель равняется 8,78%.

Начинайте следить за ставками

Перемены произошли почти не заметно. В начале года мы теряем рабочие места и угрюмо смотрим на растущий список неплатежеспособных европейских стран и американских штатов, а затем мы вдруг снова оказываемся в пузыре. Уровень безработицы в США стал падать. Железная руда подорожала на 170% за последний год, а нефть торгуется уже по $86 за баррель. Горячие деньги снова покупают акции развивающихся стран и мусорные облигации. То есть все опять в порядке.

Чудесное выздоровление вызвано бесплатными деньгами и ни чем иным. Они остановили схлопывание и позволили банкам и хедж фондам снова стать на ноги. Рано или поздно кто-то что-то покупает, получает прибыль и все стадо бросается вперед, боясь остаться позади.

Вопрос теперь в том, вырастет ли этот новый пузырь государственного долга до размеров интернет и жилищных пузырей. В его пользу говорит тот факт, что центральные банки пока использовали лишь малую часть вновь созданных резервов. Когда они все поступят в мировую кровеносную систему, ситуация напомнит нам сцену из Криминального Чтива, в которой Джон Траволта (John Travolta) делает Уме Турман (Uma Thurman) укол адреналина.

С другой стороны, похоже, что рынки облигаций начинают осознавать, что их держат за дураков. Доходность американской тридцатилетней облигации уже некоторое время ползет вверх и процентные ставки подпрыгнули в начале месяца, когда Америка опубликовала прекрасную статистику по безработице.

obzorblogov120410-1.jpg

Не секрет, что все кредиты с переменной ставкой привязаны к доходности государственных облигаций и резкий ее рост раздавит все зеленые ростки и вернет нас в ситуацию 2008 года. И так как Америка, известная своим умением выбирать самую глупую и рискованную манеру поведения, финансирует свои нужды краткосрочными займами, каждый новый аукцион теперь – это потенциальный «черный лебедь». Таблица ниже взята из октябрьского номера New York Times. Можно спокойно предположить, что сегодня эти цифры еще хуже: исторически правительство старалось ограничить объем долгов со сроком выплаты от 30 дней до одного года до 25% от общего объема. После начала кризиса эта цифра выросла до 36% и более $1,6 трлн. нужно погасить до 31.03.2010. Замена их на долгосрочные облигации приведет к росту ставок.

obzorblogov120410-2.jpg

А вот вам расписание казначейских аукционов на начало апреля:

Понедельник: $28 млрд. трехмесячных биллей и $29 млрд. шестимесячных биллей, а также $8 млрд. десятилетних облигаций.

Вторник: $26 млрд. годовых биллей и $40 млрд. трехлетних нот.

Среда: $21 млрд. десятилетних нот.

Четверг: $13 млрд. тридцатилетних облигаций.

То есть Америка выкидывает на рынок количество облигаций, ранее продаваемых за год, в четыре дня. Огромное количество долга надо теперь постоянно рефинансировать и поэтому такая ситуация будет сохраняться до конца нашей жизни. Ждем второго раунда на рынке облигаций.

Самый удивительный портрет Алана Гринспена, который вы когда-либо увидите

obzorblogov120410-3.jpg

Муза посетила Скотта Волтерса (Scott Walters), хедж фонд менеджера в MaxCapital Markets, когда Алан Гринспен (Alan Greenspan) ушел в отставку в 2005 году.

Волтерс отправился в бар, чтобы обрисовать свое видение бывшего главы ФРС за парой кружечек вместе с плодовитым лондонским художником Натаном Джеймсом ( Nathan James), которому он и заказал этот портрет.

Волтерс разъясняет смысл и детали эпического полотна.

На переднем плане мы видим Гринспена в джинсовом комбинезоне, сидящем задом наперед на быке.

«Он выглядит как запутавшийся старик, не уверенный в направлении движения и неправильно сидящий на быке (бычьем рынке). Он смотрит через плечо и не в прошлое, а в будущее, то есть он понятия не имеет, что нужно делать».

«Если посмотреть на его обувь, то сразу заметишь кожаные легинсы, совсем как у меня в детстве на ферме в штате Юта».

«Наверху – летающие свиньи, которые символизируют хедж фонды – «капиталистических свиней». Они напоминают о том, что жадность – это неотъемлемая часть нашего бизнеса. Они летают, потому что смогли не упасть в турбулентных условиях, созданных Гринспеном, и к тому же набиты наличными».

Медведь, выглядывающий из травы, означает, что «он (Гринспен) ничего во время не заметил».

Размер картины под названием «Долгая дорога домой» - 1.5 х 2 метра, а висит она в зале заседаний совета директоров.

«Клиенты ее обожают, особенно американские…ха ха ха».

Джейми Даймон – самый опасный человек в Америке

Есть два типа страшных банкиров. Первый – некомпетентен и управляет большим банком. К нему принадлежат Чак Принс (Chuck Prince) (бывший управляющий Citigroup) и Кен Льюис (Ken Lewis) (Bank of America). Эти люди посадили свои банки на мель и стоили налогоплательщикам кучу денег. С другой стороны, мы их уже знаем и, если банковская регуляторная система будет усилена, мы сможем справиться с проблемами ими создаваемыми.

Второй тип куда более опасен. Этот человек понимает, как следует контролировать риск внутри большой организации, управлять всем спектром политических отношений и проводить правильную PR политику. Но такой банкир управляет большим банком и делает его еще больше в чем и кроется угроза.

Джейми Даймон (Jamie Dimon) – это самый опасный банкир в Америке последних 20-30 лет.

Даймон не только не позволил JP Morgan Chase рисковать так как это делали конкуренты, но провел банк через рифы 2008-2009 годов с такой сноровкой, что заслужил похвалу самого президента, который назвал его «смекалистым бизнесменом». Его послание акционерам, опубликованное на этой неделе, являет собой пример хитроумия достойного Макиавелли.

Даймон прекрасно понимает преимущества большого банка, который день ото дня становится еще больше, для себя и коллег, но не может признать этого публично. Статус банка слишком большого для краха и, как результат, обладающего доступом к дешевым деньгам, могут казаться несправедливым, неразумным и опасным мне и вам. Но для Даймона – это бизнес модель, он ведь пытается заработать побольше денег для акционеров, себя и своих коллег.

Даймон – это представитель огневой и интеллектуальной мощи банковской системы, у него самые эффективные и жесткие лоббисты на Капитолийском холме и отличные отношения с Минфином и Белым домом. И он намерен пойти еще дальше.

Единственная проблема состоит в том, что банкинг того размера и масштаба, который он лоббирует, вряд ли имеет право на существование. Вот что он пишет на странице 36 своего послания.

Он начинает вполне разумно: большие глобальные нефинансовые компании являются неотъемлемой и необходимой частью американского экономического ландшафта. Но затем он добавляет еще три шага:

1. Большим компаниям необходимы большие банки, работающие в разных юрисдикциях, обладающими значительными ресурсами, а также способные выполнять большое количество различных транзакций. На самом деле – это неправда, если мы говорим о банкинге в его текущих и предлагаемых JP Morgan Chase масштабах. Мы детально опровергаем это мнение в нашей книге «13 Банкиров». Нет никаких доказательств, что общество выигрывает от существования банков с размером балансов более $100 млрд. JP Morgan Chase – это банк с $2 трлн. и на пути к $3 трлн.

2. Американская банковская система не так уж и концентрирована по сравнению с системами других развитых стран. Это правда – хотя степень концентрации в США выросла за последние 15 лет и в таких продуктах как потребительские и ипотечные кредиты она высока. Но в любом случае сравнение с другими странами не помогает г-ну Даймону, потому что те отчаянно борются с последствиями того, что банки стали слишком большими относительно экономик своих стран. Яркий пример тому Ирландия.

3. В Канаде в 2008-2009 годах все было хорошо, несмотря на относительно высокую концентрированность финансовой системы. Очевидно, что Даймон и шишки в Белом Доме хотели бы двигаться в канадском направлении. Это пугает. Ведь это не только показывает полное непонимание сути правительственных гарантий канадским банкам, но также приведет к еще более полной зависимости от государства, чем та, что была претворена в жизнь осенью 2008 года.

Долгое время наши ведущие банкиры прятались за спинами лоббистов и политиков. И тот факт, что Даймон показался на свет божий, вселяет надежду.

Очень хорошо, что он публично выступает в защиту статус-кво в американской банковской индустрии. Эту дискуссию надо поощрять, но одновременно тщательно анализировать суть его аргументов.

В начале ХХ века президент Рузвельт (Roosevelt) тщательно взвешивал аргументы Д.П. Моргана (J.P. Morgan) и других финансистов, когда они сопротивлялись его попыткам бороться с железнодорожными и индустриальными трестами. Он не был против большого бизнеса как такового, но утверждал, что большое – это не всегда красивое и что следует учитывать негативные социальные последствия монополизации власти во всех ее видах.

График недели: Goldman Sachs больше не отвратительный осьминог-вампир.

Солнце взошло для Goldman, который стал опасаться, что его репутация кулака-мироеда вредит бизнесу.

По сведениям YouGov's BrandIndex, который измеряет мнения потребителей о крупнейших брендах, ситуация меняется и негативный взгляд на банк становится более взвешенным.

obzorblogov120410-4.jpg

Карикатура недели

obzorblogov120410-5.jpg

Дефицит: это хорошо не кончится.