В минувшую пятницу довелось принимать участие в дебатах, организованных Ассоциацией CFA и агентством «Русрейтинг». Тема дебатов – должен ли финансовый сектор России регулироваться в соответствии с самыми высокими мировыми стандартами.

Оказалось – не должен. Во всяком случаем, именно так решило большинство участников при итоговом голосовании: 14 человек – за мировые стандарты, 18 – против.

Тема «высокого соответствия» звучит давно. Более того, за последние лет десять к этому соответствию регулирование российского банкинга заметно приблизилось. Тем не менее сама идея имеет по-прежнему убежденных противников.

Минусы расхождения между российскими и международными стандартами регулирования и отчетности очевидны. Во-первых, возникают проблемы с оценкой и приобретением российского банковского бизнеса западными инвесторами. Во-вторых, проблемы в совместном ведении дел (синдицированные кредиты, инвестирование и т.д.). В-третьих, определенная дезориентация российского банковского персонала, не на «все сто» умеющего работать по международным стандартам.

Возможно, это минусы не критичны. До кризиса, несмотря на разности в стандартах, западные инвесторы на российский рынок бодро приходили, и покупали, и кредитовали. Но то было на рынке растущем, жирном, прямо таки сочащемся легкими деньгами. Тут уж любой стандарт не мешает: прибыль прежде всего. Будет ли так на рынках 2010-2012 годов? Едва ли. Уже ясно всем, что это будут рынки трудные (от слова труд), без излишеств, кавалерийских атак и «русских стандартов». И многие инвесторы перейдут в разряд консерваторов.

Плюсы перехода на международные стандарты тоже очевидны. Прозрачность и понятность для инвесторов. Более четкие правила игры в отношениях с государством. Снижение операционных и человеческих издержек (сегодня любой российский банк, желающий хоть сколь либо работать с международным рынком, вынужден, по сути, вести сразу две отчетности – «по нашему» и «по ихнему»).

Ситуация со стандартами напоминают «проблему Бреста». Каждый, кто пользовался поездами Москва-Варшава, Москва-Берлин или Москва-Париж, знает, что прибывает в точку назначения на 5-6 часов позже возможного. По простой причине: в Бресте вагоны поднимаются на домкраты и начинается смена колес. Потому что во всем мире ширина железнодорожной колеи сделана по одному стандарту, а в России она соответствует ширине шага императора Николая Павловича. И издержки на это «переобувание» за сто пятьдесят лет накопились миллиардные.

Финансовые стандарты – не рельсы. Их, в отличие от железнодорожного полотна, сменить возможно. Более того, Россия оказывается здесь в выигрышном положении. Страны «Общего рынка» лет сорок шли к унификации, начиная от электрических розеток и заканчивая бухгалтерскими балансами. Россия же может попросту воспользоваться «калькой», позаимствовав даже готовые компьютерные решения…

Тем не менее, нас, сторонников международных стандартов, на упомянутых дебатах оппоненты раскритиковали. Мол, незачем России слепо идти на поводу у Запада (то, что международные стандарты – это стандарты, прежде всего, западные, англосаксонской финансовой модели, разумеется, справедливо). Мол, возьмем у них лучшее, но оставим и свое исконное (именно так сейчас и делается с двойной отчетностью). Нас, сторонников западных стандартов, обозвали «романтиками» (мол, хотим либеральные модели привнести на отечественную почву) и даже, не при дамах будет сказано, клевретами Центробанка (многие топ-менеджеры которого симпатизируют идее перехода на международные стандарты).

Между тем «романтиками» представляются скорее те, кто надеется «взять лучшее» и объединить с «отечественным». На заре перестройки такое уже делалось. Помнится, решили вместо того, чтобы пустить японские телевизоры на российский рынок, выпускать родной «Горизонт» с «ихним» кинескопом. И где сейчас тот «Горизонт»? Во всяком случае, на предложение понять руки тем, у кого дома российский телевизор, в зале дебатов почему-то никто поднятием руки не отреагировал. Один из участников, правда, заметил, что у его бабушки телевизор советский. Но от попытки доказать, что он лучше японского, благоразумно воздержался. Больно уж трудное это дело…

Что касается «клевретов ЦБ», то здесь дело обстоит с точностью до наоборот. Чем «западнее» стандарты, тем меньше зависимости банкинга от регулятора. Взять хотя бы знаменитый «базелевский» норматив достаточности капитала. Ведь сегодня в коридорах власти никому не приходит в голову поменять этот норматив очередным распоряжением или циркулярным письмом. Потому как понимают: неудобно, общепринятая норма все-таки. Зато там, где западные стандарты не действуют, российский чиновник чувствует себя вольготно. Тем самым Николаем Павловичем: как захочу, так и шагну. И будете шпалы таскать, дорогие банкиры, как миленькие. До следующего циркуляра.

На взгляд автора, международные финансовые стандарты – это как правила в спорте. Хочешь играть на мировом уровне – изволь принять. Не принимаешь – играй в дворовой команде.

Правда, и это сравнение на дебатах вызвало критику. Мол, да если бы футбольный матч длился не 90, а 85 минут, то «мы бы надрали «Манчестер что-то там»… И вот тут вырисовывается самая главная проблема – ментальная. Желание «надрать» у нас, похоже, сильнее, чем желание зарабатывать и развиваться. А подсознательная и успешно культивируемая ненависть ко всему «западному» достигла уже и самой трезвой, финансовой сферы. «А почему мы должны следовать западным путем?» - возмущались на дебатах противники международных стандартов. – Вот есть исламская модель банкинга, она по-своему интересная и, кстати, меньше западной пострадала от кризиса».

Экивоки в сторону так называемого «исламского банкинга» становятся в России все популярнее. Почему-то чисто идеологическая модель (ее суть проста: ростовщичеством заниматься нельзя, но очень хочется, а потому назовем его по-другому, «мы - не халявщики, мы -  инвесторы») представляется чуть ли не альтернативой проклятым буржуинам с Запада. На крошечный размер исламского банкинга в сравнении с европейским, американским, японским или китайским при этом как-то забывают обратить внимание. А то, что пострадал он от кризиса меньше западного, – чистая правда. И исламское автомобилестроение пострадало куда меньше, чем Дженерал Моторс, и пошив кроссовок, и даже киноиндустрия. По простой причине – не строят там автомобилей, не шьют кроссовки и не выпускают кинофильмы. Страдать нечему…

А может, в этом и есть сермяжная права? Кивать в качестве примера для России на модель банкинга тех экономик, где не делают ровным счетом ничего, кроме торговли нефтью? Ведь и мы на том же пути стоим. Неужели это – «наше»? Но все же, при всей подсознательной мазохистской ненависти ура-патриотов к России, следует признать: обрезание российскому банкингу делать пока рано.