melnikov.jpgБанковскую систему страны перестало "лихорадить", число несостоятельных кредитных организаций уменьшилось до докризисного уровня, а резервы системы страхования вкладов начали расти. О текущем состоянии национальной финансовой системы, об уровне защиты накоплений населения и международном опыте в данной сфере обозревателю "Финансовых Известий" Нильсу Иогансену рассказал заместитель генерального директора Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" Андрей Мельников.

Андрей Геннадьевич, в последнее время немало говорится о том, что во многих российских банках образовалась избыточная ликвидность. С чем это связано, почему финансисты не пускают эти средства в экономику?

- Я бы сказал, что все ровно наоборот: остатки на счетах банков в Банке России почти в два раза меньше, чем год назад. А это значит, что в нашей банковской системе существует дефицит ликвидности. Достаточно посмотреть на процентные ставки по вкладам населения: они существенно выше докризисных. А это значит, что банкам нужны ресурсы и они готовы за них даже "переплачивать".

Наверное, может создаться впечатление, что некоторые банки действительно "сидят на наличности". Но это в большей степени краткосрочные ресурсы, которые следует рассматривать как подушку безопасности для нормального проведения расчетов и погашения ближайших обязательств. В реальную экономику их не запустишь - срочность и риски не позволяют.

Но, все же, получается, что у отдельных банков сегодня денег хватает - есть из чего создавать новые резервы. В связи с этим возникают вопросы: а нужно ли было помогать банкам вливаниями из госбюджета, может быть, они и сами справились? Ваше мнение - что бы произошло, если бы в особо острый период кризиса не было помощи госбюджета?

- Я не исключаю, что у нас мог бы быть более худший сюжет, чем в 1998 году. Есть простое житейское наблюдение: чем выше ты поднялся, тем и падать больнее. Поэтому Банк России совершенно обоснованно пошел на экстраординарные меры по наполнению финансовой системы средствами, в противном случае нас ждал бы коллапс расчетов. Я бы не удивился, если бы платежи прекратили примерно 25-30% банков.

Банковской системе нужны были деньги, прежде всего для поддержания текущей ликвидности, для проведения платежей. Все, как улитки, стали прятаться в свои домики, поэтому единственный, кто мог изменить ситуацию, был ЦБ. Банк России стал на рынке кредитором последней инстанции, расчеты пошли - он сделал то, что должен был сделать.

Если бы помощи не было - какой части банковской системы мы в этом случае бы лишились? Наверное, в основном мелких участников рынка?

- Нет, проблемы были бы у всех - и у мелких, и у крупных. На мой взгляд, как ни странно, как раз небольшие банки оказались бы в лучшей ситуации. Они живут в более-менее изолированном мире, у них своя клиентура, меньший масштаб операций, другие риски. Кризисные волны затрагивают их только слегка, а вот большие банки, исходя из объема и структуры операций, оказываются на гребне штормовой волны. Причем это показывает не только наш опыт, точно так же было и в Ирландии, в США, в Великобритании, Швейцарии, Казахстане. Большой банк - большие проблемы. Хорошо это или плохо, но это факт...

Наибольшие поступления в страховой фонд АСВ шли (и продолжают идти) из крупных кредитных организаций, а выплаты идут в основном вкладчикам мелких банков. Возникает вопрос: каким финансовым институтам - большим или небольшим - выгодна данная схема, нет ли здесь социальной (или экономической) несправедливости?

- На самом деле максимальный объем выплат у нас приходится как раз на вкладчиков достаточно крупных банков - таких, как, например, Тюменьэнергобанк, "Сахалин-Вест", Поволжский немецкий банк, "Сочи", "Сибконтакт". На эти 5 организаций приходится примерно 60% всех наших страховых выплат. Быть может, в Москве эти финансовые институты и не знают, но тот же Тюменьэнергобанк с выплатами вкладчикам в 5 млрд руб. прошлой осенью воспринимался нами как достаточно серьезный клиент. Сейчас мы морально готовы и к большим цифрам: за год привыкли. Но еще раз отмечу, что перечисленные мною банки вовсе не карлики, а банки из числа двухсот крупнейших.

Что же касается финансовых институтов из первой сотни, то там были другие методы спасения вкладчиков и юридических лиц. Это процедуры санации в соответствии со специальным федеральным законом. Все крупнейшие банки, которых затянул вниз водоворот кризиса - "КИТ", Связь-банк, "Союз", ВЕФК, "Глобэкс" - были поддержаны государством, чтобы не пошла цепочка банкротств. И если посмотреть, какой там был объем вкладов, то выяснится, что путем санации для фонда страхования вкладов были сэкономлены гигантские средства - на порядок превышающие сумму всех выплат.

Всего АСВ выплатило вкладчикам 21,5 млрд рублей, а объем обязательств перед гражданами в тех банках, которые прошли процедуру санации, приближается к 140 млрд рублей. Вот вам и еще один ответ на ваш вопрос о том, нужна ли была помощь государства. По-моему, все очевидно.

Чем же тогда недовольны крупные банки?

- В системе страхования вкладов действует принцип "единого котла", и, естественно, всегда находятся недовольные из числа банков, считающих устойчивыми только себя. Но это плата за системную стабильность, и очень печально, что кто-то это не понимает.

АСВ поддерживает не банки, а их вкладчиков - давайте все-таки поставим точку над i. Мы выплачиваем им деньги, а лопнувший финансовый институт ликвидируем.

Нам не нужны маленькие банки... На мой взгляд - это заблуждение, причем основанное скорее не на конкуренции, а на мании величия. Небольшие банки в большой стране нужны всегда, ведь есть локальные рыночные ниши, в которые "крутые" не пойдут. Им это финансово не интересно, а этих нишах работает малый бизнес... И такая ситуация не только в России.

Каков в настоящий момент размер фонда АСВ, как он менялся за последний год-полтора, когда были пики трат?

- В августе 2008 года АСВ вошло в кризис с фондом объемом 84 млрд рублей, сегодня у нас почти 89 млрд рублей. Наиболее активные траты пришлись на IV квартал 2008 года и на I квартал 2009 года, минимальный размер фонда был около 73 млрд рублей. Подавляющее большинство банков исправно платили отчисления, и эти взносы нередко прямо "с колес" шли на выплаты вкладчикам несостоятельных кредитных организаций. Несмотря на то что заметный объем средств АСВ был вложен в ценные бумаги, в основном государственные, мы не испытывали никакого дефицита ликвидности. Предвидя проблемы на рынке, агентство начало запасаться средствами на счетах в ЦБ еще с середины лета 2008 года.

Начиная с мая текущего года по числу страховых случаев мы вернулись на уровень 2007 года. То есть для нас, как для страховщика, уже около полугода ситуация абсолютно спокойная.

Чем именно примечателен 2007 год?

- Год стабильности перед кризисом. Хотя шла активная борьба с банками, нарушающими закон "об отмывании денежных средств", реальных страховых случаев было немного. Вот и сейчас, как в 2007 году, у нас довольно тихо. И так говорят все наши коллеги-страховщики депозитов в других странах, за исключением, может быть, США - в мире в целом ситуация возвращается в стабильное русло.

Какова была наиболее распространенная причина разорения российских банков в кризис и была ли она?

- В России до 2008 года начали раздуваться "мыльные пузыри" на рынке недвижимости, в строительстве, торговле. И не только в России - все в мире вдруг решили, что на недвижимость будет спрос, что это хороший актив, - туда пошли огромные вложения. В той же Саудовской Аравии можно сказать, что стоят недостроенные города, картина просто удручающая. В Калифорнии огромное количество домов строилось на продажу, а потом они оказались никому не нужны. И у нас происходило примерно то же самое. Банки на заемные средства активно кредитовали девелоперские проекты, правда, России еще повезло, что эти активы составляли проценты в совокупном объеме кредитных портфелей наших банков.

В экономике России, наверное, сильнее всего пострадали четыре отрасли - металлургия, девелопмент-строительство, торговля и машиностроение. "Масштабирование" бизнеса на заемные средства для последующей перепродажи многим поставило подножку. Но структура активов у отечественных банков на поверку оказалась достаточно диверсифицированной, пострадали только те, кто, рискуя, вкладывался в определенную отрасль или даже группу объектов.

Есть ли показательные примеры того, как банкирам не стоит вести бизнес?

- Из тех, кем занималось АСВ, - "Электроника", "Московский капитал". Модель в них по сути была одинаковая. Причем хуже всего была ситуация там, где хозяева банка и его основные заемщики были одними и теми же лицами. Кредитная организация в этих случаях являлась просто инструментом для получения финансирования для других проектов. При таком подходе ни о каком риск-менеджменте, ни о какой диверсификации речь не идет.

Динамика вкладов населения продолжает оставаться положительной, растет и средняя сумма депозитов. Планируется ли увеличение суммы максимального покрытия, если да, то когда и до какого уровня?

- На ближайшие годы у нас таких планов нет. 700 тысяч рублей страхового покрытия с точки зрения существующей структуры доходов населения и структуры вкладов более чем достаточно для эффективной работы системы. Данная "планка" действует уже год, и за это время не произошло каких-либо принципиальных изменений.

Традиционный комментарий: 700 тысяч рублей позволяют полностью защитить средства для примерно 98% вкладчиков российских банков. Задача социальной защищенности, повторюсь, решена с запасом, и повышать планку просто так нет никакого рационального смысла. Если произойдут какие-то качественные изменения в структуре депозитов, в размере среднестатистического вклада, в доходах населения - будем менять "планку". Мы все эти параметры постоянно отслеживаем и не только мы одни.

Давайте сравним покрытие АСВ со страховой защитой ваших коллег из других стран, разумеется, с поправкой на доходы населения, на средний размер вкладов. Где социальная защищенность населения выше?

- Давайте. До кризиса даже по старой "планке" - 400 тысяч рублей уровень защищенности был выше, чем во многих развитых странах. В период финансовой нестабильности многие государства пошли на кардинальное увеличение размеров страны покрытия. Некоторые страны - Германия, Ирландия - пошли и на полную гарантию по всем вкладам. В Европе средний размер страховых выплат поднялся до 100 тысяч евро. Но во многих странах это временное изменение - на 1-2 года. Причем часто по сути это уже не гарантии национальных систем страхования, а гарантии бюджетов этих стран.

В результате этих повышений европейские страны сравнялись с нами по относительному уровню защищенности вкладчиков. Разница, видимо, на уровне долей процента.

Богатые и просто хорошо обеспеченные люди часто задают такой вопрос: мы хотим держать деньги в российских банках, как из патриотических, так и из сугубо практических соображений - проценты выше, чем в Швейцарии, удобно, близко, да и для налоговой мы "прозрачны". Но покрытие всего 700 тысяч рублей - что нам делать?

- Вообще, это личное инвестиционное решение каждого человека. Некоторые идут в госбанки, судя по тому, как там увеличивается количество крупных вкладов, есть такая тенденция. Есть еще фондовый рынок, ценные бумаги, в том числе государственные. Я не вижу проблемы, причем ни социальной, ни инвестиционной. С точки зрения структуры вкладов Россия похожа на другие страны, за границей тоже на 3-4% вкладчиков может приходиться 30-40% всех средств на депозитах. Но государство вовсе не обязано распространять свою защитную социальную функцию абсолютно на всех. Оно должно защищать социально слабых, неквалифицированных инвесторов. Нам мой взгляд, эта граница сегодня абсолютно справедливо установлена законодателем на уровне 700 тыс. рублей.

Это как пенсия - государство гарантирует, что по наступлении старости оно будет вам выплачивать определенные средства. Но если вы зарабатывали по нескольку миллионов в год, странно рассчитывать на то, что и пенсия будет такой же. Человек с большим уровнем доходов и должен в большей степени рассчитывать на себя.

А система страхования должна обезопасить сбережения другой части населения, которой, как показывает статистика в любой стране, - большинство.