Почему нужно доверять банкам больше, чем они доверят тебе? Вы никогда не задумывались над подобным вопросом? А зря. Почвы для размышлений на эту тему более чем достаточно. Тем более сейчас, когда на финансовом небосклоне сгущаются тучи, а дальнейшие перспективы происходящего вызывают, по крайней мере, много вопросов. И дело не только в том, что банки уже год как испытывают определенные трудности с рефинансированием. Проблема в другом. Кризис ликвидности явился порождением кризиса доверия, который нарастает как снежный ком, и что бы ни говорили по данному вопросу это факт, который нельзя отрицать. Причем коснулся он практически всех, за исключением может быть лишь одной стороны – частных вкладчиков. В отличие от остальных их настроение продолжает оставаться таким же радужным и благодушным, как и раньше. Они как несли деньги в банк, так и продолжают это делать до сих пор, невзирая на происходящее, и, считая депозитный вклад чуть ли не единственной возможностью борьбы с инфляцией. В определенной степени их можно понять. Игры на фондовом рынке, ПИФы, металлические счета и многие другие формы управления личными финансами являются для большинства непосвященных людей чуждыми и очень напоминают эксперимент, связанный с запуском большого адронного коллайдера – интересно, заманчиво, но не понятно и не предсказуемо. А вдруг черные дыры появятся, что тогда? В подобной ситуации всегда тянет к чему- то более простому и доступному, т.е. к тем механизмам сбережений, которые известны и апробированы. Однако, такая беспечность может при определенном стечении обстоятельств сыграть с ними злую шутку. Ибо не исключено, что угрозы, нависшие над деньгами владельцем вкладов, переходят сегодня из разряда потенциальных в разряд реальных. Так что, надейся на лучшее, а готовься к худшему. По-видимому, именно это изречение является в настоящее время как никогда актуальным.

Вообще, все происходящее на рынке частных вкладов может расцениваться со стороны как некий удивительный феномен, смысл которого заключается в почти гипнотическом уверовании в благополучный исход событий. Этакая белая ворона на фоне грозового неба. Не берусь судить, может быть в конечном итоге все обойдется, и будет хорошо. Вопрос лишь когда, и что потребуется преодолеть на пути следования к этим сказочным горизонтам. Несколько смущает и то обстоятельство, что, к примеру, профессиональные рыночные игроки, сами банки, да и государственные структуры, судя по всему, уже давно поняли возможные последствия надвигающейся бури, а поэтому проводят более взвешенную и осторожную политику в плане управления финансами. Не будем далеко ходить. Взять хотя бы депозитные аукционы Минфина, первый из который прошел в апреле месяце, а последний совсем недавно. Что изменилось в них за прошедшие почти пол года? Принципиального – ничего. Нет, конечно, менялись суммы, варьировался состав участников, несколько скорректировался порядок проведения, но по большому счету все осталось неизменным. Деньги по сути как были короткими, так ими и остались, а количество счастливчиков, принимавших участие в подобных мероприятиях, как ограничивалось 10-12 банками, так и не думало расширяться. Ко всему прочему, если посмотреть на лица победителей, то даже невооруженным глазом будет видно, что речь идет об одних и тех же кредитных организациях, которые почему-то всегда оказываются в нужном месте и в нужное время. Все это наталкивает на определенные размышления. В частности, почему Минфин не готов предоставить деньги на более продолжительное время? У него их нет (прямо смешно) или он не хочет этого делать ввиду того, что чего опасается или сомневается в ком-то? А может быть просто цели аукционов совершенно другие, и основное их предназначение заключается в латании дыр периодически возникающих у отдельных банков, причем у тех же самых? Не знаю, но, поставив временную заплатку, вряд ли следует рассчитывать на ее долговечность. Копилка сомнений дополняется еще и тем фактом, что практика проведения аукционов с короткими сроками размещения может создать у некоторых банков определенную иллюзию благополучия. А это чревато, возможными негативными последствиями, ставящими по удар устойчивость всей банковской системы. Ведь качество коротких денег и их предназначение, вероятно, отличается от долгосрочного финансирования. Так все ли в таком случае хорошо прекрасная маркиза? Как звучат слова из известной песни – «думайте сами, решайте сами…».

Существуют обстоятельства и другого порядка, которые также заставляют задуматься. В частности это относится к наметившейся в последнее время тенденции по сокращению общего числа банков. Судя по действиям контролирующих органов кредитных организаций, в настоящее время развелось уж слишком много, а поэтому все делается для их уменьшения. Ежемесячно лишается лицензии, и приостанавливает свою деятельность порядка 3-4 структур, т.е. за год такими темпами около 40-50 банков могут прекратить свое существование. Хорошо это или плохо не знаю, слишком уж все не однозначно. Не берусь оценивать и истинную мотивацию подобных действий. Но ведь не это главное. Важно другое – какое количество вкладчиков, и в каком объеме потеряют в этом случае свои сбережения. Вот в чем вопрос, и он далеко не праздный. Ведь владелец вклада не отслеживает ситуацию на рынке. Он лишь слепо верит данным ему обещаниям со стороны банка, и надеется на их выполнение. В этой ситуации, как видится, задача соответствующих органов заключается не только в том, чтобы помочь клиенту правильно сориентироваться, но и создать дополнительные механизмы, обеспечивающие полный, а не частичный возврат денег в случае возникновения форс-мажорных обстоятельств. Реально ли это сделать в принципе? Вероятно, да. Главное чтобы было желание. Ведь существуют же в настоящее время высоконадежные финансовые инструменты, которые принимаются к рассмотрению, в частности, ЦБ и являются для него основой дальнейшего взаимодействия с банками. Так почему же в таком случае нельзя сделать что-то подобное и в отношении вкладчиков? Пусть не в такой форме, пусть временно, но сделать. Ведь они как бы кому не хотелось тоже банковские кредиторы, только менее требовательные и более доверчивые, но ведь суть от этого не меняется. Ко всему прочему, не стоит забывать, что общий объем вкладов населения составляет сегодня порядка 5,8 трлн. руб., что само по себе должно вызывать определенное уважение.

Хотелось бы остановиться еще на одном вопросе. Это, так называемые заманухи, банков, связанные с привлечением вкладов. Вот взять, хотя бы, то обстоятельство, что банк привлекает средства населения по ставкам на 20% выше среднерыночных, о чем это может говорить? Нет, не для бабушки-пенсионерки конечно, а предположим для более продвинутого вкладчика. Первое, что приходит на ум так это наличие у кредитной организации некоторых проблем с ликвидностью, т.е. другими словами: существует определенная нехватка оборотных средств позволяющих обеспечить эффективное функционирование банка и его дальнейшее развитие. Звоночек, не так ли? Пойдем дальше. Для восполнения дефицита ликвидности банк стимулирует потребительскую активность населения, предлагая более выгодные по сравнению со всеми остальными условия размещения свободных средств. Это в свою очередь наталкивает на мысль о том, что депозитные вклады рассматриваются кредитной организацией как один из наиболее важных источников рефинансирования, и происходит это не от хорошей жизни, а ввиду отсутствия приемлемой альтернативы. И действительно. Разве банки платили бы, предположим, 15% годовых при наличии других, относительно дешевых вариантов? Вряд ли. Следовательно, в определенной степени эта мера является вынужденной, и природа ее возникновения заключается в том, что кто-то другой и по каким-то только известным ему причинам ограничивает свое взаимодействие с кредитной организацией. Естественно, что в этой ситуации существо возрастает роль частного вкладчика, который становится для банка настоящей палочкой выручалочкой. Ко всему прочему, иметь дело с не профессионалами всегда проще. Они и вопросов лишних не задают, да и ситуацией не особо владеют. В общем, лепота, да и только.

Есть правда во всем этом райском саде одно маленькое «но». В результате подобных действий может уменьшиться рентабельность банковской деятельности. А это в свою очередь будет способствовать появлению дополнительных рисков и новых угроз, ставящих под удар дальнейшее продолжение работы. Таким образом, благодаря банковским завлекалочкам может произойти надувание очередного мыльного пузыря, который будет иметь несколько иную природу, но, по сути, мало чем отличаться от себе подобных.

Ведь что такое, в общем-то, мыльный пузырь в экономическом смысле конечно - ворох не соответствующих их реальной стоимости обязательств в виде «ценных» бумаг, которые без устали кочуют из одних рук в другие. Если провести может быть некоторую аналогию, то это, по сути, сомнительный товар, завернутый в праздничную упаковку и неоднократно проданный в дальнейшем по цене антиквариата. Все бы хорошо, да до поры до времени, т.е. до тех пор, пока скрытое не становится явным. В один прекрасный момент, когда количество таких бумаг и объемы их продаж начинают достигать критической массы, происходит…бум. Вторая смена. Пузырь лопается и разлетается на мелкие части, которые словно осколки поражают все на своем пути. И уберечься от этого довольно-таки проблематично. Но какое к этому имеют отношение, предположим, вкладчики банка? С одной стороны, может показаться, что никакого, ведь они не участвуют в этом процессе и находятся на безопасном от него расстоянии. Более того, они прикрыты броней банка, с которым заключено соответствующее соглашение, не вызывающее сомнений в части сохранность сбережений. Однако, по жизни так не бывает. Деньги вкладчиков в априори становятся втянутыми в этот круговорот, а образовавшаяся воронка засосет их также, как и средства всех остальных участников процесса. Более того, владелец банковского вклада может оказаться в наименее выгодном положении, т.к. является по сути одним из самых слабых звеньев с точки зрения защищенности. Обратите внимание, тот же банк имеет гораздо более широкие возможности в плане защиты личных интересов. Он, к примеру, может диверсифицировать собственные риски за счет использования какого-то другого инструментария - поднятия процентных ставок для заемщиков, перекачки денег из одной валюты в другую, секьюритизации кредитных портфелей, в крайнем случае, имеет возможность вернуть часть средств путем продажи долговых обязательств коллекторным агентствам и т.д. А что в свою очередь остается делать клиенту, если кредитная организация, извините за выражение, дала дуба? Сидеть и горько плакать? Ан нет, извините, забыл. У него ведь тоже есть некоторые права, и даже возможности, правда очень скромные и не сопоставимые с банковскими. Можно, к примеру, получить гарантированные государством 400 тыс. рублей, и то с потерями. Если этого покажется недостаточным, то особо терпеливые могут написать исковое заявление и обратиться с ним в суд, а после этого, ходить туда до потери пульса, в ожидании соответствующего решения. Не исключено, конечно, затаив дыхание ждать и результатов работы ликвидационной комиссии. Правда в конечном итоге может получиться так, что и брать- то уже будет нечего, да и не с кого. Персоналии вне зоны досягаемости (читай в долгосрочной загранкомандировке). Денежки давно тю-тю, где-нибудь в жарких странах. Что же касается других активов, то вполне вероятно, что желающих на них будет так много, что до бедного частного вкладчика просто не дойдет очередь. Но да разве это повод для огорчений? Зато, он остается с «честным» словом кредитной организации, в виде соответствующего договора, который, можно носить в своем кармане вместо денег и использовать в качестве платежного средства при оплате соответствующих товаров и услуг. Жаль только, что магазины к этому еще не привыкли, а поэтому и не смогут разделить всеобщего оптимизма. Но так любое новшество с трудом пробивается в жизнь, и это тоже не является исключением. Вопрос лишь во времени, вернее в его отсутствии..

P.S. Из сообщения РИА Новости от 10 сентября 2008 г: - «Житель Непала, заключив 24 неудачные брака, наконец, обрел семейное счастье со своей 25-й женой, сообщает в среду телерадиокорпорация "Би-би-си".

Рамчандра Катувал (Ramchandra Katuwal) из местечка Санкхувасавы недавно отметил семь лет со дня бракосочетания со своей 25-й по счету супругой. По его словам, последний брак является для него "счастливым путешествием", в отличие от всех предыдущих.

Впервые непалец женился в возрасте 26 лет. Жена бросила его, сбежав с любовником, так же поступили и остальные. Из всех своих спутниц жизни, менявших друг друга в течение 16 лет, Катувал хорошо помнит лишь девять. "Моя вторая жена тоже сбежала, и третья тоже... 24-я тоже убежала. И я решил больше не жениться", - говорит Катувал.

Однако 23-летняя Шарада (Sharada) заставила Рамчандру поменять свое решение. Теперь в свои 49 лет он счастлив в браке и клянется, что этот будет последним».

Человеку свойственно ошибаться. Проблема лишь в том, чтобы он из этого делал правильные выводы. А то мало ли, что получится.