Рынок секьюритизации сейчас напоминает замерзшего мальчика Кея из сказки «Снежная королева»: никого не любит, ничего не хочет. И особенно, как подчеркивают эксперты, «не любит» и «не хочет» ценных бумаг российских банков, которые еще недавно пользовались на нем весьма высоким спросом. Надеяться на живительный поцелуй Герды в этой ситуации не приходится, как, впрочем, и на быстрое урегулирование кризиса ликвидности. Ирония же судьбы для них состоит в том, что наши банки только-только успели попробовать «на вкус», как эффективен данный механизм привлечения средств и какие выгоды сулит он тем, кто не побоится пройти достаточно сложный процесс подготовки сделки по секьюритизации от начала до конца.

Внешний рынок: разбег, толчок…

Долгое время секьюритизация собственных активов была для российских банков делом почти «штучным»: до 2007 года подобные сделки можно было пересчитать по пальцам на одной руке. Среди пионеров называли Росбанк, секьюритизировавший в 2004 году портфель кредитных карт, банк «Союз», разместивший пятилетние облигации, выпущенные под залог своего автокредитного портфеля, и банк «Русский Стандарт», которому удалось организовать выпуск облигаций, обеспеченных пулом потребительских кредитов. Каждая подобная сделка воспринималась рынком, как сенсация и даже как стремление вышеназванных банков «выпендриться» — вот, мол, мы какие крутые, проводим секьюритизацию своих портфелей, как крупные иностранные банки, для которых это — «пустяки, дело житейское».

«Причиной относительно небольшого количества секьюритизационных сделок российских банков до кризиса было не отсутствие необходимости в рефинансировании, а маленькие размеры портфелей большинства потенциальных эмитентов, — пояснил «БО» управляющий директор департамента инвестиционных проектов и внешних отношений Росбанка Антон Пак. — Секьюритизационная сделка может быть «рентабельной» только при объеме от 200–250 млн долларов. При меньшем размере дополнительные издержки «съедают» всю выгоду от более низкой стоимости привлеченных средств». В этой ситуации банку выгоднее просто продать свой портфель более крупному игроку, который уже сможет провести секьюритизацию, подчеркивает специалист.

Cправка «БО»

В 2007 году рабочей группой комитета Госдумы по кредитным организациям и финансовым рынкам совместно с комитетом по банковскому законодательству Ассоциации региональных банков России был подготовлен проект закона «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» (в части установления правового режима сделок секьюритизации активов кредитных организаций, рамочных договоров на рынке деривативов и сделок инвестирования в общие фонды банковского управления).

Законопроект устанавливает особенности правового режима сделок секьюритизации кредитных портфелей при несостоятельности (банкротстве) банка-оригинатора, осуществляющего обслуживание переданных SPV активов. В целях снижения правовых рисков (Legal Risk), риска переквалификации (Recharacterisation Risk) и риска смешения (Commingling Risk) подобных сделок, а также конструирования основ правового института действительной продажи (True Sale):

• вводится понятие обслуживания требований по договорам кредита и займа;

• устанавливается порядок передачи таких требований резервной обслуживающей компании в случае несостоятельности кредитной организации, которая ранее провела их отчуждение спецюрлицу (SPV) или иной кредитной организации и осуществляет их обслуживание;

• сокращаются сроки исковой давности (три месяца) для признания договоров (сделок), заключаемых при секьюритизации активов, недействительными;

• ограничивается перечень оснований для признания договоров (сделок), заключаемых при секьюритизации активов, недействительными по заявлению руководителя временной администрации, иску конкурсного управляющего и конкурсных кредиторов;

• уточняется правовой режим активов (collateral) при банкротстве банка оригинатора и их исключение из конкурсной массы.

Источник: Ассоциация региональных
банков «Россия»

Первый заместитель председателя правления Городского ипотечного банка Руслан Исеев, со своей стороны, приводит другие причины низкой популярности секьюритизации в начале 2000-х годов: «Российские банки не были готовы к секьюритизации своих портфелей. Чтобы получить доступ к этому рынку даже в хорошие времена, надо было соответствующим образом готовить всю документацию по выдаче кредитов, по обслуживанию кредитов и т.д. Далеко не все наши финансово-кредитные структуры, начиная несколько лет назад процесс кредитования, рассчитывали на то, что они будут секьюритизировать свои портфели. У них были тогда альтернативные способы фондирования, более простые и, как казалось тогда, более удобные».

Однако по мере увеличения объемов кредитования потребность в проведении сделок по секьюритизации становилась все более острой, а возможности банков — даже сравнительно небольших по размеру — все более реальными. «Коренной перелом» в настроениях банков произошел во второй половине 2006 года – первой половине 2007 года, когда сделки, связанные с секьюритизацией банками своих портфелей, стали производиться с завидной частотой. В результате данный сегмент рынка вырос более чем в 10 раз по сравнению с предыдущим показателем, а общий объем секьюритизации в 2007 году составил 2458,21 млн долларов. При этом в качестве оригинаторов (инициаторов размещений) выступили девять банков и одна специализированная организация в лице Агентства по ипотечному жилищному кредитованию (АИЖК). На долю банков пришлось в общем объеме секьюритизированных активов 2255,28 млн долларов, на долю АИЖК — 122,63 млн долларов. Крупнейшей по объему стала сделка с участием Хоум Кредит энд Финанс Банка (452,58 млн долларов). Пришлась эта рекордная сделка, как, впрочем, и все остальные сделки по секьюритизации портфелей российских банков, на первую половину года, когда никто даже не прогнозировал скорое наступление ипотечного кризиса в США.

Воодушевленные успехом проведенных сделок, банки готовились к новым победам. «Многие финансово-кредитные структуры заявляли в 2007 году о готовности проведения сделок в скорейшие сроки», — рассказал «БО» вице-президент Ассоциации региональных банков «Россия», председатель совета директоров ОАО «Агрохимбанк» Владимир Гамза. О желании секьюритизировать портфели заявляли МДМ-Банк, Собинбанк, ЮниКредит Банк (бывший Международный Московский банк), Альфа-Банк, Банк Москвы, банки «Русский Стандарт», «Уралсиб», «Дельта Кредит», «Юниаструм», банк «Союз», Городской ипотечный банк, поясняет специалист.

…и внезапный паралич

Однако этим желаниям российских банков не суждено было сбыться. Кризис subprime в США, грянувший во второй половине лета 2007 года, грубо перечеркнул все надежды на проведение успешных сделок по секьюритизации кредитных портфелей российских финансовых структур. «Негативные настроения потенциальных инвесторов распространились на все инструменты привлечения международного фондирования, такие как выпуск еврооблигаций, привлечение синдицированных займов и т.д. Влияние этих настроений почувствовали на себе все банки без исключения. Как следствие, значительно выросла стоимость международного фондирования для тех банков, которые могут найти инвесторов в свои риски, а для многих банков такой источник фондирования оказался полностью закрыт», — рассказывает управляющий директор по работе с международными финансовыми институтами Москоммерцбанка Камрон Миркурбанов.

«Закрытие» рынка, как и следовало ожидать, спровоцировало настоящую волну отказов от секьюритизации, причем в первых рядах «отказников» оказались крупнейшие российские банки. Сначала о переносе сроков размещения своих ценных бумаг, обеспеченных поступлениями по ипотечному портфелю на сумму не менее 500 млн долларов, заявил ВТБ 24. Затем аналогичную сделку на сумму в 500–600 млн долларов отложил УРСА Банк. Представители обоих банков сетовали на то, что им стали предлагать невыгодные условия размещения ценных бумаг, что ставки, под которые им предлагали занять, оказывались значительно выше их «внутренних ожиданий».

«Проблема в том, что раньше в качестве главных покупателей ценных бумаг, обеспеченных кредитными портфелями банков, выступали международные инвесторы, — говорит Руслан Исеев (Городской ипотечный банк). — Из-за кризиса практически исчез целый вид их — так называемые SIV (structured investment vehicles)». «Оценить масштабы бедствия можно только в том случае, если учесть, что эти инвесторы поддерживали порядка 50% глобального рынка секьюритизации», — подчеркивает специалист. С Русланом Исеевым согласна и управляющий директор Морган Стэнли Банка Елена Титова. «Иностранные инвесторы, которые ранее выступали в качестве покупателей бумаг, обеспеченных ипотечными кредитами банков, фактически полностью свернули эту деятельность. Из-за этого рынок фактически перестал существовать. Все замерли и ждут, как будет дальше развиваться ситуация с ипотекой в США. В результате получается заколдованный круг: оценить, сколько стоит та или иная бумага, невозможно, потому что нет покупателей. А без оценки невозможно структурировать бумагу, потому что первое условие для этого — четкое понимание, за какую цену ее можно будет продать», — резюмирует эксперт.

Справедливости ради, следует отметить, что отсутствие потенциальных покупателей не является единственным «тормозом» для рынка секьюритизации. «Проблема еще и в том, что сейчас крупные иностранные банки осуществляют огромные списания и распродают активы, причем зачастую активы очень хорошего качества, — поясняет Руслан Исеев (Городской ипотечный банк). — Поэтому инвесторы, готовые покупать, могут сейчас приобрести по очень дешевым ценам бумаги с низкими уровнями рисков и с высокими рейтингами». На этом фоне интерес к ценным бумагам российских банков упал буквально до нулевой отметки — они, по мнению инвесторов, слишком дороги. Рейтинги большинства из них находятся на не слишком впечатляющем уровне «ВВВ», в то время как, по словам руководителя ипотечного направления ДжиИ Мани Банка по Центральной и Восточной Европе Уильяма Шаба, сейчас не пользуются сколько-нибудь заметным спросом даже бумаги с рейтингами «ААА». «Минимальный аппетит у инвесторов сосредоточен только в области вложений в А транши выпусков с рейтингом «ААА», — подтверждает и Камрон Миркурбанов (Москоммерцбанк). В общем, сложилась классическая ситуация, которую можно лучше всего охарактеризовать словами капризной девочки из русской народной сказки: «Еще чего, стану я пить из молочной реки с кисельными берегами — у моего батюшки дома и сливочки не едятся!»

Внутренний рынок — он есть и его нет

Возможно, проблема не была бы столь острой, если бы в России существовал внутренний рынок секьюритизации. Однако эксперты сомневаются в том, что на сегодняшний день можно говорить о его наличии. Правда, как указывает Владимир Гамза (Агрохимбанк), сделки по секьюритизации активов с участием российских оригинаторов регистрировались на территории РФ два раза (сделка АИЖК и сделка Банка Совфинтрейд — при этом создавалось не спецюрлицо, а аффилированное предприятие). Однако искомые два прецедента вряд ли можно считать свидетельством нормального уровня развития внутреннего рынка секьюритизации. И уж тем более на основании этих двух сделок нельзя говорить о том, что внутренний рынок секьюритизации достиг уровня, который отвечал бы потребностям банков в привлечении долгосрочного фондирования.

«Главной и единственной причиной, обусловившей тенденцию к задействованию внешних рынков, является отсутствие законодательства, позволившего бы активно использовать механизмы секьюритизации и на российском рынке», — считает Владимир Гамза. Другие эксперты согласны с этой оценкой, и, со своей стороны, поясняют, что несовершенство законодательства обусловило отсутствие на рынке инвесторов, которые потенциально могли бы обеспечить очень высокий спрос на ценные бумаги российских банков.

«Сейчас предпринимаются шаги по формированию этого рынка, и это хорошо. Так, несколько недель назад мы, например, узнали очень хорошую новость о том, что ЦБ включил ипотечные ценные бумаги в свой ломбардный список, правда, детали соответствующего документа пока не опубликованы. Надеемся, что все это будет совершенствоваться в дальнейшем, а пока хорошо уже то, что делаются необходимые шаги для формирования внутреннего рынка секьюритизации. Но параллельно надо решать еще одну проблему: работать над созданием отечественных инвесторов. Пока у нас очень хорошо придумали что продавать, но не придумали кому продавать. Хорошо, что уже принято решение о том, что ИЦБ включены в котировальный список ММВБ — это значит, что их смогут приобретать управляющие компании. Хорошо, что государственные институты, например Банк развития, не исключают для себя возможности вложения средств в эти активы», — говорит Руслан Исеев (Городской ипотечный банк).

В общем, ситуация, по мнению аналитиков, складывается в соответствии с хорошо известной русской пословицей: «Не было бы счастья, да несчастье помогло». Неизвестно, сколько бы еще понадобилось времени для того, чтобы российские власти обратили серьезное внимание на проблему формирования внутреннего рынка секьюритизации. А так, по мнению Владимира Гамзы (Агрохимбанк), налицо уже серьезные сдвиги к лучшему: «В целом условия для проведения сделок секьюритизации на внутреннем рынке становятся все более привлекательными: сейчас средняя ставка, под которую банки могут секьюритизировать кредиты, составляет 7,5–8% годовых, а в 2008 году эта цифра может стать еще более удобной для эмитентов».

Два в одном — разгрузить баланс, привлечь деньги

Однако очевидно, что ставки, под которые банки могут привлечь средства на внутреннем рынке, и ставки аналогичных заимствований на внешнем рынке — суть две разные величины. И сравнение пока явно не в пользу первых. Так что многие банки не скрывают своей тоски по внешнему рынку секьюритизации. С другой стороны, не стоит забывать о том, что до недавнего времени большинство национальных финансово-кредитных структур как-то обходилось без этого инструмента фондирования в принципе. Может, нет ничего страшного в том, что банки временно откажутся от него? Что мешает им использовать, например, такой весьма популярный механизм привлечения средств, как размещение на рынке выпусков еврооблигаций различных сроков «жизни»?

Мешает многое, говорят эксперты. И отнюдь не только то, что рынок еврооблигаций тоже находится сейчас в состоянии «заморозки» — может, не такой глубокой, как рынок секьюритизации, но достаточной для того, чтобы сделать размещение «бондов» российских банков невыгодным делом. «Главное в другом: секьюритизация будет играть очень важную роль для российских банков», — уверен Антон Пак (Росбанк). «В ближайшие годы на балансе у финансово-кредитных организаций будет появляться все больше длинных кредитов, ставки при этом будут постепенно снижаться. В такой ситуации для контроля над рисками ликвидности и сохранения рентабельности будет абсолютно необходимо привлекать дешевые и длинные деньги. По определению ценные бумаги, обеспеченные активами, будут давать возможность увеличить сроки и снизить стоимость фондирования по сравнению с обычными облигационными займами», — поясняет специалист.

Точку зрения Антона Пака разделяют и представители других российских банков. Так, по мнению Руслана Исеева (Городской ипотечный банк), размещение еврооблигаций, конечно, является более простым способом привлечения средств, чем подготовка и проведение сделки по секьюритизации кредитного портфеля банка (как подчеркивают эксперты, подготовительный период в первом случае составляет порядка трех месяцев, тогда как во втором он может достигать шести–девяти месяцев, то есть быть вполне сопоставимым с периодом подготовки банка к выходу на IPO). «Однако с помощью еврооблигаций можно фондировать, например, потребительское кредитование, а фондирование ипотеки в данном случае будет заведомо невыгодным. Слишком большая разница по срокам: еврооблигация «живет» три года, тогда как деньги для фондирования ипотечных кредитов надо привлекать на сроки в 10, 15 и более лет», — поясняет эксперт. Понятно, что «на безрыбье» можно прибегать и к еврооблигационному фондированию ипотеки, однако банки должны быть готовы к тому, что в этом случае они будут нести огромные процентные риски. «За примерами не надо далеко ходить: те, кто три года назад выпускал еврооблигации, сейчас вроде бы должны рефинансировать их, а условия на рынке сложились совершенно другие», — резюмирует Руслан Исеев.

По мнению экспертов, налицо и другой немаловажный момент: секьюритизация ипотечных портфелей предоставляет банкам capital relief (дословно — облегчение капитала). То есть финансово-кредитные структуры, выдавшие кредиты и сформировавшие однородные кредитные портфели, могут легко и непринужденно списать эти портфели с баланса после размещения на рынке своих ценных бумаг. «В случае с еврооблигациями ничего подобного не происходит, кредитные портфели остаются на балансе банка. Рано или поздно может настать момент, когда банк начнет нарушать нормативы достаточности капитала», — поясняет Руслан Исеев. Пока, по словам специалиста, такой угрозы в массовом порядке нет — в конце концов, период «заморозки» длится всего несколько месяцев. Однако не исключено, что сначала мелкие и средние, а затем и крупные банки со временем будут сталкиваться с подобными проблемами. При условии, конечно, что ситуация не изменится к лучшему.

Ну, когда ты вернешься, когда?

Итак, потребность в проведении сделок по секьюритизации налицо, налицо и уже имеющийся опыт — во всяком случае, у крупных банков — по реализации данного механизма фондирования. Дело за малым: понять, сколько времени еще может понадобиться рынку на «разморозку»?

К сожалению, это как раз тот вопрос, на который сейчас никто не рискнет дать окончательного ответа, говорят аналитики. Не только потому, что ситуация представляется очень сложной, но и потому, что не хочется внушать ни себе, ни другим несбыточные надежды. «Сначала все говорили о том, что стабилизация наступит в начале этого года, потом стали смотреть на второй квартал, теперь уже ясно, что и этот срок придется «отодвинуть» — в лучшем случае, на конец текущего года, в худшем — на начало или даже середину следующего», — говорит эксперт одного из иностранных инвестиционных банков. Примерно такой же точки зрения придерживаются и российские аналитики. «Пока можно констатировать одно: кардинального улучшения на рынке, к сожалению, не произошло, — говорит Антон Пак (Росбанк). — Западные банки продолжают объявлять о потерях по обеспеченным ценным бумагам. На этом фоне новые выпуски если и возможны, то по достаточно высоким ставкам. Учитывая, что основная идея секьюритизации состоит как раз в уменьшении стоимости финансирования для эмитента, нет большого смысла в том, чтобы выходить на рынок в такой ситуации». Если ситуация и нормализуется, то, по мнению специалиста, только к концу нынешнего года.

Весьма пессимистично настроен и Камрон Миркурбанов (Москоммерцбанк). «В настоящий момент, ситуация на рынке секьюритизации банковских кредитных портфелей остается тяжелой,— резюмирует эксперт. — Несмотря на ожидания некоторых экспертов ситуация на рынке с конца прошлого года даже ухудшилась». «На фоне ухудшающихся макроэкономических показателей США, а также показателей рынка ипотечного кредитования, продолжается волна списаний убытков по вложениям в ценные бумаги, обеспеченные ипотечными кредитами. Многие банки, которые по итогам 2007 года показали достаточно оптимистичные результаты своей деятельности в данном сегменте, объявили о значительных списаниях по итогам первого квартала 2008 года. К примеру, недавно один из крупнейших швейцарских банков UBS объявил о дополнительных списаниях убытков в размере 19 млрд долларов, доведя общий объем списаний до рекордных 37 млрд долларов. В данной ситуации сложно предполагать, что рынки секьюритизации «оживут» в ближайшее время, так как участники данного рынка не могут оценить его перспективы: достигнуто ли уже «дно», либо стоит ожидать дальнейшего ухудшения», — подчеркивает специалист.

Не слишком оптимистично оценивает сложившуюся ситуацию и перспективы «разморозки» внешнего рынка секьюритизации и президент–председатель правления ВТБ 24 Михаил Задорнов. «В соответствии с нашим пессимистическим прогнозом, данный рынок выйдет из кризисного состояния в течение следующих года–полутора лет. Есть, конечно, и более оптимистичные оценки, предусматривающие, что ситуация стабилизируется к концу текущего года. Однако, с учетом всех факторов, первый прогноз, к сожалению, представляется пока более реальным», — пояснил Михаил Задорнов, комментируя ситуацию «БО».

Так что российским банкам в сложившейся ситуации остается следовать хорошо известному совету: надеяться на лучшее, а готовиться к худшему. То есть, если придерживаться прогноза руководителя ВТБ 24, к тому, что внешний, наиболее востребованный для них рынок секьюритизации откроется только через год-полтора. В этой ситуации, как подчеркивает Владимир Гамза, «основным источником ликвидности для национальных финансово-кредитных структур остается ЦБ РФ, государственные корпорации, акционерные общества и иные организации, обладающие свободными средствами». А вот захотят ли вышеперечисленные структуры фактически заменить собой на время «замерший» рынок секьюритизациии — иной вопрос.

 

 Мнение эксперта 

Франк Марзийи, директор управления по работе с кредитными рисками Русфинанс Банка

Для небольших и средних российских банков секьюритизация может оказаться не столь экономичным инструментом.

А вот банки со значительными портфелями получают возможность потенциально улучшить условия рефинансирования в отличие от тех, которые они могут себе позволить соответственно своему рейтингу, а также уменьшить несоответствие активов и пассивов, наблюдаемое как результат нехватки долгосрочных ресурсов. лизинговой компании от других заемщиков с точки зрения стороннего (неаффилированного) банка нет. Основные методы оценки (расчет базовых финансовых коэффициентов, оценка прозрачности бизнеса и т.д.) остаются теми же самыми. Главными моментами, на которые следует обращать внимание при анализе лизинговых компаний, являются следующие: уровень диверсификации лизингового портфеля, объем просроченных лизинговых платежей, степень контроля со стороны лизинговой компании за валютными и процентными рисками, а также за сбалансированностью лизингового и кредитного портфелей по срокам погашения.

Владимир Гамза, председатель правления Агрохимбанка, вице-президент Ассоциации «Россия»

Глобальный кризис в целом не очень сильно затронул российскую банковскую систему. Однако банки России уже не могут удовлетворить свои потребности в ликвидности за счет кредитования из-за рубежа. Да и «замораживание» сделок по секьюритизации как дополнительный источник рефинансирования нельзя назвать положительным явлением.