Продолжение. Начало: Дискриминация на «трудовом фронте» - 2.

Дискриминация при найме на работу

Дискриминация при найме на работу является одним из самых уродливых видов дискриминации по той причине, что только при этом виде дискриминации человеку порой не дают возможности не только проявить себя во время собеседования, не говоря уж об испытательном сроке, но зачастую вообще не хотят видеть, не приглашая на собеседование, т.е. дискриминируют заочно. Собственно говоря, первый материал и был направлен против такого гнусного явления, как заочная дискриминация. Если Вы не вписываетесь в те дискриминационные рамки, которые очерчены в объявлении о вакансии, то с Вами просто не будут разговаривать, а резюме Ваше выбросят в мусорную корзину, даже если Вы его и направите по указанному адресу.

К этой ситуации можно относиться по-разному. Например, можно рассуждать следующим образом: «Ну и чёрт с этой фирмой, если там одни самодуры работают – объявление о свободной вакансии, содержащее дискриминационные признаки, об этом красноречиво свидетельствует. Скорее всего, в этой конторе права попираются не только при приеме на работу, но и в процессе трудовой деятельности. Если я не буду в ней работать, то никто мной помыкать не будет и ни перед кем мне не придется пресмыкаться».

Этим можно было бы утешиться, если бы дискриминационные признаки в объявлениях о найме были редкостью. Но если Вы столкнетесь с подобной ситуацией раз, другой, третий, …, десятый, то Вам станет не по себе, и Вы уже подумаете о том, что с этим нужно что-то делать. Ваше бытие начнет определять Ваше сознание в другую сторону: мол, ладно, пусть там права и попирают, но хоть деньги платят, а уж какие – белые, серые или черные – это вопрос второй; детей-то надо чем-то кормить: им не объяснишь, что какие-то нехорошие дяди и тети дискриминируют Вас. Поневоле вспоминается поговорка: «какая честь, когда нечего есть».

Подобные размышления могут подвигнуть Вас к более решительным действиям и попыткам переломить ситуацию. В частности, Вы можете отправить резюме по указанному в объявлении адресу, несмотря на выставленные дискриминационные ограничения, а затем, набравшись смелости (или наглости – как хотите), позвонить в контору по телефону и узнать, когда приходить на собеседование. Во время телефонного разговора Вы должны «провентилировать» обстановку, то есть постараться выяснить причины дискриминации (незнание, предубеждение или комплексы) и позицию работодателя. Если иметь в виду возрастную дискриминацию, то следует выяснить, входит ли работодатель в те 4,08% работодателей, которые ни при каких условиях не пойдут на уступки – такова уж сила их предубеждений, и комплексов или же он относится к 95,92% работодателей, которые либо совсем не выставляют возрастных ограничений, либо готовы снять это ограничение, если человек проходит по другим параметрам.

В первом случае приходится констатировать, что, скорее всего, Вам не придется работать в той организации, на которую Вы «положили глаз»,  если только не произойдет чудо и Вам удастся разбить предубеждения работодателя и переубедить его относительно дискриминационных ограничений или «излечить» его комплексы. Но при этом нужно ясно отдавать себе отчет, что даже если «качая права», Вы вынудите работодателя пригласить Вас на собеседование, то он, идя на принцип, будет придирчив к Вам в значительно большей степени по сравнению с кандидатами, которые вписываются в рамки дискриминационных ограничений, и постарается принять все меры к тому, чтобы Вы там не работали. Правда, если Вас пригласят на собеседование, то это уже можно считать некоторым достижением – Вам предоставили возможность проявить себя, но Вы должны быть на голову выше всех остальных кандидатов. Если же, несмотря ни на что, Вам откажут в заключении трудового договора, то у Вас остается несколько линий поведения.

Можно просто «утереться», когда Вам «плюнули» в душу, хотя «плевок» этот  могут обставить чинно и благородно, мол, спасибо за то, что предложили свои услуги, и успокаивать себя тем, что плетью обуха не перешибешь, что насильно мил не будешь, а тратить время на судебные разбирательства – это только время терять, тогда как оно необходимо для поиска иных рабочих мест.

Кто-то, напротив, может решить: «Я этого так не оставлю». Самое интересное, что сторонние наблюдатели могут оценивать действия такого человека с прямо противоположных точек зрения.

Одни будут называть его скандалистом и сутягой, который действует лишь из чувства мести и желания хоть чем-то досадить работодателю-дискриминатору. Дескать, его психология сродни психологии героя известной песни Владимира Высоцкого:

«Сегодня ночью я три шины пропорол!
Так полегчало – без снотворного уснул».

Другие будут называть его Дон Кихотом, который ведет бесполезную борьбу с ветряными мельницами.

Третьи, наоборот, одобрят его действия, мол, человек пытается защитить свои права.

«Да какие там права, – возразят им первые. – Если он и выиграет дело в суде, его победа будет пирровой! Ему же житья в организации не дадут, даже если суд и обяжет работодателя заключить с ним трудовой договор. Так стоит ли копья ломать, тратить свое драгоценное время и нервную энергию? Лучше найти им более достойное применение и предпринять еще несколько попыток найти работу».

Я не знаю, какая точка зрения больше импонирует читателю. Однако судя по тому, каким махровым цветом расцвела дискриминация, в частности, потому, что она не встречает должного отпора и со стороны лиц, стремящихся заключить трудовой договор, и со стороны общества в целом, могу предположить, что большинство склоняется к тому, чтобы не тратить понапрасну время и «не гнать зря волну».

Со своей стороны скажу несколько слов в защиту так называемого "сутяги". И постараюсь дать некоторые советы и рекомендации. Чтобы сделать разговор предметным, рассмотрим конкретный пример. А чтобы оппоненты не обвинили меня в том, что я пытаюсь иллюстрировать свои мысли надуманными примерами, мне придется прибегнуть к цитированию. Я заранее прошу у читателей прощения за то, что цитата очень объемна, но «из песни слова не выкинешь», а пересказывать цитируемую историю своими словами – только портить. Пример, который я хочу предложить вниманию читателя, взят у достаточно известного автора – Роберта Кийосаки. Потом я постараюсь его интерпретировать с точки зрения российского трудового законодательства.

«Побывав на двух собеседованиях, я понял, что компания IBM мне не подходит, и я уверен: они тоже знали, что я не подойду им в качестве наемного работника. Зато после пяти собеседований в компании «Xerox» я по четырем позициям попал в список кандидатов на роль торгового агента. На последнее собеседование мы пришли непосредственно к директору филиала этой компании в Гонолулу. В тот день шесть из десяти кандидатов на работу, которые уже прошли отборочный тур, сидели перед дверью его офиса, совсем как в сцене из знаменитого телевизионного шоу Дональда Трампа «Новички». Другие четыре кандидата уже побывали на собеседовании.

В то время когда я проходил собеседование, я все еще служил в корпусе морской пехоты и был одет в военную форму. Сидя у двери офиса директора филиала, я с беспокойством посматривал на других соискателей – моих конкурентов. Все они были значительно моложе меня, только что из колледжа, очень приятные на вид парни и девушки, одетые с иголочки; у них был такой вид, как будто они уже занимали важные посты в корпорации.

Война во Вьетнаме еще не закончилась и была очень непопулярна в широких кругах населения, а это означало, что в тех же кругах плохо относились к людям в военной форме. Так что ходить в форме за пределами военной базы по центральным улицам Гонолулу было не самым приятным занятием. Слава Богу, что меня при этом ни разу не оплевали, – но несколько раз дело уже шло к тому. Так что я действительно чувствовал себя не в своей тарелке, когда сидел под дверью офиса рядом с этими молодыми людьми в деловых костюмах. Я был одет в форму офицера морской пехоты, которая состояла из защитного цвета рубашки с коротким рукавом со всякими погонами и нашивками, и зеленых брюк, плюс стрижка ежиком.

Наконец, секретарша сообщила мне, что босс готов меня принять. Я зашел в офис и сел на стул у его стола. Пожав мне руку, он не стал тратить времени даром и сразу же перешел к делу.

Я просмотрел ваши данные. Мои помощники, которые проводили собеседования, дают вам очень лестную характеристику. Они считают, что вы могли бы стать ценным приобретением для команды наших торговых агентов.

Слушая эти слова, я затаил дыхание и ждал, что еще хорошего или плохого он скажет. Я отметил, что, хотя он и хвалил меня, но при этом смотрел как-то неприязненно. Его глаза постоянно возвращались к папке с моими документами, которая лежала перед ним на столе.

Наконец он посмотрел на меня и сказал:

- Мне неприятно вам это говорить, но я вынужден вам отказать. – После этого он встал, пожал мне руку и добавил:

- Благодарю за то, что предложили нам свою кандидатуру.

Когда я поднимался со стула, чтобы пожать ему руку, внутри у меня все кипело. Я хотел знать: почему? Почему меня отвергли? Решив про себя, что терять мне все равно нечего, я все-таки осмелился задать вопрос:

Сэр, при всем моем уважении к вам, не будете ли вы так любезны объяснить, почему вы мне отказываете? Ведь вы даже не сочли нужным поговорить со мной. Можете вы сказать мне хотя бы причину, почему я вам не подхожу?

Просто сейчас у нас нет мест, – сказал директор филиала. – На данный момент у нас имеется десяток прямо-таки великолепных кандидатур и только четыре вакансии. Конечно же, мне хотелось бы, чтобы у нас было больше вакансий, но сейчас это невозможно. Почему бы вам не подождать год, а потом снова обратиться в нашу компанию? Может быть, через год ваши шансы возрастут. А теперь извините, но я должен уделить время беседе с другими кандидатами.

Глядя прямо ему в глаза, я сказал:

- Просто назовите мне причину. Скажите, на каком основании вы, не задав ни одного вопроса, решаете, кто из нас лучше, а кто хуже. Кроме того, мне кажется, что это невежливо. Вы заставили меня прийти сюда, ждать под дверью, а теперь отправляете, не желая, хотя бы просто из любезности, задать один-единственный вопрос. Просто ответьте мне, на каком основании вы, ни о чем не спросив, принимаете это решение. Это все, что мне хотелось бы знать.

- Хорошо, если вы так хотите знать, я вам скажу. Вы единственный из претендентов, не имеющий высшего образования в области бизнеса. Ведь у вас есть только Диплом об окончании колледжа.

С этими словами директор филиала направился к двери, чтобы открыть ее для меня, всем своим видом показывая, что мне пора уходить.

Подождите еще минутку, – сказал я. – После того как я получил диплом бакалавра в Академии торгового флота, я провел следующие пять лет в рядах морской пехоты, сражаясь на войне, на которой другие не хотели сражаться. Я не обязан был идти на войну, потому что получил образование для того, чтобы работать на кораблях. Я уже имел место в компании «Standard Oil», что освобождало меня от призыва, однако, несмотря на это я пошел в армию добровольцем. А теперь вы говорите мне, что не можете взять меня на работу лишь потому, что я не провел дополнительно еще несколько лет в колледже, чтобы получить степень магистра? Но все это время у меня было кое-какое другое занятие. Шла война – и кто-то должен был воевать. А вы говорите, что предпочитаете брать на работу дезертиров, которые, увиливая от призыва, все это время просидели за школьной скамьей?

Это не имеет никакого отношения к теме нашего разговора. Здесь не место рассуждать о войне и у кого какие политические убеждения, – сказал директор, который был примерно такого же возраста, что и я. – Да, я предпочитаю нанимать людей, которые остались сидеть за партой. Рынок рабочей силы сейчас испытывает трудности. Предложение превышает спрос. К нам обращается очень много людей с высокой квалификацией, так что мы можем позволить себе выбирать. В данный момент мы берем на работу только людей со степенью магистра в области бизнеса. Это наш принцип. Получите степень и приходите снова – тогда, может быть, мы опять обсудим этот вопрос.

Почему же вы не сказали мне об этом раньше? - спросил я. – Зачем заставили проходить всю эту процедуру? Только для того, чтобы потом отказать?

В некоторых случаях мы делаем исключения, – сказал директор. – Бывают люди с прекрасными способностями. Так что, хотя у вас и нет степени магистра, но наши сотрудники, которые занимались предварительным отбором, решили, что у вас, возможно, имеются другие положительные качества, которые необходимы для работы. Но, хотя они и нашли в вас эти качества, мы все же считаем, что каких-то исключительных способностей у вас нет.

В этот момент я решил, что должен стать этим человеком с исключительными способностями, – или, по крайней мере, таким, кто сразу бросался бы в глаза. Директор филиала, продолжая держать дверь открытой, еще раз с кислой улыбкой протянул мне руку для вялого пожатия. Не ответив на этот жест, я во весь голос рявкнул:

Тогда скажите мне еще одну вещь. Каким образом степень магистра помогает человеку работать торговым агентом?

Через открытую дверь я видел, как при этих словах все другие, сидящие там кандидаты, – все, как один со степенью магистра, – вздрогнули и уставились на нас.

Она о многом говорит. Степень магистра свидетельствует о напористости этого человека и высоком уровне интеллекта.

- Нет, вы скажите, как она помогает в работе торгового агента? – не отступал я.

- Хорошо, – сказал менеджер. – А что заставляет вас самого, мистер морской пехотинец, думать, что вы сможете хорошо выполнять эту работу? Что заставляет вас считать, что вы лучше подготовлены к этому делу, чем другие претенденты?

Я считаю, что потратил пять лет на то, чтобы получить образование самого разного сорта – такое образование, какое не получишь в колледже. Пока эти «детки» зубрили свои экзаменационные билеты, я летал на вертолете над вьетконговскими пулеметными гнездами. Я научился командовать людьми, вести их в бой, служить примером для своих солдат, определять их лучшие качества и действовать, даже когда всех нас охватывал страх. В классных комнатах на учеников оказывают давление, чтобы они начали думать о том или другом предмете, а мы учились думать под сильнейшим давлением в настоящем бою. И даже более того, я научился думать, прежде всего, о своей задаче, а потом уже о себе; сначала о своих людях, а потом о собственной безопасности. А эти «ребятки» из колледжа вряд ли могли научиться чему-то большему, чем целовать задницу своим учителям, чтобы те поставили им высокий балл.

К моему удивлению, директор филиала молча выслушал мою тираду. По-видимому, она произвела на него сильное впечатление. Почувствовав это, я решил идти до конца.

Даже если у меня нет диплома магистра, у меня есть выдержка, храбрость и способность принимать ответственные решения в экстремальной обстановке. Я знаю, что это так, потому что эти качества прошли проверку не на экзамене в классе, а на поле битвы. Я знаю, что ваша компания должна разбить IBM, так же, как нам на войне ставили задачу побеждать вьетконговцев. В течение года я вылетал на боевом вертолете громить вьетконговцев, а Вьетконг – гораздо более суровый и неподатливый конкурент, чем любые коммивояжеры компании IBM. За пять лет я научился побеждать врага. И именно поэтому я считаю, что не бумажка о степени магистра, а подготовка, полученная в корпусе морской пехоты, нужна для того, чтобы победить конкурентов из IBM. Наверно, вы думаете, что если какой-то слюнтяй получил диплом магистра в области бизнеса, то он уже готов выйти на улицу и сражаться с коммивояжерами IBM, и поэтому готовы нанять его в первую очередь? Лично я очень в этом сомневаюсь. Но зато я не сомневаюсь в себе. Если я смог громить вьетконговцев, то смогу разгромить и людей из IBM, даже если у них есть степень магистра, а у меня нет.

В офисе, в приемной, в коридорах – повсюду стояла абсолютная тишина. Бросив взгляд на ряд счастливчиков-кандидатов, обладателей степени магистра в области бизнеса, я видел, как они поникли, опустив глаза на свои заботливо поставленные рядом или уложенные на коленях папочки и портфельчики. Они слышали все и, конечно же, были слегка шокированы.

Повернувшись к директору филиала, я схватил его за руку, крепко пожал и поблагодарил за беседу. Мне казалось, что на этот раз мне удалось неплохо сыграть свою роль.

Улыбнувшись напоследок, я сказал:

- Прощайте. Пожалуй, мне следует поискать работу у ваших конкурентов!

- Подождите минутку! – со всей возможной мягкостью в голосе сказал директор филиала. – Пожалуйста, зайдите в офис. Я ведь имею право сделать исключение из существующих в нашей компании правил относительно найма сотрудников».

Этот пример достаточно наглядно демонстрирует возможность переубеждения работодателя, который имеет определенные предубеждения по отношению к лицу, желающему заключить трудовой договор. В данном случае предубеждения касались не возраста, национальности или половой принадлежности, а степени магистра, которая на поверку оказалась не так уж и нужна для должности торгового агента. Директор филиала фирмы «Xerox» был предубежден, не проверяя на практике, что человек, имеющий степень магистра, заведомо более напорист, нежели лицо, не имеющее такой степени. Но Р. Кийосаки удалось «на практике» – хотя бы в условиях собеседования – продемонстрировать свою напористость; причем он сделал это в условиях скрытой неприязни, которая была вызвана тем, что он являлся участником очень непопулярной в обществе вьетнамской войны.

Если бы Р. Кийосаки «утерся», когда ему отказали в приеме на работу, и просто удалился, не выясняя причин отказа, то место торгового агента он бы, безусловно, упустил.

Когда, так называемый, сутяга стремится защитить свои права, то он тем самым как раз и демонстрирует напористость. Если работодатель придает такому деловому качеству как напористость особое значение, то он должен оценить такого человека гораздо выше, чем заурядного кандидата, который просто вписывается в рамки дискриминационных ограничений, хотя бы по той причине, что «сутяга» не пасует перед встретившимся на его пути препятствием. Уже только поэтому он заслуживает уважения.

А как бы повел себя кандидат, удовлетворяющий дискриминационным условиям, еще не известно. Но я готов согласиться, что если работодатель считает напористость качеством опасным, то он на пушечный выстрел не подпустит к своей организации напористого кандидата и приклеит ему ярлык «скандалиста».

Для Р. Кийосаки собеседование завершилось успешно. Но так бывает не всегда и некоторые читатели, видимо, ждут рекомендаций и советов, что им делать в этих случаях.

Что ж, давайте посмотрим, что можно рекомендовать тем, кого обычно называют «скандалистами» и «сутягами», т.е. тем людям, которых не пугают препятствия и которые готовы потратить часть своего драгоценного времени, отстаивая свои права.

Продолжение следует.