Введение, краткая история, способы проверки со стороны службы безопасности.

В южных регионах России розничное кредитование начало активно развиваться с 2002 года. Первоначально заключались договора с магазинами, в которых размещалась реклама банка, и заинтересовавшиеся покупатели отправлялись оформлять кредит в банк со счетом на товар. В то время конкуренция была достаточно слаба, поэтому меры проверки клиента были достаточно серьезными. От клиента требовалась справка с места работы с указанием его доходов за последние полгода. Андеррайтинг клиента проводился на территории банка сотрудником службы безопасности. 

К концу года ситуация кардинально изменилась. В силу обострения конкуренции со стороны других банков, работающих с физическими лицами, и в связи с резким ростом спроса на розничные кредиты со стороны населения, оформление кредита стало проводиться   на удаленных рабочих местах (УРМ),   т.е. не в банке, а непосредственно в торговых центрах. Соответственно андеррайтинг клиента проводил уже не сотрудник службы безопасности банка, а непосредственно кредитный эксперт.

Первоначально на место кредитного эксперта   сажали хорошо обученного сотрудника банка. По мере увеличения числа УРМов и в силу невысокой зарплаты их работников, хорошо обученных банковских сотрудников стало катастрофически не хватать, и на должность кредитного эксперта начали приглашать вчерашних студентов.

Разрабатываемое на тот момент программное обеспечение этому благоприятствовало. В силу типичности оформления кредитов, от кредитного эксперта требовалось просто «вбить» анкету заемщика в компьютер, переслать её в банк (электронной почтой или просто факсом), а после получения согласия со стороны службы безопасности, распечатать автоматически генерируемые на основе анкеты документы.

Количество выдаваемых кредитов росло в разы. К примеру, в нашем филиале количество   заемщиков за 2003 год возросло с 1,5 тысяч   до 9 тысяч, а за 2004 год - до 16 тысяч. По мере роста конкуренции со стороны банков (ранее магазины просили банк о размещении УРМ на своей территории, и к 2004 году в одном магазине уже «сидело» по несколько представителей от разных банков), условия выдачи кредитов упрощались. Стала необязательна справка с места работы о получаемых доходах, клиенту «начали верить на слово». Зарплата кредитного эксперта стала пропорциональна количеству выданных кредитов, поэтому зачастую данные клиента «подгонялись» под необходимую сумму кредита.

Чтобы охватить как можно большую территорию и занять магазины в провинции, на работу в качестве кредитных экспертов стали брать «по совместительству» сотрудников магазинов. Таким образом, на рынке экспресс-кредитов к 2004 году сложилась практически идеальная атмосфера для различных махинаций с банковскими деньгами, коими практически сорили налево и направо с целью захвата рынка потребительского кредитования.

Пример 1.   Подставные лица.

Данный вид мошенничества является самым распространенным. В качестве подставного лица используется, как правило, обычный, немножко отмытый бомж. Если инициатором мошенничества является человек, не имеющий к банку никакого отношения (обычно сотрудники магазина), то бомжу дают заучить анкету,   готовят ответы на типовые вопросы и отправляют на то УРМ, где работает   неопытный кредитный эксперт.  

Сотрудники службы безопасности, в случае, если клиент отвечает определённым требованиям, проверяют данные анкеты по облегченной схеме, т.е. клиент проверяется на «существование» и прозванивается один из приведенных в анкете телефонов. С учетом того, что на проверку данных дается два часа,   такая заявка специально поступает в «час пик». Вероятность получения положительного заключения на анкету, заполненную «правильными» данными, со стороны службы безопасности практически равна 100 %. После получения кредита бомж получает небольшую сумму кредита на руки, а товар, купленный в кредит, продается. Вероятность возврата такого кредита равна 0. С бомжом судиться бесполезно, да и милиция при мошенничестве на сумму менее 150 тысяч за расследования дела не берётся.

Пример   2.  Подлог или сговор кредитного эксперта с торговой точкой.

Очень часто такие случаи происходят, когда кредитный эксперт собирается увольняться. Схема аналогична предыдущему случаю, только используется ворованный паспорт, бывает - даже паспорта умерших   людей. Данные в анкете, с точки зрения службы безопасности, идеальны, что не удивительно, ведь её заполнял кредитный эксперт.   Доказать мошенничество со стороны кредитного эксперта в данном случае практически невозможно. 

Автокредитование.

Многие банки к концу 2003 года стали продвигать такой вид кредита, как «автокредитование». Модель кредита принципиально похожа на модель экспресс-кредитов, с тем отличием, что покупаемый автомобиль привлекается в качестве залога и страхуется «по полной программе».

Первоначально автокредит, так же как экспресс-кредиты, оформлялся только на территории банка. В начале 2004 года стали появляться удаленные рабочие места банков, расположенные на территории автосалонов. Условия получения кредита аналогичны получению обычного кредита на покупку бытовой техники, т.е. справка о доходах,   положительная кредитная история (если таковая имеется), достаточность средств для выплаты кредита (рассчитывается по весьма простому алгоритму) и «существование вкупе с прозваниваемостью» тех контактов, которые клиент указал в анкете.  

Процесс оформления кредита выглядит приблизительно следующим образом.

В процессе собеседования кредитный эксперт объясняет клиенту основные положения программы кредитования, параллельно проводя андеррайдинг клиента и оценку его финансовой состоятельности. Если клиента все устраивает, то кредитный эксперт предлагает ему заполнить анкету, затем отправляет её в службу безопасности (как правило, по электронной почте или факсом). Служба безопасности «пробивает» человека по своим базам данных, «прозванивает» указанные анкетные данные.   Если её всё устраивает, то дается «добро» на выдачу кредита. Затем кредитный эксперт переносит анкетные данные клиента в программу, которая генерирует весь пакет документов, необходимый для оформления кредита.

После оформления страховок и перевода банком денег автодилеру клиент уезжает на своем автомобиле домой.

В силу схожести автокредита и экспресс-кредита, схема мошенничества с участием подставных лиц также очень популярна. Т.е. берётся подставное лицо с подложными документами и должным образом инструктируется. После оформления   кредита на данное лицо машина либо продается по доверенности, либо перегоняется в одну из «серых республик» (Чечня, Кабардино-Балкария, Карачаево-Черкессия). Там впоследствии найти машины практически невозможно.

Существует модификация данного вида мошенничества, с тем отличием, что лицо, на которое оформляется кредит, вполне легальное и реальное. Просто через некоторое время после оформления кредита клиент заявляет об «угоне» транспортного средства, хотя на самом деле он сам же некоторое время назад перегнал её на «утилизацию» в одну из «серых республик». Такие случаи больше приносят ущерб не банку, а страховым компаниям, т.к. банк покрывает кредит за счет выплаты страховки. Раскрыть мошенничество в таких случаях также практически невозможно. Мне на память приходит всего лишь один случай, когда страховой компании удалось доказать мошенничество. В данном случае проезд машины был зафиксирован на одном из блокпостов на следующий же, по словам клиента, день, после угона. Причем по журналу ГИБДД машиной управлял именно клиент.

Помимо вышеописанного, мошенничество на кредитах под автомобили может стать стартовым капиталом для другого, вполне легального вида деятельности, такого как прокат автомобилей. При проверке деятельности одного из автосалонов-партнеров была вскрыта следующая схема.

Машина покупалась на подставное лицо, а после оформления автомобиль передавался в фирму автопроката. Стоимость одного дня проката составляет от 800 до 1500 рублей, в зависимости от модели автомобиля. Платеж по кредиту на отечественные автомобили обычно не превышает 15000 рублей в месяц. Таким образом, чтобы сработать «в ноль», прокатные автомобили должны быть в аренде не более 15 дней. С учетом того, что эта история произошла на Кавказских Минеральных Водах, загрузка прокатных автомашин была практически стопроцентная.   Согласно кредитному договору, залог периодически должен предъявляться залогодержателю для осмотра. На самом деле по причине того, что машин, проданных в кредит, достаточно много, заниматься этим в банке некому и некогда. Обычно банк, если заемщик исправно выплачивает кредит, состоянием залога особо не интересуется.

В общем, история не всплыла бы, если бы владелец автосалона и владелец   автопроката не начали конфликтовать между собой.   Насколько мне известно, аналогичная история, произошла в Санкт-Петербурге. В том случае данную схему раскрыли также совершенно случайно.   

Инсайдеры.

Предыдущие    истории связаны скорее с проявлением действий внешних лиц, нежели сотрудников банка, которые обладают гораздо большими возможностями для мошенничества. Они лучше знакомы с требованиями банка при оформлении документов и знают тонкости работы проверяющих служб.

В случае, если сотрудник занимает высокую должность, то зачастую он имеет полномочия, с помощью которых, с точки зрения закона, вполне правомочен переводить средства банка в свой собственный карман. Поэтому такие действия сотрудников нельзя даже квалифицировать как мошенничество, а скорее - как использование служебного положения в собственных интересах. Причем последствия для бизнеса прямыми подсчетами оценить достаточно сложно.

Рассмотрим один из случаев скрытого мошенничества. Директор одного из филиалов достаточно крупного банка заключил договор о страховании автомобилей, приобретаемых в кредит. Согласно договору, страхование автомобилей проводилось непосредственно кредитными экспертами. За каждый застрахованный автомобиль кредитному эксперту полагается определённая выплата от суммы страховки. Однако в результате сговора директора филиала и фирмы страховщика все денежные премии для сотрудников перечислялись на других людей и обналичивались через кассу банка. Доказать сговор страховщика и директора практически невозможно, т.к. с точки зрения закона абсолютно все легитимно: и фирма, и руководство филиала действовали в рамках договора, вот только договор был составлен так, как им надо. Прямые потери банка как бы отсутствуют, однако косвенные (отказ части клиентов от заключения договора вследствие высоких ставок на страховании автомобиля, уход опытных кредитных экспертов в другие банки из-за низкой оплаты труда), существуют, и они   достаточно ощутимы.

Существуют также случаи прямого нанесения урона банку вследствие незаконных действий сотрудников банка. К примеру, в процессе поглощения Банка «Центральное ОВК» Акционерным коммерческим банком «РОСБАНК»(более подробно описано в статье «Классификация инсайдерских угроз» Павел Сотников, Александр Ковалев), некоторые клиенты стали получать предложения об уничтожении их кредитных договоров за умеренную плату. Без наличия подписанного клиентом договора доказать наличие ссудной задолженности перед банком невозможно. Такие предложения делались простыми рядовыми сотрудниками «ЦОВК», которые были недовольны слиянием или должны были быть сокращены в результате оного.  

Такое мошенничество достаточно примитивно и носит единичный характер. Бывают более массовые способы почти честного отъема у банка денег. К примеру, управляющий одного из дополнительных офисов розничного банка принимал деньги в счет погашения кредита не в кассе доп.офиса, а непосредственно на удаленной торговой точке (т.е. в торговом центре). Клиентам выдавались приходно-кассовые ордера, которые распечатывались на заранее проштампованной бумаге, а деньги впоследствии сдавались в кассу доп.офиса и вносились на его ЛБС. Затем с этого ЛБС суммы разбрасывались по счетам погашения заемщиков. С виду никакой махинации нет. Да,   налицо явное нарушение инструкций ЦБ, однако у филиала были серьезные проблемы с собираемостью долгов в данном городе, поэтому руководство филиала попросту закрывало глаза на данный факт.  

Суть махинации заключается в следующем: у управляющего доп.офисом имеются полномочия принимать решения на списывание пени и просроченных процентов. Он, принимая деньги от людей, просрочивших платеж, в полном объеме, вносил в кассу только средства в счет погашения основного долга, списывая пеню и проценты из доходов филиала. Позже, видимо накопив определённые суммы, он стал самостоятельно досрочно закрывать кредиты благонадежных клиентов из собственных средств, а клиент, не зная об этом, продолжал платить ему по графику. Соответственно, разница между досрочным погашением и платой по графику поступала управляющему в карман. Когда факт данных незаконных действий выявила внутренняя проверка, его «попросили» уволиться. Перед увольнением он не внес платежи клиентов примерно за месяц. С учетом того, что клиенты крайне редко сохраняют приходно-кассовые ордера (даже липовые), доказать незаконное получение им денежных средств от   клиентов практически невозможно. В связи с тем, что «эпизодов» данного дела, т.е. людей, вносивших деньги подобным образом, более тысячи, следствие по данному делу длится уже более года.

Итоги

Мошенничество сторонних лиц может принести банку значительный урон, однако он несравним по сравнению с уроном, который способны нанести банку инсайдеры. Причем степень урона растет по мере занимаемой должности. Если простой кредитный эксперт способен нанести вред, исчисляемый несколькими десятками тысяч рублей, то урон от мошенничества управляющего или директора филиала исчисляется сотнями тысяч рублей, а иногда и десятками миллионов.

Основные способы борьбы с нечистоплотностью кредитных экспертов в общем- то понятны (жесткий контроль за оформлением кредитов, ПО, не позволяющее «подгонять» андерайдинг клиента под заданные параметры, «контрольные закупки» службы безопасности). 

А вот с инсадерами, занимающими руководящие посты, бороться гораздо сложнее. Теоретически в филиалах существует Служба Внутреннего контроля, которая формально подчинена головному офису и должна выявлять явные нарушения. Также существует Служба Безопасности, которая так же должна «держать руку на пульсе», мониторить действия руководителей и сообщать о подозрительных операциях в Головной офис.   На практике, в отделениях расположенных далеко от ГО, директора «подминают» по себя эти службы, и сотрудники фактически боятся делать что-либо , противоречащее указаниям филиального директора.   Более эффективны в данном случае неожиданные проверки деятельности удалённых подразделений со стороны головного офиса. Конечно, за пару недель проверки во все тонкости деятельности филиала вникнуть тяжело, но по крайней мере,   руководители будут более осмотрительны в своих поступках.