Как мошенники заставили карту поумнеть
Первый фальшивомонетчик, как известно, появился почти сразу же после изобретения денег. Вот и криминальный бизнес по производству фальсифицированных карт возник практически сразу же вслед за первой транзакцией по пластиковой карте. К тому же карты тогда еще не были пластиковыми, а делались из картона либо иногда из металла и имели весьма примитивную защиту (полиграфическая печать плюс эмбоссирование, то есть нанесение на карту рельефных знаков методом механического тиснения), которую легко можно было преодолеть с помощью весьма нехитрых манипуляций. К примеру, первый фальсификат платежной карты изготавливался на удивление просто — номер счета, эмбоссированный на карте, удалялся с помощью бритвы, а вместо него наклеивался другой номер, срезанный с другой карты.

По мере роста денежного оборота и числа пользователей вопрос безопасности карточных операций с каждым годом становился острее. Первым способом защиты записи карточной информации стало ее штрих-кодирование (для лучшей защиты штрих-код покрывался непрозрачным слоем). Впрочем, штрих-кодирование в платежных системах широкого распространения так и не получило.

Изобретение карты с кодированием на магнитной полосе западная пресса в свое время назвала настоящей революцией в сфере обеспечения безопасности пластикового бизнеса. Магнитная полоса может хранить около 100 байт информации, которая считывается специальным устройством. Первый банкомат для работы с магнитной картой был установлен в США в 1969 году. До сих пор магнитная запись является одним из самых распространенных способов нанесения информации на пластиковую карту.

Однако постепенно восторги по поводу надежности магнитной карты сменились глубоким разочарованием. Это стало особенно ясно уже в начале 80-х годов, когда подделка карт на Западе превратилась в массовое явление. Магнитные карты плохо защищены как от разного рода неблагоприятных внешних воздействий (например, магнитный слой может утратить свои свойства от электрического разряда), так — и это их самый главный минус — от мошенников. С помощью прибора, снимающего информацию с магнитной полосы и точно переносящего ее на другую карту, злоумышленники уже сумели украсть немало денег. Явление приобрело такие масштабы, что серьезно поколебало интерес потребителей к электронным деньгам. В целях защиты банки стали делать карты с голограммами, однако это также кардинальным образом не обеспечило безопасность карточных транзакций: сейчас поддельные голограммы в большом количестве изготавливают в ряде стран Азии.

Ненадежность магнитных карт побудила специалистов к поиску новых способов защиты информации. Следующим шагом в деле обеспечения безопасности стало изобретение карты с микросхемой в 1974 году французом Роланом Морено. Через несколько лет французская компания Bull разработала и запатентовала смарт-карту с встроенным микропроцессором. Впрочем, о том, кто на самом деле первым придумал умную карту, до сих пор идут споры. Например, англичанин Питер Хаукес (компания BTG Limited) утверждает, что смарт-карту в узком смысле этого слова (то есть не только с памятью, но и с микропроцессором, являющимся по сути миникомпьютером) в 1978 году изобрел его соотечественник Рой Брайт, работавший тогда в Париже, во французском «Телекоме». Тем не менее пока изобретение Ролана Морено в гораздо большей степени востребовано бизнес-сообществом: в подавляющем большинстве платежные чиповые карты сейчас оснащены лишь защищенной памятью, поскольку именно этот вариант дает оптимальное соотношение с точки зрения цены и безопасности.

Чиповые технологии для банковских платежей начали широко внедряться во Франции с 1984 года после проведенных в 1982—1983 годах успешных испытаний системы с оборотом в 60 тыс. карт. Однако потребовалось еще 10 лет, прежде чем все французские банки стали использовать смарт-карты. В результате широкого освоения серийного производства смарт-карт в начале 90-х годов их себестоимость резко снизилась.

Почему чип лучше магнитной записи
Объем памяти обычной чиповой карты составляет приблизительно 256 байт, но существуют карты с объемом памяти до 8 Кбайт. Таким образом, одна такая карта может заменить несколько магнитных, поскольку ее память способна вместить информацию о нескольких счетах, бонусных и дисконтных программах, имя, фамилию, адрес держателя и прочие сведения. Помимо платежных карты с чипом могут быть дисконтными, социальными и даже удостоверяющими личность. В отношении защиты данных смарт-карты обладают целым рядом преимуществ по сравнению с магнитными картами. Во-первых, поскольку процесс создания смарт-карт достаточно сложен и под силу только специализированному крупному предприятию, то любая попытка «взломать» микросхему с помощью кустарного оборудования неминуемо приведет к ее разрушению. Во-вторых, при изготовлении карточек в каждую микросхему заносится уникальный код. Благодаря этому кодирование данных доступно только производителю карт. В-третьих, при выдаче карточки пользователю в нее заносится один или несколько секретных кодов (паролей), так называемых пин-кодов, известных только владельцу карты. Если карта утеряна или украдена и ее владелец сообщает о ЧП в банк, то эта карта попадает в список недействительных, рассылаемый по всем торговым терминалам. Такая практика дает возможность осуществлять авторизацию в офлайновом режиме, что позволяет экономить значительные средства и время на организацию процедуры доступа к центрам авторизации.

Другое преимущество смарт-карт заключается в том, что они позволяют разнообразить пакет услуг, предоставляемых клиенту. Карту с чипом можно считать идеальным средством платежа, поскольку она обладает функциями «электронного кошелька», хранящего в своей памяти сумму денежных средств, которыми клиент банка может расплатиться за покупку. При этом «электронный кошелек» создает дополнительные удобства для клиента, так как последний имеет возможность контролировать свои активы на карте и при необходимости пополнять их, кредитуя карту в банке.

Правда, переход на чиповые технологии стоит недешево. По оценке экспертов, стоимость переоборудования одного рабочего места в магазине или в пункте выдачи наличных обходится где-то в пределах от 200 до 700 долларов. К тому же карта с чипом по своей стоимости на порядок дороже магнитной. Впрочем, платежные системы и банки, использующие чиповые карты, могут компенсировать относительную их дороговизну за счет сокращения потерь от мошенничества и снижения расходов на авторизацию и связь.

Российской смарт-карте пока нельзя без полоски
В настоящее время на российском рынке абсолютное большинство используемых карт имеет магнитную полосу. Однако в последнее время наблюдается опережающий рост чиповых карт. Во многом это объясняется тем обстоятельством, что с 1 января 2006 года для банков-участников Visa International стран СЕМЕА (в том числе и России) вступает в силу так называемое Правило переноса ответственности. С наступлением этой даты ответственность за мошеннические операции будет нести та сторона, которая либо не перешла на новый стандарт EMV, основанный на микрочиповых картах, либо не располагает терминалом для их приема. Стандарт EMV получил свое название по первым буквам компаний, его учредивших: Europay, MasterCard и Visa. В его основу положен стандарт ISO 7816, разработанный специально для банковского сектора. Основной целью введения стандарта EMV является усовершенствование качества обслуживания потребителей пластиковых карт, дальнейшая стандартизация услуг операторов банковских пластиковых карт, но в первую очередь совершенствование систем защиты всех финансовых операций на любых уровнях.

По данным международной платежной системы Visa International, на начало второго квартала 2004 года российские банки-члены Visa выпустили около 600 тыс. чиповых карт. Таким образом, рост по объему эмиссии составил более 800% по сравнению с данными на конец 2002 года, когда количество чиповых карт Visa в России не превышало 65 тысяч. По прогнозу Лу Наумовского, генерального директора представительства Visa в России, до конца 2004 года российские банки-члены Visa выпустят более 800 тыс. чиповых карт, а к концу 2006 года эта цифра может составить 3 млн. По приблизительным оценкам экспертов, доля смарт-карт в совокупном карточном обороте международных платежных систем в России составляет примерно 7,5%. В то же время отечественные платежные системы уже в прошлом году достигли впечатляющих результатов, выпустив более 6 млн карт с чипом. В результате уровень смартизации отечественных платежных систем на порядок выше — около 40%. Весомый вклад в «чипизацию всей страны» внесли платежные системы «Золотая корона» (в России она была одним из первопроходцев в деле перехода на интеллектуальные карты) и «Сберкарт». Почти каждая четвертая платежная карта в нашей стране работает на чипе. Тем не менее фактический уровень смартизации карточного оборота у нас гораздо ниже 25%. Объясняется это тем, что по международным картам, среди которых доля магнитных значительно выше, в среднем проходят гораздо большие суммы платежей. К тому же производители чиповых карт в большинстве случаев вынуждены снабжать их еще и магнитной полосой, так как банковская и торговая сеть (особенно в российской глубинке) пока не готова к обслуживанию смарт-карт.

Североамериканский и европейский путь к умной карте
В настоящее время в нашем банковском сообществе идут довольно оживленные споры по поводу дальнейшей перспективы развития карточных технологий. При этом участники дискуссии разделились на два лагеря. Одни из них выступают за постепенный, североамериканский вариант перехода на чиповые технологии, а другие — за более быстрый, форсированный, который можно назвать европейским. Дело в том, что карточный бизнес в США и Канаде сложился значительно раньше, чем в странах Западной Европы, еще в дочиповый период. В результате в этих двух североамериканских странах банки вложили колоссальные средства в развитие инфраструктуры, основанной на использовании магнитных карт. Именно поэтому американские и канадские банкиры всячески стремятся замедлить переход на смарт-карты, дабы окупить свои вложения в уже действующее оборудование. По информации журнала Smart-info, до 2003 года международные платежные системы не планировали устанавливать какие-либо жесткие сроки вступления Правила переноса ответственности по мошенническим операциям для банков США и Канады. Однако около года назад Ассоциация канадских банков по собственной инициативе (в связи с ростом потерь от мошенничества) обратилась к Visa International и MasterCard International с предложением установить срок переноса ответственности на 1 января 2010 года, но для США аналогичная дата пока не установлена.

Совершенно иной подход преобладает в Евросоюзе, где вступление в силу Правила переноса ответственности намечено на 1 января 2005 года. Еще в 90-х годах ряд западноевропейских стран, столкнувшись с резким подъемом карточной преступности, в срочном порядке мигрировали на новые платежные технологии. Быстрая чипизация в странах Европы, по мнению экспертов, привела не только к сокращению местного мошенничества, но и к росту экспорта карточной преступности в Северную Америку. Так, по данным аналитического агентства Datamonitor, за последние пять лет в США количество выявленных фактов фальсификации платежных карт выросло на 121%. А совокупные потери банков от мошеннических операций по фальсифицированным картам в США и Канаде увеличились на 120%: с 95,6 млн долларов в 1999 году до более чем 211 млн долларов в 2003 году. При этом общий объем потерь от карточного мошенничества всех типов в США увеличился за этот период на 57%, достигнув 1,5 млрд долларов.

Перспективы отечественной «смартизации»
В России также существует довольно серьезная оппозиция форсированному переходу на чиповые технологии. Так, большинство экспертов в ходе прошлогодней (на сайте компании ОТР) интернет-конференции по теме «Микропроцессорные карты. Текущее положение дел в мире и перспективы развития» пришли к выводу: «Переход на микропроцессорные карты потребует от кредитных организаций дополнительных инвестиций, но реального увеличения доходности операций это не принесет». При этом одним из главных аргументов послужил тот факт, что для большинства кредитных организаций карточный рынок стал интересен лишь относительно недавно, поскольку возможность получения реальных массовых доходов от операций с пластиковыми карточками, связанная с ростом уровня доходов населения, также появилась недавно. Большая часть инвестиций в карточный бизнес произведена в последние 2—3 года, поэтому российские банки еще не получили достаточного объема прибыли от этих вложений для того, чтобы инвестировать новые средства в технологическое переоснащение области.

Еще один типичный довод против быстрой чипизации: более низкий процент — по сравнению с Европой — карточного мошенничества лишает российские банки стимула к переходу на карты с чипом. Но согласно недавнему заявлению Константина Рыжкина, заместителя начальника 6-го отдела Управления по борьбе с экономическими преступлениями (УБЭП) ГУВД Москвы, уровень карточного мошенничества в России впервые превысил среднеевропейский, достигнув 0,1% от общего годового оборота по пластиковым картам.

Сторонники неспешной смартизации также полагают, что российский рынок еще не созрел до интеллектуальных карт. При этом делается ссылка на неприемлемую для отечественного потребителя дороговизну карты с чипом по сравнению с магнитной картой. Но один из активных сторонников перехода на чиповые технологии, директор платежной системы «Золотая Корона» Илья Баранов, с этим категорически не согласен. В беседе с журналистом «БО» он заявил: «Доминирование магнитных карт на российском рынке объясняется доминированием международных платежных систем, выпускающих преимущественно магнитные карты. Тем не менее все больше и больше российских банков, особенно в регионах, где влияние международных платежных систем не так велико, предпочитают эмитировать микропроцессорные карты, делая ставку не только на их технологическое превосходство, но и на множество возможностей применения этих карт в региональной экономике, что помогает банкам получать дополнительный доход. У России есть хороший шанс перешагнуть через «магнитный» этап развития банковских карт, сделав ставку на современные микропроцессорные технологии».