-- В конце прошлого года у Росбанка резко сократились темпы роста потребительских кредитов, выдаваемых через сеть ОВК. С чем это связано?

-- Это технический вопрос. Изменилась только схема, по которой предоставлялись экспресс-кредиты. Первоначально, когда программа была развернута, кредиты выдавались в офисах банков ОВК, но они выступали агентами Росбанка, и таким образом сами кредиты попадали на баланс Росбанка. В конце ноября эта схема была признана неэффективной. Выяснилось, что вклады в банках ОВК растут очень быстро и им достаточно своей ресурсной базы для кредитной экспансии. Потребитель, естественно, ничего не почувствовал: кредиты как выдавались в банках ОВК, так и продолжают выдаваться, и высокие темпы роста этого бизнеса сохраняются.

-- Помимо Росбанка и ОВК у «Интерроса» есть и другие финансовые активы. В какой форме они будут консолидированы?

-- Это будет банковская группа, в которую войдут несколько юридических лиц, поскольку в холдинге есть ряд бизнесов, которые не могут осуществляться в рамках банка, например страхование. Но центром ее капитализации станет объединенный банк, который будет создан в результате слияния Росбанка и банков группы ОВК, -- именно его акции в будущем должны котироваться на публичных рынках и быть привлекательными для потенциальных стратегических инвесторов.

-- Когда это слияние произойдет?

-- Очевидно, что на это уйдет весь 2004 год. Огласить основные этапы программы объединения мы сможем только после того, как получим одобрение Центробанка. Могу сказать, что начало этой программы предусматривает глубокую ревизию всех банков ОВК с одновременным аудитом информационных технологий. По юридической схеме слияния -- будет ли это присоединение ОВК к Росбанку или перевод клиентской базы с открытием на месте офисов ОВК офисов Росбанка -- мы примем решение в ближайшие шесть месяцев.

-- Слияние подразумевает выбор бренда. «НИКойл», например, думает над переименованием в «Уралсиб». Вы уже выбрали название для единого банка?

-- Пока решения нет. У нас заключен контракт с компанией Young & Rubicam, которая работает в этом направлении и через несколько месяцев даст нам свои рекомендации.

-- А вступать в систему страхования вкладов, которую создает Центробанк, будут все банки «Интерроса»?

-- Поскольку мы говорим о едином банке, то именно он и будет участвовать в системе. Это предполагает координацию нашей программы консолидации с тем графиком вступления в систему всех банков, который определен законом.

-- Отбор обещает быть жестким, и какие-то банки к вкладам допущены не будут. По вашему ощущению, их будет много?

-- Мне кажется, в стране есть порядка 100--150 банков, которые достойны войти в эту систему. Состояние остальных необходимо тщательно оценить с использованием всех новых инструментов, которые есть в распоряжении Центробанка, в том числе мотивированного суждения. На месте Банка России я был бы очень осторожен. Насколько жесткой будет позиция ЦБ, пока неясно, поскольку он не очень активно проводил консультации с банковским сообществом. Банки еще не видели документа, в котором описаны принципы и критерии их оценки, и по рынку ходят разные слухи о том, насколько жесткими окажутся эти критерии.

-- Администрация президента и правительство обсуждают возможность изменения принятой депутатами суммы возмещения по вкладам и введения дифференцированной шкалы возмещения. Вы видите в этом смысл?

-- Мне кажется, когда обсуждался вопрос об увеличении суммы 100-процентной компенсации с 20 тыс. до 100 тыс. руб., все понимали, что это ошибка. Но депутаты находились в предвыборном состоянии и решили сделать такой щедрый жест. Это, безусловно, увеличивает риски системы страхования, поскольку увеличивается объем гарантий, а в страховом фонде пока еще не накоплено достаточное количество денег. Кроме того, теперь сумма компенсации более чем в три раз превышает размер среднего вклада в России, а значит, вкладчики не будут обращать внимания на надежность банков, ориентируясь только на ставки по вкладам. При стопроцентной гарантии вкладчику даже название банка неинтересно, а когда клиент понимает, что какую-то часть депозита он может потерять, он будет интересоваться и состоянием банка -- наводить о нем справки, смотреть баланс. Но сейчас переигрывать ситуацию крайне сложно. -- Одна из самых обсуждаемых тем в банках -- новая инструкция ЦБ №1. По-вашему, можно ли соблюдать нормативы на постоянной основе?

-- Проблема в том, что до последнего времени существовало разное видение относительно допустимости риска в бизнесе у ЦБ и самих банков. Когда контроль за соблюдением нормативов был ежемесячным, банк мог в течение месяца совершать операции с той степенью риска, с которой согласно его руководство. И, не будем скрывать, большинство банков позволяло себе ради дополнительных доходов нарушать нормативы. Теперь это будет невозможно, и естественный эффект, который даст новое требование, -- снижение доходности банковского бизнеса. В этом нет ничего страшного. Правда, для ряда участников рынка появится проблема норматива Н1 (достаточности капитала. -- Ред.). Очевидно, что многим банкам, которые раздували капитал, придется либо свернуть часть бизнеса, либо обратиться к акционерам и попросить дополнительный капитал.

-- Таких тоже будет много?

-- Высокопоставленные сотрудники ЦБ говорят, что, по их оценкам, у каждого второго банка в том или ином размере капитал «дутый» и в целом около четверти банковского капитала России образовано за счет фиктивных активов. Реальная степень «раздутости» выяснится постепенно. Поэтому перед акционерами многих банков встанет вопрос: либо создавать полноценную кредитную организацию, либо продавать ее для дальнейшей реорганизации в форме филиала.

-- И они могут стать хорошим объектом для поглощения. Кстати, «Интеррос» не планирует дополнительных приобретений банков?

-- Возможно. Мы понимаем, что сеть, которая сегодня есть у группы Росбанка, имеет ряд территорий, не покрытых достаточным количеством филиалов. Это северо-запад, Московская область, Урал и юг России. Более того, общее количество филиалов и допофисов, которое сейчас приближается к 500, мы считаем недостаточным. Путем многофакторного анализа мы пришли к выводу, что оптимальный размер сети -- около 1200 банковских офисов по всей стране.

-- Это означает покупку нескольких банков?

-- В регионах, где наше присутствие недостаточно, за небольшим исключением практически нет банков, приобретение которых решало бы наши проблемы. Банк, имеющий от 5 до 15 филиалов, не представляет существенного интереса, тем более что у нас внутри уже есть система «конвейера», которая дает возможность открывать по 50--100 филиалов в год с очень жестким контролем расходов (к примеру, система ОВК за прошлый год приросла более чем на 60 филиалов и допофисов). По сути это равнозначно крупному сетевому банку, и поэтому упор будем делать на так называемый органический рост. К тому же наши переговоры с рядом банков на предмет продажи показали, что на нынешней волне экономического подъема собственники неадекватно оценивают будущее своих банков. Население активно несет деньги в банки, и у многих есть иллюзия, что это будет продолжаться вечно. Отсюда и не вполне адекватная оценка собственного бизнеса. Соответственно и цены, которые обсуждались, по нашему мнению, были нереально высоки. Тем не менее для нас еще остается некоторое количество банков, которые могли бы привнести новое качество в нашу сеть.

-- А сколько стоит построить сеть, о которой вы говорите?

-- Могу сказать, что средняя стоимость открытия одного допофиса в нашей системе -- порядка 100 тыс. долл., полноценного регионального филиала -- порядка 300 тыс. долл., а маленького отделения -- 30--40 тыс. Сюда не входят расходы на развитие базовой платформы, то есть расходы головного офиса на поддержку сети.