В Москве с 24 по 26 ноября включительно прошел международный финансово-экономический форум с ярким и актуальным названием «Экономическая политика России в условиях глобальной турбулентности». В нем приняли участие порядка 2500 человек. Организатором мероприятия выступил Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации. Знаменитое учебное заведение принимало высоких гостей в актовом зале нового, недавно отстроенного учебного корпуса, что являлось своеобразной презентацией достижений. В официальной программе форума было отмечено: «На наших глазах формируется новая экономическая реальность, во многом связанная с наложением двух процессов – нестабильности мировой экономической системы и попаданием российской экономики в режим санкций со стороны западных стран… Россия ищет новые источники внутреннего экономического роста». О путях преодоления кризисных явлений, возможностях изменения денежно-кредитной политики, бюджетном правиле и способах борьбы со стагнацией рассуждали ведущие эксперты.

Курсы, риски и цены

В день открытия форума, 24 ноября 2014 года, с приветственным словом к участникам обратился ректор Финансового университета при Правительстве Российской Федерации Михаил Эскиндаров. По его словам, «выбор темы форума не случаен. С одной стороны, для российских обществоведов нет более важной прикладной задачи, чем выработка предложений по формированию экономической политики, призванной обеспечить устойчивое социально-экономическое развитие страны. С другой – ныне невозможно рассматривать вопросы развития национальной экономики вне контекста процессов, происходящих в системе мирохозяйственных связях, в глобальной экономике. А эти процессы носят сложный и неоднозначный характер».

Ректор Финансового университета отметил, что страны Запада не смогли в полной мере преодолеть последствия глобального экономического кризиса. В мире возникают и укрепляются новые экономические центры. А обострение внешнеполитической обстановки также ведет к усилению нестабильности. При этом все более явственно проявляется тренд перехода к новому технологическому укладу, под влиянием чего, как это уже не раз бывало в истории, формируются новые институциональные системы, определяющие организацию экономической жизни общества.

«Наложение этих процессов друг на друга породило явление, получившее название «турбулентность глобальной экономики», которая возникает каждый раз при переходе к новому качеству экономического бытия, - отметил Эскиндаров. - В этих условиях эффективной будет лишь та экономическая политика, которая основывается на понимание объективной сущности происходящих процессов и потому опирается на стратегические ориентиры, а не на конъюнктурные сиюминутные обстоятельства».

Ректор напомнил, что «профессиональная обязанность научного сообщества – опираясь на знание о фундаментальных причинах нынешней турбулентности, научное предвидение предлагать сценарии экономической политики, направленные на стратегические перспективы развития, помня при этом, что экономическая жизнь общества формируется под влиянием не только экономических, но и множества других (социальных, культурных, исторических и т.д. факторах)».

Запоминающихся выступлений в первом пленарном заседании было очень много. Так, министр финансов России Антон Силуанов заявил, что наша страна теряет от санкций около $40 млрд. в год и еще около $90–100 млрд. от падения цен на нефть на 30%. Из-за геополитической напряженности произошло сокращение притока капитала в Россию, а главные заемщики оказались отрезанными от своих инвесторов. По оценкам, озвученным Антоном Силуановым, отток капитала из нашей страны в этом году будет равен $130 млрд. Правда, эксперт подчеркнул, что основной отток капитала происходит в результате конвертации сбережений граждан и экономических агентов из рублей в другие валюты по причине нестабильности курса рубля. На сам курс рубля большое влияние оказало падение цен на нефть: рубль снизился на те же 30% от своей стоимости, что и «черное золото». Антон Силуанов констатировал, что теперь россияне будут жить в новой парадигме, где необходимо анализировать траты, правильно формировать бюджет и каждой отдельной семьи, и государственной казны в целом. На всех уровнях следует заниматься повышением эффективности: ускорить пенсионную реформу, увеличить степень адресности социальной помощи. В последние годы страна жила за счет увеличения потребления, причем в основном импортных товаров. Сегодня главная задача – это переориентировать экономику на инвестиционные рельсы, заставить внутренние деньги работать на развитие страны. Перед правительством по-прежнему стоит задача ограничить инфляцию показателем в 4% в год – это даст стимул для развития экономики. «Ситуация непростая, но мы должны мобилизоваться», – сказал в заключение своего выступления Антон Силуанов.

По мнению заместителя председателя правительства России Ольги Голодец, отмечаемые экономические трудности – это шанс для будущего развития страны. Здесь необходимы продуманные политические меры. Санкции дают дополнительные конкурентные возможности для многих отраслей отечественной экономики. Кроме того, эксперт призвала понять, какие меры приводят к росту экономики, а какие «мы не можем себе позволить». Правильная экономическая политика должна быть направлена на инвестиции в человеческий капитал. Вице-премьер подчеркнула, что демографическая политика, которую проводило государство в последние годы, позволила сохранить численность россиян на уровне, превышающем 142 млн. человек. А по прогнозам ООН к этому времени должно было статься только 136 млн. граждан, напомнила она присутствующим.

Первый заместитель председателя Совета Федерации Александр Торшин согласился с выводами министра финансов: дальнейшее развитие отечественной экономики зависит от того, насколько сумеют мобилизоваться все институты государства. Муниципальным и региональным властям на этом фоне необходимо активнее участвовать в «форсировании федерального законодательства» для того, чтобы там были учтены их интересы.

Председатель комитета Госдумы по бюджету и налогам Андрей Макаров отметил, что есть ощущение, что сегодня у отечественной экономики появился шанс для развития, которого все раньше ждали. Но следует реально смотреть на ситуацию. Снижение ВВП в 2015 году ожидается на уровне 4 трлн. рублей, а в 2017 – 11 трлн. рублей. Выбранная ранее модель развития страны себя исчерпала. Эксперт отметил, что сегодня в профессиональном сообществе обсуждаются две крайние точки зрения – «давайте завалим все деньгами» и «давайте сократим все до минимума». А на самом деле целесообразнее всего думать об эффективности бюджета. Налоговая политика страны должна быть не предметом договора крупных корпораций с Министерством финансов, а плодом реального общественного договора.

Фото: Альберт Тахавиев, Bankir.Ru

Регулятор и банки: разные точки зрения, но общая цель

Первый заместитель председателя Центробанка Алексей Симановский в своем выступлении отметил, что задача денежно-кредитной политики регулятора – достичь показателя инфляции в 4%. Движение к этому показателю будет плавным и займет несколько лет. Плавающий курс рубля позволит сгладить воздействие на экономику неблагоприятных внешних факторов, отчасти скомпенсирует падение цен на нефть, позволит и в дальнейшем проводить суверенную денежно-кредитную политику и избежать дисбаланса экономики.

Сегодня положение дел в банковском секторе очень сильно влияет на все остальные сферы экономики и даже политики. Таким образом, забота об устойчивости банковского сектора – это одно из приоритетных направлений деятельности регулятора. Что происходит в банковском секторе? Рост активов составляет порядка 16% годовых. Другое дело, что в этой сфере имеются определенные риски, которые следует учитывать. На данный момент все существующие вызовы и угрозы не носят критического характера: они все преодолимы усилиями, прежде всего, самого банковского сектора, а также при необходимости действиями властных структур. Ситуация с количеством кредитов юридическим лицам немного улучшена по сравнению с тем, что есть на самом деле, однако те показатели, которые традиционно характеризуют уровень риска в кредитовании, показывают определенную тенденцию к снижению. Охлаждение потребительского кредитования, особенно в нынешней ситуации, является вполне показанной и своевременной мерой. Со вкладами, в отличие от кредитования, ситуация действительно менее благоприятная. Но в целом финансовый результат банковского сектора по итогам 2014 года будет неплохим, хотя и снизится на 10% по сравнению с аналогичным показателем 2013 года. При этом доходы банков существенно выше, чем в 2014 году, другое дело, что и резервы значительно выше.

Ситуация с относительным снижением достаточности капитала в целом по банковскому сектору находится на комфортном уровне. Тем не менее вопрос остается весьма актуальным. «Мы исходим из того, что здесь банкам должны помогать владельцы, – сказал Алексей Симановский. – Вопрос поиска источников капитала за рубежом сейчас затруднен. Но есть возможность обращаться к восточным соседям».

Президент Ассоциации российских банков Гарегин Тосунян в своем докладе постарался дать оценку состоянию отечественной экономики. Темпы роста ВВП России «стремятся к нулю», и только такой показатель, как уровень безработицы, сегодня гораздо ниже, чем даже в докризисные периоды. Специалисты АРБ уже много лет отмечают, что замедление экономики связано со снижением темпов кредитования внутри страны. Особенно это видно по сегменту розничного кредитования, который в последние годы был драйвером роста. Беспокойство вызывает тот факт, что на фоне замедления роста активов снижается достаточность капитала по системе в целом.

Вопрос стоимости кредитов остается одним из наиболее острых. Проблема в том, что «средневзвешенная рентабельность бизнеса» в 2013 году составила 7,7%, а ставка по рублевым корпоративным кредитам на срок свыше года была равна 11,5%. На государственном уровне требуется разработка и внедрение процентной политики, направленной на стимулирование экономического роста и повышения уровня жизни граждан. «Эта задача, как ни странно, много лет нами ставится, никем не слышится и ни в одном документе не прописывается», – подчеркнул в своем выступлении глава АРБ. Инфляция – это очень важный фактор, безусловно. Но не вся экономическая жизнь сводится к контролю за показателем инфляции, тем более что и в этой области каких-то выдающихся достижений не видно пока. Критики в таких случаях говорят о недопустимости расширения денежной массы из-за инфляционных рисков. Однако на практике гораздо более значимое влияние на инфляцию оказывает рост тарифов естественных монополий. По расчетам специалистов АРБ, самое мощное влияние на увеличение цен оказывает изменение тарифов на железнодорожные перевозки и услуги ЖКХ. «Можете – опровергните», – предложил присутствующим экспертам Гарегин Тосунян.

Фото: Альберт Тахавиев, Bankir.Ru

Спор теоретиков и практиков

Если обратиться к опыту США 2008–2009 годов, когда ставки рефинансирования были снижены до нуля, и, по сути, не осталось никаких инструментов стимулирования, то занимающий в то время пост главы ФРС Бен Бернанке предложил программу количественного смягчения, увеличения денежной массы – то, что так критикуется сегодня всеми. «Заливать экономику деньгами не нужно, но и держать ее на уровне голодного дефицита тоже не самый лучший вариант», – пояснил свою точку зрения глава АРБ. После утверждения программы количественного смягчения с 2009 по 2014 год денежная масса выросла в США в 4,5 раза наряду с установлением низкой ставки рефинансирования. В результате всех приложенных усилий к концу 2014 года экономика США вышла на докризисные показатели с 6%-й безработицей, с ВВП в 2–3% в год и инфляцией в 2%. Правда, проблема в Америке была не столько в инфляции, сколько в дефляции.

Проводя в 2003–2008 годах фактически такую же политику количественного смягчения, в России прирост ВВП за 5 лет в среднем оказался на уровне в 6,5%, при этом денежная база за этот же период выросла в 4,5 раза. Ставка рефинансирования снизилась с 20% до ниже 10%. Одновременно удалось добиться снижения инфляции с двухзначных цифр до уровня 5,5–8% в разные годы. В следующие 5 лет посткризисного периода денежная база возросла всего на 50%, а среднегодовой прирост ВВП составил порядка 2,5%. «Мы видим обратную корреляцию, по сравнению с тем, что нам всегда декларируют», – акцентировал внимание аудитории эксперт. Учитывая низкий уровень монетизации российской экономики, с точки зрения специалистов АРБ, количественное смягчение имеет реальные перспективы, если прибегнуть к этому инструменту, не пугая самих себя тем, что это якобы приведет к инфляционному всплеску. «Инфляционный всплеск мы видим сегодня без всякого количественного смягчения, – сказал Гарегин Тосунян. – Надо начать проводить целенаправленную политику, только тогда мы имеем шанс уйти от стагфляции». Если рассматривать период развития страны с 2006 года по настоящее время, то можно легко заметить, что при колебании инфляции с 8% до 9% значения прироста ВВП составили от 7,8% до 8,2%, а уровень монетизации вырос всего с 33 до 43. Другими словами, цели обуздания инфляции и стимулирования роста производства не противоречат, а дополняют в наших условиях друг друга.

Директор института экономики РАН Руслан Гринберг сказал, что в юности он вместе со своими друзьями мечтал о рыночной экономике и иронизировал над понятием «планово-убыточные предприятия», о которых иногда заговаривали представители КСПП. «Так вот, сегодня мне стыдно, что мы тогда издевались над этим термином», – откровенно сказал эксперт. Существуют мериторные блага – те блага, в которых общество нуждается, хотя они не могут приносить прибыли. Они планово-убыточные: образование, наука, культура и здравоохранение. Здесь возникает вопрос, какое общество мы должны построить? Мы должны понять, что здоровое общество – это благосостояние для всех. Именно поэтому расходы государства на образование, науку, культуру и здравоохранение – это не благотворительность, а инвестиции. По мнению эксперта, расходы государства на эти сферы должны увеличиться.

Откуда вообще должны прийти инвестиции в нашу страну? Сторонники институциональной теории говорят о том, что нужно в России улучшать деловой климат, снижать инфляцию, привлекать «длинные деньги» и т.д. «Какие-то мифические частники должны встать с печи и начинать производить «самсунги», «нокии» и другие готовые изделия, – сказал Гринберг. – Я думаю, большая нелепость ожидать такого. Выход один, и это трудно признавать, потому что для меня свободный рынок и развитие экономики – это синонимы. Но приходится говорить о том, что в стране после 25 лет реформ, в стране, 70% в доле ВВП которой дают государственные предприятия или предприятия с государственным участием, нет никакой альтернативы мощному наращиванию государственных инвестиций». Если посмотреть на данные 2013 года, когда еще не было никаких санкций, тогда президент России открыто сказал о том, что наша стагнация имеет внутренние причины. В чем они заключаются? В тот момент закончилось строительство мега-проектов к Универсиаде, Олимпиаде, саммиту АТЭС и т.д. «Я думаю, что это реальная причина стагнации российской экономики, – констатировал эксперт. – Наш правящий дом, по-моему, не определился в споре между институционалистами и промышленниками». В сложившейся ситуации, по мнению Руслана Гринберга, ничего не остается, как заново начать мегапроекты с опорой на государственно-частное партнерство.

Заместитель председателя правления Внешэкономбанка Андрей Клепач согласился с коллегами в том, что главные проблемы российской экономики не связаны с санкциями. Та экономическая модель развития, которая была в 2000-е годы и в посткризисное время 2010–2013 годов, себя исчерпала. В эти периоды отечественная экономика развивалась в условиях растущих цен на газ и углеводороды. Правительство осознавало, что такая полоса развития завершится. Что в современных условиях является источниками для роста? Наряду с необходимыми институциональными преобразованиями, улучшениями инвестиционного климата, законодательной базы и т.д., встал вопрос о том, как создать новые источники роста, которые виделись как модернизация промышленности и сельского хозяйства. Вместе с модернизацией энергетического комплекса и спроса на российское оборудование это должно было дать темп роста от 3,5–5% ВВП в год. Предполагалась, что эта модель будет связана и с изменением в других сферах. Возникла идея социально-ориентированной государственной экономической политики. Очевидный успех некоторых инициатив в этой области – например, программы материнского капитала, системы поддержки многодетных семей – отмечается экспертами на всех уровнях. Однако о кардинальных позитивных переменах даже в области демографии еще сложно судить. В текущих условиях развития наиболее вероятным становится сценарий, предложенный Центробанком: нулевой рост экономики России в ближайшие два года, а затем достижение показателя ВВП в 1,7% в 2017 году. По мнению эксперта, будущий 2015 год будет тяжелее, чем 2014. Преодолеть стагнацию и выйти на стабильный рост, пусть и небольшой в начале, в районе 2–3% ВВП в год, без изменения бюджетной и денежно-кредитной политики сложно.

После обеда состоялась открытая лекция лауреата Нобелевской премии по экономике, профессора Принстонского и Нью-Йоркского университетов США Томаса Дж. Сарджента. Во второй день форума – 25 ноября – эксперты активно обсуждали перспективы финансовой и денежно-кредитной политики в условиях новых вызовов, возможности проведения социальных преобразований, циклические негативные явления в мировой экономике в целом. В третий день форума – 26 ноября 2014 года – был сделан акцент на анализе потенциала роста регионов нашей страны, обсуждались особенности законодательных изменений и многие другие вопросы.

Москва.