Вопросы наполнения бюджета России в 2014 году стоят весьма остро. Официальные власти озаботились поиском путей увеличения доходов государственной казны. Еще до широко обсуждаемых сегодня политических событий на Украине, введения санкций со стороны Запада в отношении России, в таком «мирном и стабильном» в свете сегодняшних обстоятельств декабре 2013 года президент России Владимир Путин в послании к Федеральному собранию заявил о необходимости разработки мер по деофшоризации. Дальнейшие изменения настроений в мировой политике укрепили желание официальных властей бороться с незаконным уходом от налогов.

Появление вечно актуальной «офшорной» темы на повестке дня различных экспертных групп в РСПП или Совете Федерации в этой связи вполне предсказуемое явление. Представители бизнес-сообщества, в том числе и вполне патриотически настроенные, в связи с этим хотели бы понять, чего следует ожидать от Минфина и какие инструменты или возможности деофшоризации будут предложены юридическим лицам разного уровня. Для обсуждения предлагаемых законодательных инициатив в Москве периодически проходят выступления экспертов и заседания круглых столов. Одним из таких профессиональных мероприятий для бизнес-сообщества стала конференция «Деофшоризация экономики России: задачи, стратегия и ожидания бизнеса», организованная РБК 15 апреля 2014 года. О новых реалиях и стимулах для уплаты налогов в России, законодательных инициативах и правилах резидентства для организаций рассказали ведущие налоговые эксперты и представители государственных структур.

Кнут и пряник

Помощник председателя комитета по бюджету и финансовым рынкам, руководитель экспертной группы Совета Федерации Сергей Шугаев в своем выступлении отметил, что налоговое законодательство России в данный момент «запутано и нелогично». Это весьма негативный фактор, поскольку в таком виде оно косвенно способствует поддержанию коррупционных тенденций. Предлагаемые Минфином изменения возлагают излишнюю административную нагрузку, но со временем этот отрицательный момент будет исправлен, убежден специалист. В рамках программы деофшоризации предлагаются следующие шаги. Во-первых, на юридическом уровне планируется запретить перенос центра прибыли из России в иные юрисдикции. Во-вторых, ряд мер в законодательстве будет направлен на пресечение так называемого «двойного неналогообложения». Под «прицелом» регуляторов окажутся схемы, когда выведенные «серые» деньги из России уже в виде инвестиции в отечественные компании приходят обратно, выплачиваются проценты по полученным через «сложные комбинации» кредитам и т.д. Меры предлагаются весьма серьезные, вплоть до введения уголовного преследования за неуплату налогов с акцентом не на лишении свободы, а на конфискацию ценностей. Более того, основной груз ответственности перед законом будет возложен на те компании, которые предоставляют пути ухода от налогов и осуществляют неправомерные транзакции, и на людей, занимающихся незаконными финансовыми операциями. «Мы планируем организовать законодательство и настроить судебную практику таким образом, чтобы было возможно конфисковать банки как имущественные комплексы и имущество сотрудников банков, которые осуществляют незаконные операции», – пояснил Сергей Шугаев. Эксперт напомнил, что законодательство в других юрисдикциях, например, в США, гораздо жестче российского в этом вопросе.

Начальник отдела международного налогообложения департамента налоговой и таможенно-тарифной политики Министерства финансов России Дмитрий Николаев выразил согласие с позицией заместителя министра Минэкономразвития Сергея Белякова, также выступавшего на конференции, в том, что невозможно вернуть деньги из офшоров, только если «гайки закручивать». Нужно создавать условия, при которых капиталы оставались бы в России. Эксперт напомнил, что причин, по которым бизнес пользуется офшорными юрисдикциями, несколько. Во-первых, это действительно вывод активов и уход от налогов. Во-вторых, это снижение уровня фискальной нагрузки, и здесь появляется широко обсуждаемая тема стоимости заемных средств внутри России и на внешнем рынке. В-третьих, защита прав собственности, то есть мера по снижению возможностей рейдерского захвата бизнеса. Соответственно, чтобы эффективно заниматься деофшоризацией экономики, нужно вести работу одновременно по нескольким направлениям. Одними запретами успеха не добиться.

Фото: Альберт Тахавиев, Bankir.Ru

Партнер компании Ernst & Young Алексей Рябов предложил рассмотреть системным образом все предложения по деофшоризации. В центре его анализа оказались предложения по контролю за иностранными компаниями (КИК), определение налогового резидентства компаний, особенности проведения сделок с недвижимостью, международный обмен налоговой информацией и концепция бенефициарного собственника. Эксперт напомнил, что концепция бенефициарного собственника возникла в англо-американских соглашениях еще в 40-х годах прошлого века. Дальше она была введена в модельную конвенцию Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) и была направлена против злоупотреблений в области налогообложения. В этом смысле введение в России такого правоприменения – это отражение уже накопленного международного опыта. Эксперт констатировал, что сегодня даже в профессиональных кругах есть терминологические расхождения. Так, понятие «бенефициарный собственник» употребляется специалистами по-разному, в зависимости от сути ситуации и контекста повествования. Алексей Рябов подчеркнул, что борьба с необоснованной репатриацией средств через кондуитные компании сегодня является международной тенденцией. Представители бизнес-сообщества не должны думать, что методы налогового планирования можно основывать на нераскрытии информации. Параллельно на всех уровнях государственного управления следует облегчать способы деофшоризации для тех бизнесменов, которые на самом деле хотят перестать уходить от налоговой нагрузки. Нужно предложить нормальную схему оптимизации налоговых выплат для всех, кто хочет работать в своей стране.

Руководитель дирекции юридического сопровождения финансовой корпорации «Уралсиб» Владислав Попов констатировал, что часто официальные инициативы властей по деофшоризации концентрируются вокруг желания «запретить» одно или другое действие. Эксперт предложил поменять подход к проблеме и создавать стимулы для снижения оттока капитала. Большая проблема сейчас для бизнеса – «вернуться обратно в Россию». Сегодня практически нет инструментов для этого, в том числе в области гражданского и налогового права. Сначала нужно создать возможности для бизнеса, чтобы он мог «нормально вернуться», а потом уже запрещать или как-то наказывать за нежелание «оставаться» в российской юрисдикции.

Устранение неопределенности

Руководитель налогового департамента компании «Ниссан Мотор» Сергей Попов также отметил радикальный подход, который высказывает экспертный совет при Совете Федерации. Но хочется напомнить, что все компании живут в открытой системе. Государство в современном мире – это партнер для бизнеса. И вклад со стороны государства – это поддержание порядка и равноправных условий конкуренции. Борьба с уклонением от налогообложения – это задача государства, которая не должна возлагаться на самих налогоплательщиков. Эксперт напомнил положение Налогового кодекса: «Любая неясность налогового законодательства должна трактоваться в пользу налогоплательщика». В этой связи введение дополнительной статьи о необоснованной налоговой выгоде не должно ни к чему привести, заключил он.

Представитель аудиторской компании BDO (Лондон) Евгения Имыкшенова сравнила законодательные инициативы Минфина России и аналогичных нормативных актов в Британии. Эксперт подчеркнула, что цель соответствующего законодательства на туманном Альбионе сформулирована как попытка найти баланс между двумя элементами: с одной стороны, защитить Соединенное Королевство от перевода налогооблагаемой базы в офшорную юрисдикцию, с другой – повысить конкурентоспособность страны на мировой арене. Акценты между двумя этими положениями в различные временные периоды смещаются то в одну, то в другую сторону. Если аналогичным образом подходить к анализу предложенных законодательных инициатив Минфина, то с точки зрения конкурентоспособности и повышения открытости экономики России, законопроект является плохим, а с точки зрения достижения цели усиления налогообложения иностранных компаний – хорошим. Другое дело, что для иностранного инвестора концентрировать бизнес в России только исходя из цели снижения налоговой нагрузки не имеет никакого смысла. Ситуацию спасает тот факт, что налоги в нашей стране никогда не являлись поводом для «прихода или ухода» иностранного бизнеса. И поскольку Россия является одним из основных поставщиков капитала, в том числе и в Британию, принятие данного законопроекта является положительным моментом, заключила эксперт.

После небольшого перерыва состоялась вторая сессия конференции, посвященная анализу конкретных инструментов для деофшоризации налоговой базы. Старший партнер компании «Пепеляев групп» Рустем Ахметшин рассказал об ожидаемых новых правилах резидентства организаций. Так, место фактического управления – это решающий критерий при «конфликте резидентства» в модельной конвенции ОЭСР и заключенных Россией налоговых соглашениях. Дополнительным признаком является место фактического управления, которое определяется как место заседания совета директоров или иного руководящего органа компании, обычное место руководящего управлением компании, место деятельности главных должностных лиц компании, место ведения бухучета и хранения архивов. Для определения резидентства достаточно любого из этих признаков. Эксперт отметил, что новые правила о резидентстве известны в мировой практике, но совершенно незнакомы российской действительности. Отсутствие отечественной доктрины и практики создает большой риск неопределенности и произвола правоприменителя. Новые правила создают риск двойного налогообложения и требуют дополнительных мер по защите добросовестных налогоплательщиков.

Москва.