Опубликован полный текст постановления Федерального арбитражного суда Московского округа по спору обанкротившегося Межпромбанка со своим вкладчиком Сергеем Ярмолинским, требующим от банка 92 млрд руб. Кассационный суд отменил решения об отказе господину Ярмолинскому в его требованиях и направил дело на новое рассмотрение. Одной из причин стало то, что кассация не согласилась с пропуском срока давности для подачи требования.

Индивидуальный предприниматель Сергей Ярмолинский заключил договор банковского счета с Межпромбанком 21 февраля 1994 года, внеся на него 3,2 млн руб. В тот же день был подписан протокол цен (приложение к договору, в котором устанавливались финансовые условия - тарифы банка, процентные ставки, комиссии — Ъ), по которому ему ежеквартально начислялось 130% годовых на минимальный остаток средств по счету. Договор не обязывал банк информировать клиента об остатке на счете и не содержал ограничений по сроку действия. В ноябре 2010 года, после того как Межпромбанк лишился лицензии, Сергей Ярмолинский потребовал включить его в реестр кредиторов банка с суммой 92 млрд руб. с учетом набежавших процентов. Агентство по страхованию вкладов (АСВ) как конкурсный управляющий Межпромбанка посчитало, что кредитор заслуживает возмещения только за последние три года до момента своего обращения, то есть с ноября 2007-го по ноябрь 2010 года в размере 5,7 тыс. руб., а по более ранним требованиям господин Ярмолинский пропустил срок давности.

Изначально суды поддержали позицию АСВ. Но после обращения Сергея Ярмолинского в Высший арбитражный суд дело было передано на новое рассмотрение с указанием пересчитать сумму процентов. Рассмотрев дело заново, суды первой и апелляционной инстанций добавили истцу 1,9 тыс. руб. Однако кассационный суд Московского округа решил иначе, направив 29 августа дело на новое рассмотрение. Из полного текста постановления следует, что кассация посчитала, что срок давности должен отсчитываться от 9 февраля 2011 года, когда АСВ отказало Сергею Ярмолинскому в выплате процентов. Именно тогда истец, по мнению суда, и узнал о нарушении своего права.

Майя Чудутова, представляющая в суде интересы АСВ, настаивает на том, что срок исковой давности для начисления и, соответственно, выплаты процентов истек. К тому же Сергей Ярмолинский узнал о нарушении своих прав еще в 2003 году, когда требовал от банка начислить ему проценты по счету. Его требование тогда не было исполнено, при этом кредитор не стал обращаться в суд. По мнению управляющего партнера юридической фирмы Legal Capital Partners Дмитрия Крупышева, кредитор действительно мог не знать, что банк продолжает не начислять ему проценты, что по договору у банка не было обязанности информировать его об остатке средств на счете. "С одной стороны, у клиента нет обязанности проверять состояние средств на счете, с другой стороны, если действовать разумно и осмотрительно, он мог бы и проверить",— полагает он.

Другим камнем преткновения стало заявление господина Ярмолинского о фальсификации документов. Дело в том, что суд при расчете процентов руководствовался протоколом цен от 1 июля 1994 года, который отменял февральский протокол и не содержал указания размера процентов. Поэтому АСВ рассчитало сумму процентов за 2007-2010 годы по ставке рефинансирования. Сергей Ярмолинский усомнился в действительности июльского протокола, однако суды отклонили его заявление о фальсификации как необоснованное и недоказанное и отказали в ходатайстве о проведении экспертизы документа со ссылкой на то, что истец не внес задаток для нее. Кассация на это отметила, что суд обязан был проверить достоверность заявления о фальсификации, чего сделано не было. "Суд не обязан назначать именно экспертизу, он может проверить обоснованность заявления о фальсификации другими способами. Какими именно, суд решает по своему усмотрению. Но если на документе стоит подпись лица, которое считает его поддельным, то экспертиза необходима",— считает управляющий партнер адвокатского бюро "Дмитрий Матвеев и партнеры" Дмитрий Матвеев. "На месте истца я бы подстраховался и заказал экспертизу заранее, чтобы потом просто приобщить ее результаты к материалам дела",— рекомендует Дмитрий Крупышев.

Источник: Коммерсантъ