Перспективы российской экономики не вызывают оптимизма, так как она продолжает жить по устойчивой модели прошлого десятилетия, порочность которой заключается в тотальной победе импорта над российским товаропроизводителем. Так считает директор центра структурных исследований Института экономической политики имени Егора Гайдара Алексей Ведев. Свое видение вектора экономической политики он изложил на круглом столе «Развитие экономики и банковской системы России в 2012–2013 годах».

Докризисная модель роста экономики основана на расширении внутреннего спроса. Изучение его структуры показало, что источниками внутреннего спроса является рост цен и импорт. Только один из пяти рублей прироста внутреннего спроса стимулировал российского производителя, подчеркнул он в своем докладе.

Устойчивость модели роста-2008 связана с институциональными проблемами российской экономики – высокими рисками, плохим бизнес-климатом, низким уровень конкуренции и производительности труда. Это означает, что при росте внутреннего спроса у нас цены растут быстрее, чем производство. Соседство инфляции с экономическим ростом приводит к институциональной ловушке: придавливая инфляцию, мы снижаем экономическую активность.

Ситуацию можно исправить, поменяв структуру российской экономики. Только тогда можно надеяться, что производители откликнутся на спрос и начнут привлекать инвестиции, результатом станет расширение производства и максимизации прибыли. Этот инвестиционный отклик, описанный в классическом учебнике экономики, лежит в основе американской модели развития, но в России этот механизм не работает. «Вместо этого у нас происходит некое сложное образование, состоящее из низкого уровня конкуренции, картельного соглашения цен, высокой коррупции, которая приводит к тому, что сигналы на расширение производства куда-то исчезают, и проявляются только в виде сигналов роста цен», – считает эксперт.

Эксперты решили посчитать, насколько изменятся темпы роста нашей экономики при улучшении институционального климата – снижении коррупции, увеличении конкуренции – при неизменности темпов развития мировой экономики. Расчеты показали, что рост ВВП выйдет на уровень 5% (запланированный рост ВВП в 2012 году – 3,4 %). Эти оценки показывают цену коррупции и инвестиционного климата, отметил Алексей Ведев. На его взгляд, внешних угроз для российской экономики сегодня нет, все наши проблемы внутренние. Вхождение России в ВТО и усиление конкуренции на рынке, возможно, позволит решить часть накопившихся структурных проблем.

Текущее состояние банковского сектора спикер оценил как движение к кризису ликвидности, обострение которого эксперт прогнозирует уже в мае-июне текущего года. Для этого, на его взгляд, есть все основания – собственные ликвидные активы банковской системы находятся на историческом минимуме, внешние рынки для пополнения ликвидности закрыты, прирост кредитования экономики идет за счет кредитов ЦБ и депозитов Минфина, рост потребительского кредитования говорит о переходе населения от сберегательной модели поведения к кредитной – важный структурный показатель отношения кредитов населения к депозитам находится на растущем тренде и превышает 50% (мировой показатель нормы – 40%).

Фактически банковская система свернула с модели умеренного роста, на которую вступила в 2009–2010 году, и в 2011 рванула по докризисной модели ускоренного развития, характерной для 2008 года. Итог: в октябре-ноябре прошлого года сектор столкнулся с кризисом ликвидности. Сегодняшняя ситуация с ликвидностью складывается хуже, чем в 2008 году из-за закрытия внешних рынков заимствования. Ситуацию в декабре смягчили расходы бюджета в 1,5 трлн. рублей. Это позволило говорить о преодолении кризиса ликвидности, но проблемы сектора не решены и несут в себе скрытую угрозу, создавая крайне взрывоопасную ситуацию, предупредил Алексей Ведев.

Грядущий кризис ликвидности не будет тотальным, но он проявит себя банкротством кредитных организаций, дефолтами по обязательствам, стимулированием сделок по слиянию и поглощению под давлением АСВ.

Банки расширяют кредитование, покупают ликвидные бумаги, рассчитывая на ЦБ, который заверяет, что у него есть все инструменты для смягчения кризиса ликвидности, и в сегодняшней ситуации вялотекущего кризиса мы можем работать долго, заметил в дискуссии представитель Национального залогового банка.

Надежда на рефинансирование в ЦБ не оправдана, оно предназначается для ликвидации разрывов, а не для стимуляции кредитования, считает Алексей Ведев. Структурные проблемы, которые мешают развитию нашей экономики, незаметны из-за высокой цены на нефть. А мы вместо того, чтобы реализовывать инновационную модель развития, погнались за формальным экономическим ростом за счет потребления и снова встали на путь 2008 года, который неизбежно приведет нас к новому кризису. «Я сторонник концепции, что черепашка бежит быстрее зайца. Может нам хватит всех догонять, перегонять, может быть, заняться планомерным постепенным развитием, и по факту уйдем гораздо дальше, чем импульсными рывками и бесконечными шоками».

Банковский сектор показывает формальный рост по активам, капиталу, депозитам, а если копнуть вглубь, то ситуация не такая простая, согласился с коллегой исполнительный вице-президент РСПП, председатель Совета Ассоциации региональных банков России Александр Мурычев.

Наши внутренние риски намного серьезней, чем кажутся, но при хороших ценах на нефть они незаметны. При этом о замороженных проблемах сигналят парадоксы – мы говорим о снижении уровня жизни населения, и видим рост потребительского кредитования; у нас процентная ставка стоит на месте, инфляция снижается, а кредитная ставка растет.

Рост кредитной ставки свидетельствует о грязных балансах банков. В Европе открыто говорят об этой проблеме и активно борются с ней. У нас же эта тема замалчивается, хотя у многих банков рост кредитного портфеля идет за счет перекредитации и реструктуризации проблемных кредитов. Точной цифры дефолтных кредитов на балансах банков никто сказать не может, по оценкам РСПП они составляют порядка 25%, кто-то из экспертов говорит о 50%, но всем очевидно, что проблема сама не рассосется.

У ЦБ есть ресурсы и возможности, чтобы удержать ситуацию с ликвидностью в вялотекущем режиме, но РСПП и Ассоциация «Россия» испытывают беспокойство по поводу ситуации, складывающейся в банковском секторе, поэтому настраивают кредитные организации не увлекаться потребительскими кредитами, заниматься расчисткой балансов и поисками источников капитализации.

Поиски инвесторов осложняются тем, что хозяйствующие субъекты не хотят вкладывать в банки, потому что, с одной стороны, находятся в таком же состоянии нехватки средств, как и кредитные организации, а с другой – не верят в то, что будет завтра и предпочитают выводить свои активы, а не вкладывать их в отечественные банки.

Правительство не идет на мотивирование роста капитала за счет прибыли, которая могла бы направляться банками на капитализацию. «Наверное, потому, что мы неправильно доносим эту проблему. Мы отрубаем инвестиционную льготу от той части прибыли, которую просят банки, а промышленники говорят – причем здесь банки, они всего лишь посредники, вы давайте в материальное производство вкладывайте и введите инвестиционную льготу, которая существовала», – пояснил ситуацию Александр Мурычев.

Мы разбалованы нефтяными деньгами и не заинтересованы менять вектор экономической политики, поэтому все изменения в нашей стране происходят инерционно, считает исполнительный вице-президент РСПП.