17 октября, среда 10:39
Bankir.Ru

Объявление

Свернуть
Пока нет объявлений.

Атон

Свернуть
X
  • Фильтр
  • Время
  • Показать
Очистить всё
новые сообщения

  • Атон

    ГАЗЕТА КОММЕРСАНТЪ № 238 (№ 3569) от 20.12.2006, СР

    "Атон" отказался от инвестиций
    // инвестбанки

    Вчера агентство "Интерфакс" сообщило, что одна из крупнейших российских инвестиционных компаний – "Атон" – в ближайшее время объявит о продаже инвестиционно-банковского подразделения своего бизнеса Bank Austria Creditanstalt IB. По сведениям источников Ъ, менеджменту "Атона" удалось продать 100% компании, выручив от продажи от $250 млн до $300 млн.
    Информацию о продаже бизнеса "Атона" Ъ подтвердили сразу несколько источников, близких к совершению сделки. По словам собеседников Ъ, менеджменту "Атона" удалось продать 100% компании "Атон-брокер", в которой сосредоточен основной инвестиционно-банковский бизнес группы. О факте заключения сделки, по словам источников Ъ в компании, будет объявлено сегодня. По словам источника на финансовом рынке, во время длительных переговоров CA IB и "Атона" обсуждалась цена за 100-процентный пакет в $240-250 млн. Источник же, близкий к ИК "Атон", утверждал вчера, что компанию удалось продать гораздо дороже – более чем за $300 млн.
    О заключении сделки свидетельствует также ряд косвенных признаков. Так, вчера поздно вечером пресс-служба "Атона" срочно рассылала приглашения на сегодняшний брифинг (его тема держалась в тайне). Вчера стороны отказывались от официальных комментариев по этому поводу: в CA IB сослались на договоренность о неразглашении информации, а гендиректор ИГ "Атон" Александр Кандель отказался подтверждать Ъ факт продажи компании.
    Переговоры "Атона" с Creditanstalt IB проводились в течение нескольких месяцев. Информацию о готовящейся сделке подтверждали в компании (см. Ъ от 31 августа), а гендиректор "Атона" Александр Кандель заявлял о переговорах с Creditanstalt IB в интервью Reuters. Тогда речь шла о двухэтапной продаже брокерского бизнеса. В первую очередь менеджмент собирался продать контрольный пакет группы, а затем – оставшуюся часть.
    Однако по итогам переговоров стороны переиграли параметры сделки и, по утверждению источников Ъ, продали "Атон-брокер" целиком. При этом в сделку не вошли управляющая компания "Атон Менеджмент" и интернет-брокер "Атон-Лайн". "Это удачная сделка для 'Атона', учитывая, как долго и безуспешно они себя продают",– говорит один из руководителей крупной российской ИК. Напомним, что до CA IB "Атон" пытался договориться о продаже своего бизнеса с американским банком Goldman Sachs. По словам источника, тогда GS готов был заплатить за ИК "Атон" $120-150 млн, но предложенная сумма не устроила топ-менеджмент компании.
    Инвестиционная группа "Атон" – одна из крупнейших на российском рынке. По данным журнала "Деньги", по объему сделок с ценными бумагами в 2005 году среди российских инвестиционных компаний она занимала пятое место (1,1 трлн рублей). Основным акционером "Атона" считается президент группы Евгений Юрьев. Bank Austria Creditanstalt – крупнейший банк Австрии. В 2000 году банк вошел в группу HVB, которую в 2005 году купил итальянский Unicredit. В группу Unicredit также входит Международный московский банк.
    По мнению участников рынка, австрийский банк в случае приобретения 100% российской инвесткомпании пошел бы на значительный риск. "Западные банки неохотно идут на подобные риски: ведь даже при проведении due dilligence невозможно все оценить. Поэтому сделки нередко разбиваются на две части",– говорит президент Deutche UFG Илья Щербович. "Если компания покупается полностью, нет гарантии, что в ней останутся люди. Поэтому западные банки часто оставляют за российскими владельцами доли, чтобы заинтересовать их в дальнейшем развитии бизнеса",– считает президент ИГ "Ренессанс Капитал" Игорь Сагирян. Поэтапную схему (40% плюс 60%) использовал Deutche Bank при покупке ОФГ. "Однако поэтапная сделка имеет смысл, когда продающаяся компания прогнозирует рост. Если же у компании нет таких перспектив, то ей интереснее продать весь бизнес целиком",– заявил Ъ управляющий директор ИК "Тройка Диалог" Дмитрий Кушаев.
    Эксперты предполагают, что от сделки выиграют обе стороны. Старший аналитик Альфа-банка Наталья Орлова не исключает возможности интеграции "Атона" с инвестблоком Международного московского банка, которым владеет Unicredit. А член правления ММБ Андрей Юматов уверен, что "если сделка состоится, сотрудничество с инвестблоком ММБ должно быть успешным. С точки зрения бизнеса, "Атон" – отличная синергия для ММБ, сейчас у нас нет пересекающихся линий бизнеса, и мы будем отлично дополнять друг друга".
    ОЛЬГА Ъ-КОЧЕВА, ЮЛИЯ Ъ-ЧАЙКИНА

  • #2
    Чем российский Атон привлек банковскую группу Unicredit
    21.12.2006
    Основатели инвесткомпании Атон завершили долгие поиски стратегического иностранного инвестора. Австрийский банк Bank Austria Creditanstalt, входящий с ноября 2005 г. в итальянскую банковскую группу Unicredit, вчера объявил о покупке инвестиционно-банковского бизнеса Атона. За $424 млн австрийцы купили Атон-Брокер и Aton International. В интервью Ведомостям Вилли Хеметсбергер, руководитель международных операций Bank Austria Creditanstalt, рассказал о деталях сделки.
    — Зачем вы купили Атон-Брокер?
    — Unicredit — крупнейшая банковская группа из тех, что работают в странах Центральной и Восточной Европы. В нашем инвестиционно-банковском подразделении в этом регионе 3100 сотрудников, его выручка составляет 3,3 млрд евро. В России нам принадлежит Международный московский банк (ММБ) — один из крупнейших коммерческих банков. Он был первым иностранным банком, начавшим работать в России, — у него лицензия ЦБ № 1. Чего нам здесь не хватало, так это инвестиционно-банковского бизнеса, и выход в этот сектор через сделку с Атоном показался нам интересной возможностью. Мы давно сотрудничаем с Атоном, знаем его руководителей, поэтому выбор в пользу Атона как площадки для развития инвестбанковского бизнеса представлялся естественным. Теперь у нас есть коммерческий банк (ММБ), инвестиционный банк (Атон), это отличная комбинация, с которой конкурентам будет сложно соревноваться. Нам очень нравится команда Атона. Менеджмент компании продолжит здесь работать. Александр Кандель останется гендиректором, Евгений Юрьев будет председателем наблюдательного совета, в компании остаются партнеры и ведущие аналитики.
    — Кто первым предложил сделку — Атон или вы?
    — Это все равно что спросить на свадьбе жениха и невесту: когда вы год назад встретились на дискотеке, чья была идея пожениться? Сложно ответить. Это любовь.
    — Но у Атона уже был неудачный опыт сватовства: была информация, что его хотел купить Goldman Sachs, но сделка не состоялась.
    — Ничего не могу сказать про Goldman Sachs — просто не знаю. Что касается нашей сделки, то было понятно: чем более открытым, крупным и международным становится российский рынок, тем тяжелее будет выживать на нем небольшим, независимым брокерам. Руководители Атона не хотели занимать небольшую долю рынка, их амбиции простирались дальше: они хотели сделать Атон одним из основных игроков в российском инвестиционно-банковском секторе. В последние пару лет стало ясно, что сделать это в одиночку невозможно. Необходим банковский партнер с большим капиталом. Достичь договоренности с Атоном нам помог наш глубокий интерес к российскому рынку, на котором мы работаем с 1991 г. Мы хорошо знаем этот рынок, он нам очень нравится, и в Атоне с уважением относятся к нашему опыту. Мы прошли через кризис 1998 г., не ушли из России. Моими первыми операциями с российскими ценными бумагами были сделки с ваучерами, которые приходилось таскать в мешках. К тому же у нас большой опыт работы в странах Восточной Европы, ведь мы участвовали в открытии и развитии многих рынков капитала в этом регионе.
    — Неужели вы не поинтересовались у Атона, почему они не договорились с Goldman Sachs?
    — Честно — нет. Для нас это было абсолютно неважно.
    — Сколько времени заняли переговоры о покупке Атона?
    — Не больше, чем нужно для подготовки такой сделки. Мы начали переговоры весной. Обеим сторонам нужно было понять, как мы сможем работать вместе. Такой опыт у нас уже был. Мы вместе организовывали одну из крупнейших инвестиционных конференций для клиентов, работающих на новых рынках Европы, которая ежегодно проходит в Стамбуле. Атон предоставлял нам брокерские услуги. Мы обсуждали различные варианты сделки, например купить 51% или 100% акций.
    — И почему решили купить 100%?
    — Мы не хотели быть немножко беременными. Мы хотели интегрировать Атон в нашу стратегию развития, поддержать их своим капиталом, вместе с ними работать с международными клиентами и при этом действовать как одна компания. Совместная собственность усложняет процесс управления, полагаю, что в Атоне думают так же.
    — Вы намерены вложить дополнительные средства в этот бизнес?
    — Мы будем управлять им на регулярной основе, финансируя его по мере необходимости.
    — Вы будете участвовать в IPO российских компаний?
    — Безусловно. Объединив российский опыт и знания команды Атона с нашей глобальной системой дистрибуции, мы надеемся принять активное участие в организации IPO российских компаний. В ММБ у нас большая база лояльных клиентов, банк давно работает с компаниями из первых двух сотен крупнейших российских корпораций. Теперь мы сможем предложить им инвестиционно-банковские услуги. Клиентам нравится, когда они могут в одном банке получить полный спектр услуг — банковских, инвестиционных, кредитных, платежных, консультационных. В Центральной и Восточной Европе мы с 1994 г. входим в число лидеров — организаторов IPO, сделок по приватизации, сделок по привлечению капитала на рынке. Некоторые наши банкиры участвовали еще в первых сделках по приватизации в Венгрии в 1989 г. Россия оказалась вне сферы нашей инвестиционно-банковской деятельности, но теперь вместе с Атоном мы намерены быстро догнать лидеров, предложив клиентам высококлассные услуги.
    — Кто выступил продавцом Атона?
    — Менеджмент. Атон — это партнерство, партнеры и были продавцами. Они пообещали еще несколько лет работать в компании. Насколько мне представляется, для них главным вопросом были не столько деньги и состав акционеров, сколько возможность развивать бизнес. Нам это нравится.
    — А сколько всего партнеров в Атоне?
    — Честно говоря, точно не знаю.
    — Для вас это неважно?
    — Нет.
    — Они станут акционерами Unicredit?
    — Сделка с Атоном проводится за наличные. В Unicredit есть программа долгосрочного стимулирования и поощрения, в рамках которой ключевым сотрудникам выдаются опционы или акции. Кстати, акции Unicredit сейчас самые доходные в Европе. Сколько могут получить руководители Атона, пока сказать невозможно. Программа принимается банком раз в год.
    — Установлены какие-либо сроки работы в Атоне ключевых сотрудников?
    — Мы не будем публично сообщать условия их контрактов.
    — Но у вас есть гарантии, что, получив деньги, руководители Атона не уйдут и не создадут свой, возможно конкурирующий, бизнес?
    — Все необходимые гарантии у нас есть.
    — Как вы определили цену сделки?
    — Она складывалась из стоимости Атона как предприятия и потенциала роста бизнеса и прибыли. Мы покупали не капитал компании и не офисное здание, а команду профессионалов и ноу-хау. Обсуждение цены не было долгим. У обеих сторон были разумные ожидания касательно цены, и нам было несложно прийти к оценке справедливой стоимости.
    — Но цена сделки не круглая, значит, она высчитана по какой-то формуле?
    — При расчете использовались модель дисконтирования денежных потоков и оценочные коэффициенты к прибыли и капиталу.
    — Каковы финансовые показатели Атона?
    — Атон — непубличная компания, поэтому сами они не сообщают свои результаты. И пока мы не закрыли сделку, я не могу говорить об их показателях. А когда закроем, я не смогу сообщить их в частной беседе до официальной публикации отчетности, потому что мы публичная компания.
    — Со сколькими из ключевых менеджеров будут подписаны персональные контракты?
    — После завершения сделки в марте 2007 г. все менеджеры останутся сотрудниками Атона и у них будут контракты с Атоном, а не с Bank Austria Creditanstalt.
    — У вас есть какие-либо планы относительно Атон-Лайн и Атон-Менеджмента?
    — Нет. Нас интересует только институциональный инвестбанковский бизнес.
    — Вы не боитесь, что у руководителей Атона будет конфликт интересов?
    — На другие подразделения Атона работает только Евгений Юрьев, а он не будет участвовать в принятии решений по операционной деятельности Атон-Брокера. Так что конфликта интересов нет.
    — Вы рассматривали другие инвестбанки помимо Атона в качестве объекта для поглощения?
    — Нет, это был единственный вариант. Если бы сделка не состоялась, мы бы развивали инвестбанковский бизнес в России самостоятельно, но это очень трудный и долгий путь.
    — Вы планируете ребрендинг?
    — Поначалу мы, конечно, сохраним название Атон, а затем каким-либо образом привнесем бренд Unicredit, как делали это на других рынках.
    — У вас есть планы дальнейшего расширения бизнеса в России?
    — У нас очень значительные планы. Будем развиваться за счет органического роста, если будут возможности для поглощения, рассмотрим их. Планируем экспансию в таких секторах, как коммерческие, розничные, инвестиционно-банковские услуги. Будем расширять штат, но другой инвестбанк покупать не собираемся.
    — Unicredit намерен развивать в России бизнес по управлению активами?
    — У нас есть крупное подразделение по управлению активами — Pioneer Investments с активами 251 млрд евро. Оно работает за пределами России. Российский бизнес Pioneer (сейчас — Пиоглобал Эссет Менеджмент. — Ведомости) был продан несколько лет назад, и, если бы вернуться в прошлое, думаю, его нужно было бы оставить. Я считаю, что Pioneer выйдет на российский рынок и будет здесь активно развиваться.
    — Он будет работать через ваши российские банки?
    — В других странах у Pioneer всегда есть специальные договоренности с коммерческими банками, входящими в Unicredit, которые выступают его агентами по операциям с ПИФами. Но и другие банки тоже работают с его фондами, как и Unicredit распространяет фонды других управляющих компаний.
    — Почему два года назад Unicredit не купила Росбанк?
    — Два года назад я не был сотрудником Unicredit. Возможное объяснение — Unicredit вскоре купила HVB и Bank Austria. Нужно было интегрировать около 60 000 человек, так что, возможно, у них просто не было сил и времени [для еще одной покупки].
    — Почему Unicredit не ужилась с Nordea и выкупила его долю в ММБ?
    — Нам было сложно договориться с Nordea о путях развития ММБ. В итоге они сказали: либо мы выкупим вашу долю и останемся главным владельцем, либо вы выкупите нашу. И мы выкупили их пакет.
    О КОМПАНИИ
    Unicredit — одна из ведущих финансовых групп Европы с текущей рыночной капитализацией около 70 млрд евро ($92 млрд). У Unicredit 7000 отделений в 20 странах мира, около 132 000 сотрудников. По данным на 30 сентября 2006 г., активы Unicredit составляют 822 млрд евро ($1,1 трлн). Обслуживает более 28 млн клиентов. Bank Austria Creditanstalt — дочерний банк Unicredit, отвечающий за бизнес в Восточной Европе.
    БИОГРАФИЯ
    Вилли Хеметсбергер родился в 1958 г. в Австрии. В 1984 г. получил степень MA по экономике в Венском университете. С 1984 по 1987 г. учился в Paul Nitze School of Advanced International Studies при Johns Hopkins University сначала в Болонье (Италия), а затем в Балтиморе (США). В 1988 г. стал фондовым менеджером в Sparinvest KAG. В 1990—1994 гг. был главой отдела торговли акциями в Girocredit Bank. C 1994 г. — руководитель отдела деривативов на европейских и развивающихся рынках в Citibank International. В 1998 гг. назначен гендиректором CA IB Investmentbank. В 2001 г. вошел в правление Bank Austria Creditanstalt, возглавляет в банке подразделение глобальных рынков.
    Михаил ОВЕРЧЕНКО, Василий КУДИНОВ
    Источник: Ведомости

    Комментарий

    Пользователи, просматривающие эту тему

    Свернуть

    Присутствует 1. Участников: 0, гостей: 1.

    Обработка...
    X