– Какие события в банковской сфере в 2011 году вы считаете самыми важными?
– В 2011 году произошло несколько знаковых событий в российской банковской системе. Правительство и Банк России утвердили Стратегию развития банковского сектора Российской Федерации до 2015 года, определившую основные задачи и приоритеты отрасли в среднесрочном периоде.
Еще одним знаковым для банковской системы событием явилось принятие федеральных законов «О национальной платежной системе» и «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О национальной платежной системе», которые установили основы регулирования порядка осуществления всех видов денежных платежей при помощи электронных денег, а также с использованием новых технологий, включая мобильную связь.
Нельзя не отметить и события со знаком минус. Я говорю о ситуации отзыва Центральным банком лицензии у АМТ-Банка, где одной из основных причин этого явилась практика размещения этим банком средств в низкокачественные активы без создания адекватных резервов на возможные потери. Если вспомнить историю отзыва ЦБ лицензии у Межпромбанка в 2010 году, то, очевидно, что это плохая тенденция.
Кроме того, после совершения сделки по приобретению ВТБ пакета акций Банка Москвы, прямо скажем, не рыночным способом, для предотвращения серьезных последствий, которые бы затронули не только вкладчиков и клиентов Банка Москвы, но и всю банковскую систему, государство вынуждено было принять решение об оказании Банку Москвы финансовой помощи в размере 295 млрд. рублей.
Отдельно отмечу тот факт, что в 2011 году исполнилось 20 лет с момента образования Альфа-Банка.
– В 2011 году сменился министр финансов, избран новый состав Государственной Думы, поменялся руководитель профильного комитета, ушел в отставку Геннадий Меликьян. Что-либо изменилось в вашей работе в связи с этим?
– Прежде всего, хочу отметить, что министр финансов Антон Силуанов, председатель комитета Государственной Думы по финансовому рынку Наталья Бурыкина и заместитель председателя Банка России Алексей Симановский, как и их предшественники, хорошо известны банковскому сообществу и не один год занимаются вопросами регулирования финансового рынка.
Мы исходим из того, что во главу угла в нашей работе, как и всегда до этого, будет ставиться профессиональный подход к делу. Поэтому каких-то принципиальных изменений в нашей деятельности в связи с произошедшими перестановками мы не ожидаем.
– Банкиры критикуют ЦБ за ужесточение требований к капиталу, однако в Европе происходят те же процессы. Может быть, российский регулятор все-таки прав в своих требованиях?
– Мотивы, которые побудили Банк России проводить политику ужесточения надзора, понятны – это те негативные события, о которых я говорил, отвечая на первый вопрос. Как всегда, вопрос в инструментарии и пропорциях.
В 2011 году Банк России внес ряд изменений в Инструкцию № 110-И «Об обязательных нормативах банков», в результате которых банкам придется увеличивать собственный капитал. Эти изменения приводят к уменьшению объемов имеющихся у банков денежных средств, которые могли бы быть использованы для поддержания ликвидности. Хотелось бы, чтобы Банк России вернулся к рассмотрению предложений по внесению изменений в Инструкцию № 110-И, которые ранее были сформулированы Ассоциацией российских банков с участием ряда крупнейших кредитных организаций и обсуждались в 2011 году.
Кроме того, Банк России в 2011 году разработал проект поправок к Положению № 254-П, которое регулирует порядок формирования банками резервов на возможные потери по ссудам, ссудной и приравненной к ней задолженности. Эти изменения ужесточают требования к формированию банками обязательных резервов. В случае принятия этих поправок банки будут вынуждены формировать значительные дополнительные резервы по ссудам. При этом следует отметить, что подготовленные изменения в Положение № 254-П являются едиными для всех банков и не учитывают ни наличие системы риск-менеджмента и ее состояние, ни уровень принятых кредитных рисков, показателем которого может служить размер резервов, созданных в соответствии с требованиями МСФО, а также величина необслуживаемой ссудной задолженности.
Такие поправки в Инструкцию №110-И и Положение 254-П негативно скажутся на ликвидности банковского сектора и в целом на темпах его роста, а также на кредитовании организаций и физических лиц. Как свидетельствует практика, ужесточение требований к деятельности кредитных организаций создает в первую очередь добросовестным участникам рынка дополнительные сложности для развития бизнеса в рамках нового регулирования. Для недобросовестных банков введение любых формальных ограничений имеет эффект только в краткосрочной перспективе, поскольку порождает дальнейшую разработку ими новых схем по обходу требований нормативных актов Банка России.
Банковское сообщество неоднократно обращалось к Банку России с предложениями еще раз внимательно оценить возможные последствия от предлагаемых изменений. По обоим нормативным документам Ассоциация российских банков сформулировала конкретные предложения и замечания, которые обсуждались с Банком России. Мы надеемся на продолжение конструктивного диалога по этой теме.
– Многие банкиры считают, что закон «О национальной платежной системе» недоработан и навредил банкам. Как вы оцениваете этот закон?
– Конечно, нынешняя редакция закона не является идеальной, возможно, и скорее всего, потребуется корректировка некоторых его положений. Но это не отменяет значимости этого законодательного акта для банковской системы, поскольку установлены правовые рамки функционирования банковской модели электронных денежных средств, создана нормативная база для электронных платежей с участием операторов сотовой связи. Поэтому я оцениваю новое регулирование как позитивное, в целом соответствующее современным мировым стандартам и трендам развития бизнеса.
– Bankir.Ru проводил опрос банкиров по итогам 2011 года, и участники рынка по-прежнему жалуются на незащищенность кредитора. Почему банкиры не могут пролоббировать необходимые поправки в законы?
– По моему мнению, многие из последних законотворческих инициатив органов государственной власти серьезно смещают баланс интересов кредиторов и заемщиков в сторону последних. В частности, это касается законопроектов Минфина «О потребительском кредите» и «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в части установления минимальных стандартов оказания финансовых услуг», законопроекта Минэкономразвития «О регулировании деятельности по взысканию просроченной задолженности физических лиц» и других инициатив.
Мы, конечно же, понимаем желание обеспечить со стороны государства защиту заемщика во взаимоотношениях с банком. Во многом это вопрос не столько экономический и юридический, сколько социальный. 16 января 2012 года состоялось заседание президиума Государственного совета РФ по вопросу усиления государственных гарантий защиты прав потребителей в России. Даются поручения о проработке вопроса о создании еще одной государственной структуры, деятельность которой будет направлена на защиту интересов заемщиков.
Вместе с тем, не во всех ситуациях такие инициативы оправданы и целесообразны. Например, в случае принятия вышеуказанных законопроектов банки будут вынуждены дополнительно нести существенные затраты по доведению до физических лиц всего массива информации о кредитных договорах, несмотря на то, что она размещается в доступных источниках, например, в Интернете. Заемщик как сторона договора должен быть ответственным прежде всего перед самим собой, то есть четко понимать, какое решение он принимает и какие последствия в связи с этим могут наступить. Без этого любые требования и усилия по доведению со стороны кредитора всей информации не застрахуют заемщика от возможных негативных и неожиданных для него последствий.
Кроме того, что дополнительные расходы банков могут повлечь за собой увеличение процентных ставок по кредитам либо сворачивание программ потребительского кредитования.
– Верите ли вы в программы развития финансовой грамотности россиян?
– Да, я считаю, что повышение финансовой грамотности поможет гражданам чувствовать себя в отношениях с финансовыми учреждениями и, в частности, с банками более уверенно и совершать свои действия осознанно. Поэтому в этом вопросе надо искать компромисс, поскольку перекос в регулировании отношений между кредитором и заемщиком может негативно сказаться на развитии рынка банковских услуг.
Что же касается вопроса подготовки поправок в законодательство, которые бы учитывали и интересы банков, то такая работа ведется. Поправки и предложения подготовлены и направлены через Ассоциацию российских банков и через комиссию РСПП по банкам и банковской деятельности в адрес министерств и ведомств, ответственных за подготовку законодательных инициатив. Я уверен, что на всех этапах этой работы банковское сообщество будет целенаправленно отстаивать свои позиции.
– Как вы относитесь к идее саморегулируемой организации для банков?
– В идее саморегулирования, в том числе в банковской сфере, ничего плохого нет. Сами участники рынка устанавливают правила и по ним же живут. Саморегулирование может быть вполне эффективным механизмом, потому что участники рынка точно не хуже регулятора понимают, по каким правилам следует жить, чтобы система была эффективной.
Если говорить о проекте федерального закона «О саморегулировании в банковской сфере», разработанном в Комитете Государственной Думы по финансовому рынку, то по нему были высказаны существенные замечания, касающиеся как полномочий саморегулируемых организаций (СРО), так и требований к их созданию и деятельности.
Законопроект предполагает наделение СРО значительными контролирующими возможностями, осуществлять которые СРО могут вместо либо наряду с Банком России, для чего они наделяются возможностью проведения плановых и внеплановых проверок деятельности своих членов и применения в отношении них мер воздействия в виде предписаний, штрафов, приостановления членства в СРО и исключения из СРО. Мне неизвестны намерения Центрального банка отказаться от каких-либо своих функций и передать их в СРО. Таким образом, СРО будут дублировать функции Банка России. СРО не должны устанавливать дополнительную нагрузку для банков в виде проверок и дополнительной отчетности, так как это потребует существенных затрат.
Наличие лицензии на занятие банковской деятельностью, согласно законопроекту, обуславливается необходимостью обязательного членства в СРО. Исключение кредитной организации из СРО и ее невступление в другую СРО является, согласно законопроекту, основанием для ее принудительной ликвидации. Учитывая, что СРО должна объединять не менее 300 кредитных организаций, совокупный размер собственных средств (капитала) которых составляет не менее 35% от размера собственных средств (капитала) действующих кредитных организаций, на рынке банковских услуг может быть создано максимум два СРО. При этом, в случае наличия только одного СРО, исключение по каким-либо причинам кредитной организации из этого СРО автоматически будет означать ликвидацию такой кредитной организации.
Вместе с тем отдельно хотел бы обратить внимание, что формируется Национальный платежный совет – некоммерческая организация, объединяющая крупнейших участников рынка электронных платежных услуг. Основными целями и задачами данной организации являются консолидация позиций участников рынка по вопросам развития национальной платежной системы, а также разработка стандартов деятельности участников рынка платежных услуг.
Среди приоритетных направлений деятельности Национального платежного совета – развитие инфраструктуры национальной платежной системы, стандартизация форматов безналичных расчетов, обеспечение защиты информации в платежных системах, борьба с мошенничеством, разработка комплекса мер по стимулированию безналичного оборота, совершенствование порядка осуществления кассовых операций. Возможно, в будущем участники этой организации при ее эффективном функционировании задумаются о саморегулировании.
– Чем планирует заниматься комиссия РСПП по банкам и банковской деятельности в 2012 году?
– Комиссия будет отслеживать подготавливаемые органами государственной власти проекты нормативных правовых актов, касающиеся банковской сферы, активно участвовать в работе над ними.
Далеко не все инициативы вызывают поддержку банковского сообщества. В частности, это ранее упомянутые законопроекты «О потребительском кредите», «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в части установления минимальных стандартов оказания финансовых услуг», «О регулировании деятельности по взысканию просроченной задолженности физических лиц».
На рассмотрении в Государственной Думе после принятия в первом чтении находится проект федерального закона, вносящий изменения в федеральные законы «О банках и банковской деятельности» и «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)», целью которого является уточнение порядка осуществления консолидированного надзора и раскрытия информации кредитными организациями, банковскими группами и банковскими холдингами.
Этот законопроект не вполне отвечает задачам развития банковского сектора, поскольку взамен действующих он вводит новые противоречивые определения, смешивает понятия, используемые в банковском и антимонопольном законодательстве, возлагает на кредитные организации несвойственные им функции контроля за заемщиками, не содержит механизмов защиты от утечек сведений, составляющих коммерческую и банковскую тайну. К законопроекту имеются и другие существенные замечания. Его принятие без существенных поправок может в целом негативно отразиться на регулировании банковского сектора.
При этом существуют проекты, которые находят поддержку со стороны банковского сообщества. К ним относится, например, подготовленный Минфином России и Банком России проект федерального закона, основная идея которого заключается во введении института безотзывных банковских вкладов и сберегательных сертификатов. Принятие законопроекта позволит банкам более эффективно прогнозировать будущую ликвидность, расширить возможности предоставления клиентам новых видов вкладов.
Кроме того, есть целый ряд законодательных инициатив, над которыми стоит работать. В частности, готов проект изменений в различные законодательные акты России в части установления правового режима электронного документооборота и обеспечения его юридической значимости в деятельности органов государственной власти. Существует проект поправок в закон «О кредитных историях», направленный на установление обязательности подачи информации о кредитной истории хотя бы в одно бюро кредитных историй и права кредиторов запрашивать эту информацию без согласия потенциальных заемщиков. Есть проект поправок в Федеральный закон «О персональных данных» в части получения согласия субъекта персональных данных на их обработку, совершенствование залогового законодательства. И, конечно, вопросы нормативного регулирования со стороны Банка России.
– Как вы оцениваете уровень конкуренции в банковской системе?
– В банковской сфере объективно существует несколько уровней конкуренции. Крупнейшие банки, включая банки с государственным участием, фактически соревнуются между собой. Отдельный уровень конкуренции – банки с госучастием, они конкурируют между собой независимо от всех остальных, в силу масштаба. При этом банки с государственным участием имеют преференции, как исторически сложившиеся, так и вновь приобретаемые. В этой связи государству следует предпринять меры регулирования, обеспечивающие существенное уменьшение доли госбанков в банковской системе, что, безусловно, будет способствовать развитию конкуренции и снижению монополизма в данной сфере, и последовательно придерживаться рыночных механизмов. Госпрограмма приватизации должна быть более масштабной. Положение банка в системе должно определяться исключительно его собственными результатами деятельности, а не зависеть от наличия или отсутствия государственного участия.
Что касается остальных банков, то они не являются прямыми конкурентами крупнейшим банкам, их деятельность в основном сосредоточена в конкретных регионах или имеет, как правило, отраслевую направленность.
Формирование устойчивой банковской системы на основе конкуренции между крупными универсальными частными банками – это цель, к которой надо стремиться.
– По данным «Интерфакс-ЦЭА», доля госбанков на рынке падает с середины 2010 года. Не преувеличены ли опасения по поводу деятельности банков с госучастием?
– По имеющейся у меня информации, в частности, по оценке Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования, доля госбанков в активах банковской системы в 2011 году как минимум не упала. А если бы не ситуация с Банком Москвы, то доля была бы еще больше. Что касается возможных опасений насчет ее снижения, то, как я уже сказал, для развития цивилизованного банковского бизнеса в нашей стране очень важно создать условия для равной конкуренции между государственными и частными банками.
– Обострение политической ситуации каким-либо образом влияет на банкинг?
– Для банковского сектора, конечно же, важна стабильная политическая ситуация. Однако, в первую очередь, банковский сектор напрямую связан с развитием экономики страны, а также с ситуацией на мировых финансовых рынках.
