Не секрет, что в последние месяцы, в условиях мирового финансового кризиса, серьезные трудности возникли даже у многих крупных банков. Что и говорить о небольших кредитно-финансовых учреждениях регионального масштаба: они начали лопаться как мыльные пузыри. Естественно, это привело к серьезному оттоку вкладов населения из банков, что только усугубило влияние кризиса на финансовую сферу. По этой схеме развивалась и ситуация с саратовским Поволжским Немецким Банком (WDB).
Сначала, когда в масс-медиа просочилась информация о сложностях, возникших у этой компании, люди бросились спасать свои деньги. Это привело к многочасовым очередям в офисах банка и у банкоматов. Потом, после пресс-конференции руководства WDB, шумиха немного утихла. Но потом возникла вновь, когда от услуг банка начали отказываться крупные клиенты (в частности, Саратовский государственный университет).
Пика кризис WDB достиг в апреле 2009 года, когда на внеочередном собрании акционеров банка было принято решение о его самоликвидации.
«С момента принятия решения о добровольной ликвидации ЗАО «Поволжский немецкий банк» приостанавливает проведение любых банковских операций до окончания рассмотрения ходатайства Центральным Банком России», - говорилось в официальном релизе, распространенном пресс-службой финансово-кредитного учреждения.
Тем не менее, в Агентстве по страхованию вкладов (АСВ) решили, что активов банка не хватит, чтобы выполнить обязательства перед всеми кредиторами и отправили в WDB аудиторскую проверку. Против «самозакрытия» банка выступил и губернатор Саратовской области Павел Ипатов. «Я считаю, что самоликвидация Поволжского немецкого банка сегодня недопустима, а инвестор, который бы мог взять те риски, которые возникли сегодня у Поволжского немецкого банка, мне представляется наиболее разумным выходом в этой ситуации», - заявил глава региона на одной из своих пресс-конференций.
В итоге, в Агентстве по страхованию вкладов серьезно рассматривали два варианта развития ситуации в WDB – банкротство или санация (назывался даже возможный «оздоровитель» – Пробизнесбанк). Последнее предложение активно лоббировал и губернатор Саратовской области Павел Ипатов, неоднократно называвший Поволжский немецкий банк предприятием «социально-значимым» и пытавшийся уговорить его руководства согласится на предложение инвестора.
Тем не менее, владельцы WDB братья Шмидт, очевидно, опасаясь, что вместе с банком инвестор «влезет» и в другие направления работы их холдинга (в которого, помимо банка, входят инвестиционная компания «Джи АйДиИнвест», ООО «Лизинговые технологии», Энгельсский завод фильтров, строительная компания «Кронверк», и ООО «Индустрия-плюс»), продолжали настаивать на законности самоликвидации финансово-кредитного учреждения. Это вполне объяснимо, поскольку кредитный портфель банка в отдельности вряд ли мог бы заинтересовать инвестора, так как во многом состоял из ссуд этим аффилированным компаниям. Да и риск вложений средств в предприятие с такими «некачественными» активами серьезно остудил пыл руководства Пробизнесбанка. Не помогло даже лобби главы региона.
Такая позиция братьев Шмидт, естественно, не могла устроить Центробанк России, и 6 мая у WDB была отозвана лицензия, а приказом от 7 мая 2009 года в банке была назначена временная администрация и начата процедура банкротства. Формальной причиной стало то, что по мнениям ревизоров ГУ ЦБ, банком не в состоянии исполнить обязательства перед кредиторами в течение 14 дней ввиду отсутствия средств на корреспондентском счете.
Ну, а это, в свою очередь, не могло устроить владельцев Поволжского немецкого банка, поскольку могло привести к национализации части имущества холдинга (многие операции финансовая организация проводила с аффилированными компаниями, и возврат этих долгов в условиях кризиса экспертам не представляется возможным). И ответные меры руководства WDB не заставили себя долго ждать: 27 мая Геннадий Шмидт обратился в Арбитражный суд Саратовской области с иском, в котором просил признать решение ЦБ РФ об отзыве у банка лицензии, незаконным. Напомним, что по федеральному закону «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» на разрешение вопроса о признании банка банкротом арбитражному суду отводится не более двух месяцев со дня принятия судом соответствующего заявления. Разбирательство ГУ ЦБ – WDB затянулось более чем на два месяца, и дело Поволжского немецкого банка перешло в категорию нестандартных.
Напомним, что в случае с Тюменьэнергобанком ликвидация банка затянулась на полгода, и вполне вероятно, что дело WDB примет такой же затяжной характер, поскольку его руководство упорно продолжает настаивать на том, что банк на момент отзыва у него лицензии не являлся банкротом.
Первоначально представителями ЦБ РФ в качестве основания для банкротства был заявлен факт неисполнения банком обязательств перед кредиторами в течение 14 дней ввиду отсутствия средств на корреспондентском счете. По всей видимости, акционерам удалось доказать, что деньги у банка были. Тогда регулятором было заявлено, что «активов банка после доначисления резервов по требованию временной регистрации не хватало на исполнение обязательств». Однако операция доначисления резервов не влечет уменьшения денежной массы кредитной организации, так как не затрагивает счета по учету денежных средств, и не влияет на ее возможности по исполнению обязательств перед кредиторами.
Дошло до того, что 14 сентября Арбитражный суд постановил: проверкой финансового состояния кредитной организации на момент объявления ее банкротом будут заниматься правоохранительные органы (ГУВД по Саратовской области). Таким образом, под сомнение была поставлена правомерность отзыва лицензии у WDB Центробанком России. Подобное нестандартное решение было принято служителями Фемиды уже во второй, и, вполне может статься, что не в последний раз. В первый раз судьи получили ревизорам в погонах проверить состояние Тюменьэнергобанка, и, по результатам их экспертизы, против руководства финансовой организации было возбуждено уголовное дело. Повторится ли подобная ситуация в Саратове пока неясно.
Интересно, что до сих пор в ГУВД по Саратовской области расследуется уголовное дело, возбужденное в отношении банкира Геннадия Шмидта, за злоупотребление полномочиями. По версии следствия, речь идет о реализации около 3 тыс. кв. м принадлежавших банку помещений по заниженной цене - за 10 млн руб. Вполне возможно, что таким образом один из совладельцев WDB пытался вывести из конкурсной массы активы банка, передав их аффилированным компаниям. По крайней мере, в разговоре с корреспондентом Bankir.Ru высокопоставленный работник правоохранительных органов Саратова такую возможность не исключил.
Эту версию всерьез рассматривают и финансовые аналитики. Вполне вероятно, что, затягивая разбирательство, руководство Поволжского немецкого банка попытается вывести еще часть активов из собственности банка, как ранее попытались сделать владельцы Тюменьэнергобанка. Правда, как замечают аналитики, для других недобросовестных банкиров законодатели эту лазейку прикрыли. Использовать ее смогут только финансовые учреждения, процедуры банкротства которых были инициированы до 5 июля (то есть и WDB), поскольку именно с этого числа вступили в силу поправки в законодательство о банкротстве, продлевающие конкурсным управляющим сроки оспаривания сомнительных сделок по выводу из банков активов (вместо 6 месяцев и 1 года с момента банкротства поправками установлены сроки в 1 год и 3 года).
Как будут развиваться события дальше – покажет время. С одной стороны, прецедент отзыва лицензии у банка по итогам судебного разбирательства есть (Тюменьэнергобанк). С другой стороны, позиции ЦБ РФ в разрезе этого дела тоже довольно непрочны, в том числе и из-за ангажированности саратовской Фемиды. В любом случае ясно, что на российском банковском рынке уже создаются прецеденты «антисанации».
