Мировой финансовый кризис развеял множество иллюзий, но он же стал толчком к ускорению интеграционных процессов внутри СНГ, считает генеральный директор Финансово-банковского совета СНГ Павел Нефидов. В интервью НБЖ он рассказал о перспективах развития банковской системы, роли в ней госбанков и перспективах рубля в качестве региональной валюты.
- Павел Павлович, как сейчас функционирует банковская система СНГ? Какие в ней накопились проблемы, как они решаются?
- Торговля требует банковского сопровождения, и в основном эту нишу достаточно успешно занимают национальные коммерческие банки. В том числе - в рамках корреспондентских отношений друг с другом, хотя возникает масса вопросов по применению современных инструментов к торговому финансированию. Сектор развивается, живет в соответствии с потребностями рынка.
Второй пласт - межгосударственные финансовые структуры: Межгосударственный банк СНГ и Евразийский банк развития (ЕАБР). Сейчас они практически не являются конкурентами -как из-за разного размера, так и в силу разных задач, перед ними поставленных.
- Как я понимаю, работа Межгосбанка СНГ тормозится тем, что он серьезно недокапитализирован.
- Межгосбанк СНГ действительно не получил того финансирования, которое было с самого начала заявлено. Его капитал остался таким же, каким был, когда банк создавался в 1993 году. Речь идет о смешной цифре: 20 млн рублей. Межгосбанк выдает кредиты, но ограничения по капиталу не дают ему занять то место, которое он должен занимать. В основном банк занимается платежами в рамках СНГ.
Год назад там сменилось руководство, его возглавил профессиональный банкир Игорь Суворов, который долгие годы был президентом Московского народного банка (МНБ) в Лондоне, а до того - президентом МНБ в Сингапуре. За прошедший год в нем проведена реорганизация системы управления, и я уверен, что этот банк сможет сконцентрироваться на торговом финансировании, проведении операций с национальными валютами.
- А как обстоят дела с ЕАБР СНГ?
- ЕАБР существует относительно недавно - с 2006 года, и изначально его капитал составлял $1,5 млрд. Создан он был на двусторонней основе как российско-казахстанский, со штаб-квартирой в Алма-Ате и допофисом в Москве, и «запрограммирован» на реализацию инвестиционных проектов, носящих межгосударственный характер. Банк успешно развивается: к нему присоединились Таджикистан и Армения, и постепенно он приобретает статус банка СНГ.
Есть еще один банк, который достался в наследство от социалистического лагеря, - Международный инвестиционный банк, который сейчас работает как коммерческий. Ряд стран-учредителей банка стали членами Евросоюза. Структура контролируется правительствами или нацбанками. Но он стоит в системе несколько особняком.
Преимущества статуса
- Как вы сказали ранее, ниша межгосударственных расчетов занята коммерческими банками. Получается, что Межгосударственный или любой другой межправительственный банк-агент вынужден бороться за клиентов?
- Да, вакуума нет. Легче сказать, кто из крупных коммерческих банков, имеющих клиентуру по СНГ, не работает на этом «поле». Такие структуры, как ВТБ и ВЭБ, осуществляли плановое продвижение на рынки стран содружества, причем - особенно до кризиса - весьма успешно. У ВТБ есть дочерние банки в Белоруссии и на Украине. Решен вопрос об открытии «дочки» госбанка в Азербайджане, прорабатывается вопрос с Таджикистаном. Такая же история и со Сбербанком. ВЭБ вообще купил один из крупнейших украинских банков -Проминвестбанк. Выстраивается банковская инфраструктура, которая обслуживает пространство СНГ.
Естественно, у Межгосударственного банка СНГ должно быть конкурентное преимущество - в скорости проведения операций и в их стоимости. Определенные предпосылки для этого есть. В уставе Межгосбанка закреплен ряд позиций, которых нет в уставах коммерческих банков: статус международной финансовой организации, статус резидента в шести странах-учредителях. Это серьезные преимущества, поскольку есть возможность держать корсчета в нацбанках этих стран в национальных валютах. Предпосылки эффективно осуществлять платежи налицо, вопрос в том, как этим механизмом воспользоваться. Сейчас проработкой стратегии занимается команда менеджеров банка.
- Идет ли речь о доведении капитала Межгосбанка СНГ до какого-то приемлемого уровня?
- Он учрежден 10 национальными и центральными банками. Совет директоров состоит из председателей нацбанков, возглавляет его сейчас глава Нацбанка Казахстана Григорий Марченко. Рано говорить о том, что решение по увеличению капитала будет принято, но вопрос об этом поставлен, идут консультации. У России в силу целого ряда объективных обстоятельств останется, как мне представляется, самый большой пакет акций.
«Без сотрудничества с государством не вижу никаких перспектив»
- Невзирая на конкуренцию, проблемы с финансированием международных проектов не сняты. В чем трудности?
- «Родовое пятно» как российской банковской системы, так и банковской системы СНГ - дефицит «длинных» дешевых ресурсов. В 2006-2007 годах он ослабевал, была иллюзия, что вопрос решаем - за счет того, что привлекались дешевые деньги на международных рынках. Правда, этим смогли воспользоваться только крупные банки и корпорации. Кризис все это обрубил, сейчас надо восстанавливать систему.
На данном этапе я без сотрудничества с государством не вижу никаких перспектив. Правительства могут выступать либо соинвесторами, либо гарантами проектов, либо предоставлять их участникам определенные комфортные условия.
- Откуда у банков СНГ могут взяться дешевые «длинные» деньги при той стоимости ресурсов, которая установлена, скажем, ставкой рефинансирования в России?
- Относительно ставки не существует общих рецептов. Не так уж мало проектов, которые могут выдержать и 10% годовых, и куда большую стоимость заемных средств. Надо в каждом конкретном случае учитывать рентабельность проектов. Но каждый заемщик всегда будет говорить, что ставка для него слишком высока.
- А что такое, с вашей точки зрения, «длинные» деньги? Когда задаешь этот вопрос банкирам, они говорят про три -максимум пять лет. На «горизонт» в 25 лет вообще никто не ориентируется.
- Посткризисное время специфично. Когда человек проваливается под лед, он намокает мгновенно, а сохнет куда медленнее. Здесь та же история. Когда сидишь на месячных размещениях, три года кажутся манной небесной. Но, как говорится, жизнь заставит - банки будут увеличивать сроки. «Длинные» деньги -это, конечно, от пяти лет и более. Такие кредиты позволяют и участникам проектов, и банкам достаточно уверенно себя чувствовать.
- Европейский индустриальный банк заявляет, что у него заложены многомиллиардные лимиты на Россию и СНГ. Почему мы эти средства привлечь не можем?
- Получение денег в международных организациях связано с большим количеством факторов, а сама процедура от момента принятия принципиального положительного решения до выделения средств очень длительная, забюрократизированная. К тому же финансирование получают либо те проекты, в продвижении которых на свои рынки заинтересованы в ЕС, либо экологические проекты.
Нужны миллиарды и миллиарды
- Кто-то оценивал, какие нужны кредитные ресурсы на межгосударственные и крупные национальные проекты?
- Есть гигантская потребность в средствах. Вы не успеете свистнуть, как вырастет гора предложений, по объему равных «Капиталу» Маркса. Конечно, если их начинать «просеивать», том превратится в брошюру. Но это в любом случае миллиарды и миллиарды долларов инвестиций.
В первую очередь, конечно, речь идет о транспортной инфраструктуре, телекоммуникациях, модернизации энергетического сектора, где амортизация доходит уже чуть ли не до ста процентов, других отраслях промышленности. Я уже не говорю про социальную сферу: берем только то, что есть возможность окупить.
Государства должны выбирать приоритеты, направлять средства на финансирование программ. Но есть еще и инициативы бизнеса, который видит некие источники заработка и выходит с соответствующими проектами, требующими поддержки.
У коммерческих банков есть успешный опыт привлечения денег с международных рынков на реконструкцию, например, Новолипецкого и Западно-Сибирского металлургических комбинатов, глубокую переработку нефти и т.д.
- Сейчас много говорят о том, что кризис дал толчок к возобновлению или ускорению интеграционных процессов внутри СНГ. Вы согласны с этим или все же инициативы в рамках Таможенного союза, создания единого экономического пространства - очередная попытка выполнить пятилетку в три года?
- Нет, есть реальные подвижки. В кризис во многих странах произошло освобождение от иллюзий. В России - от иллюзии великой энергетической державы, в Казахстане - от иллюзии, что все свои проблемы можно решить с помощью манипуляций на финансовых рынках. Казахстанская система в кризис испытала настоящий шок: до депрессии она имела очень хороший доступ на западные рынки, активно набирала финансирование. Но экономика и население страны не позволяли эти средства «абсорбировать», они уходили дальше, и когда начался отлив, «корабли легли на бок». Это несопоставимо с российскими проблемами: если бы у нас банк такой величины, как БТА, объявил дефолт по международным обязательствам, это была бы катастрофа для нашей банковской системы.
Про Украину даже рассуждать особо не хочется: бесконечно фрондировать, имея множество проблем в экономике, невозможно. Прагматичный подход наконец возобладал, Украина будет более активно интегрироваться в пространство СНГ. Все спустились на землю, и стало возможным решать земные проблемы.
- Как-то незаметно, что нацбанки стран СНГ готовы к покаянию. Нацбанк Украины явно считает свои действия эффективными.
- Конечно, ни один нацбанк не признает, что неэффективно себя вел во время кризиса. Но то, что ситуация в украинской банковской системе крайне сложная, - медицинский факт.
- Как банковское сообщество может заработать на интеграционных процессах?
- Если будет стабильность, в том числе политическая, банки очень быстро нарастят объемы взаимных операций: как при обслуживании населения, так и при обслуживании торговых экспортно-импортных операций. Инвестиционная составляющая также начнет увеличиваться, и банки получат законную маржу.
- Рубль как некая региональная валюта «дозревает» или это пока только очередная иллюзия?
- Надо всегда учитывать вес российской экономики на пространстве СНГ. При планомерном развитии и отсутствии шоков рубль будет играть все большую роль и станет одной из наиболее востребованных региональных валют. Если валюта предсказуема на определенном отрезке времени, к ней возникает доверие.
- Кризис показал, что многовековые гаранты стабильности - такие как фунт стерлингов - перестали быть предсказуемыми.
- Согласен - в кризис все «константы», ранее считавшиеся незыблемыми, не сработали. Но рынок имеет очень короткую память. Если два-три года российская экономика будет показывать здоровые тенденции развития, рубль будет играть все большую роль на пространстве СНГ.
