Операция «Синдикат»

С начала года реки синдицированных кредитов, привлекаемых нашими заемщиками, заметно обмелели. По данным cbonds.ru, пусть и не исчерпывающим, за январь-февраль российские компании получили от западных банков чуть более 5,8 млрд долларов, из которых 3 млрд — заем «Роснефти». Опробовать новые условия этого рынка решились (или оказались вынуждены) другие отечественные крупняки — холдинг «Базовый элемент» (750 млн долларов) и металлурги («Газметалл» — 665 млн долларов, «Северсталь» — два займа на общую сумму 500 млн евро). По «мелочи» одолжили три банка: Мастер-банк (25 млн долларов), Росевробанк (22 млн ) и Ханты-Мансийский банк (62,5 млн). За два месяца — всего 11 сделок. Для сравнения: в первом квартале прошлого года состоялось около 40 сделок на сумму более 37,6 млрд долларов.

Нарастающий тренд притока западных денег сломлен. Хотя по итогам прошлого года синдицированных кредитов было привлечено почти вдвое больше, чем годом раньше (89 млрд долларов против 41 млрд), динамика кредитных потоков разительно изменилась. Если в 2006 году первый квартал послужил разминкой, а в последующих успех развивался, то в прошлом году ударные объемы заимствований были осуществлены как раз в самом начале, а затем лишь уменьшались — с инерционных еще18 млрд долларов в третьем квартале до 15,9 млрд — в четвертом (см. график).

Причина сокращения объемов синдицированных кредитов очевидна — мировые проблемы с ликвидностью. Но хочется понять конкретнее — их не дают или не берут? Как выяснилось, и то и другое.

Во-первых, кредиторы стали осторожнее. «Теперь синдикации стали больше похожи на клубные сделки. Если раньше они подписывались двумя-тремя банками, то сейчас семью-восемью, вплоть до пятнадцати. Потому что нет вторичного рынка таких кредитов. Есть банки, которые в зависимости от отношений с компанией и друг с другом готовы зайти на такую сделку, а без каких-то отношений, “просто так”, практически нет желающих. И если раньше реальный риск, который банки готовы брать на синдикации, мог измеряться миллиардами долларов, то сейчас максимум несколько сот миллионов», — рассказывает директор общего корпоративного финансирования ING Wholesale Banking Михаил Чайкин.

Во-вторых, условия кредитования изменились. «Ресурсы стали стоить достаточно дорого. Под LIBOR +300–500 базисных пунктов качественным заемщикам готовы давать практически неограниченно, — поясняет начальник управления аналитических исследований “ВТБ — Управление активами” Иван Илюшин. — Вопрос, готовы ли компании брать их по таким ставкам».

Заемщики в большинстве своем еще не адаптировались к новым ценам, но кому очень надо, берут и подорожавшие ресурсы. Так, в июле прошлого года «Роснефть» привлекла кредит по ставке LIBOR+50, а в феврале этого года уже под LIBOR+95. Кредит в ноябре 2006 года обошелся компании «Алроса» в LIBOR+125, а в феврале этого года чуть не вдвое дороже — в LIBOR+225. Росевробанк полгода назад занимал под LIBOR+200, в нынешнем феврале — под LIBOR+290.

Эксперты полагают, что кредиторы стали выдвигать заемщикам и дополнительные условия. Только кто ж об этом расскажет?

Что взамен?

Российские заемщики от новых условий синдицированного кредитования пока пребывают в ступоре, выйти на рынок синдицированных заимствований решились, как видим, лишь единицы. Но есть ли у компаний альтернативы привлечения средств?

Отечественные банки со всем возможным энтузиазмом взялись заполнять образовавшийся вакуум. По данным Банка России, в январе объем кредитов корпоративному сектору достиг 9,69 млрд рублей, увеличившись на 4,1%, что почти вдвое выше среднемесячных темпов прироста прошлого года (2,1%).

Абсолютная сумма выданных кредитов превысила значение на аналогичную дату прошлого года почти на 30%. Но, к сожалению, ресурсов наших банков явно недостаточно для того, чтобы заполнить провал от недополучения западных средств. Рекордная сумма январских кредитов в долларовом выражении составляет чуть больше 4 млрд. Если предположить, что наши банки не снизят темпы кредитования, то по итогам квартала получится что-то около 12 млрд долларов, что значительно ниже ежеквартальной «привычки» российских корпораций к кредитным ресурсам — 15–18 млрд долларов в прошлом году.

К тому же, перенапрягаясь в кредитовании корпоративного сектора, банки рискуют собственной ликвидностью. Опасность увеличивается еще и в совокупности с фактором сжатия денежного предложения со стороны монетарных властей. Так, по расчетам Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП), уже в середине осени прошлого года ликвидность банковской системы — отношение абсолютно ликвидных активов к их рублевым обязательствам по счетам и депозитам — составила 11%, что ниже уровня кризисного 1998 года (13%). Для сравнения: в предыдущие годы этот показатель составлял 16–17%. То есть чрезмерное рвение в кредитовании компаний ставит под угрозу устойчивость самой банковской системы.

Таким образом, для большинства заемщиков иного пути, кроме возвращения на рынок синдицированных кредитов за подорожавшими ресурсами, не существует. Как предсказывает Михаил Чайкин из ING, «нефтегазовый сектор еще придет за кредитами до конца года, там ведь предстоит большое рефинансирование госкомпаний. Рынок синдикаций вряд ли сократится. Это единственный источник крупного финансирования. Потому что бондов-то нет. На синдикациях хоть что-то можно занять, а на бондах занять нельзя уже практически ничего или по кризисным ценам».

Теоретически эксперты допускают возможность смены источника предоставления ресурсов — с европейских банков, которые сами испытывают определенные трудности, на банки стран — экспортеров природных ресурсов, например арабские, которые аккумулируют сейчас нефтедоллары и дефицита средств не испытывают. Но на практике такое перемещение не зафиксировано. Не исключено, что проводниками ликвидности Ближнего Востока выступают те же европейские банки.

Время платить

Сокращение возможностей по привлечению ресурсов совпало с необходимостью исполнения довольно объемных обязательств по старым долгам. Совокупный размер выплат по еврооблигациям и синдицированным кредитам, по расчетам ЦМАКП, составит в этом году 44 млрд долларов.

Прежде заемщики активно использовали возможности рефинансирования своих обязательств: для погашения одного займа привлекали другой. Эта практика была очень распространена и четко прослеживается в статистике: незадолго до времени погашения кредита или сразу после этого в «личном деле» заемщика появляется новый кредит, примерно сопоставимый по сумме с погашаемым.

Сейчас рефинансирование сильно затруднено, если не невозможно. И в последнее время все чаще появляются сообщения о пролонгации займов. Так, Альфа-банк пролонгировал часть кредита на сумму 340 млн долларов, привлеченного в декабре 2006 года на 12 месяцев: 214 млн долларов были выплачены банкам-участникам, а возврат оставшихся 126 млн отсрочен на год. Росбанк до конца марта погасит 60% привлеченного два года назад кредита на 100 млн долларов, а оставшиеся 40 млн планирует гасить равными долями в течение двух лет. Банк «Возрождение» пролонгировал на год кредит, который должен был погасить в марте, увеличив его сумму с 50 млн долларов до 59,75 млн.

В целом же ситуация с погашением долгов в 2008 году не вызывает опасений экспертов. По расчетам ЦМАКП, 43% выплат приходится на компании и банки, находящиеся под прямым или косвенным государственным контролем: треть от общего объема выплат придется на «Роснефть» (33%), 8% — на ВТБ, 2% — на Газпромбанк. По оценкам этого центра, достаточным запасом финансовой устойчивости и, соответственно, беспроблемными перспективами погашения задолженности обладают предприятия нефтегазовой, металлургической и горнодобывающей промышленности. Эксперты спокойны и за банковский сектор: такие крупные заемщики, как группа ВТБ, Альфа-банк, Газпромбанк, «Русский стандарт», обладают достаточным запасом прочности. А доля выплат банков, у которых высок уровень долговой нагрузки и при этом слабо сбалансирована структура активов и обязательств, будет невысока, около 6%.

Из компаний розничного сектора масштабные выплаты предстоят X5 Retail Group, где соотношение долга к операционной прибыли очень высокое — 9,17 (для сравнения: у «Роснефти» этот показатель составляет 3,13; у «Газпрома» — 3). Но в отношении этой компании аналитики уповают на высокие темпы роста розничного сектора и сильные позиции в нем должника. Гораздо большее беспокойство вызывает у экспертов платежеспособность компаний и банков так называемого среднего звена.

Помесячная долговая нагрузка неравномерна. Многие аналитики еще в начале года предупреждали: главное — пережить март, а там вздохнем свободнее. Формально пик выплат (15, 9 млрд долларов) действительно приходится на первый месяц весны. Но основной объем погашений закрывает «Роснефть» — 13 млрд долларов. Еще 9 млрд этой компании предстоит погасить в сентябре. И если очистить статистику от выплат нефтяного гиганта, то получится, что пик выплат по синдицированным кредитам еще впереди: он придется на август, когда российским компаниям придется выплатить по долгам около 4,7 млрд долларов (см. график).

Запас прочности у российских должников сейчас достаточен, чтобы гасить долги из своих средств, не прибегая к рефинансированию. Но, предупреждают эксперты ЦМАКП, результатом может стать замедление роста динамики производства и инвестиций. Например, если объем средств, отвлекаемых от инвестиционных производственных программ, составит всего лишь одну десятую от величины погашаемых в 2008 году долгов нефинансового сектора, это приведет к снижению темпов роста инвестиций в основной капитал на три процентных пункта. В перспективе, отмечает ЦМАКП, это может оказать сдерживающее воздействие на рост в некоторых кредитозависимых отраслях.