Закон о бюро кредитных историй (БКИ), вступивший в силу в июне 2005 года, отработал первую пятилетку. Хотя официально зарегистрироваться первым бюро удалось лишь в феврале 2006 года. К 1 декабря 2005-го все БКИ должны были привести свою деятельность в соответствие закону. Но вышел казус: бюро стали нарушать закон самим фактом своего существования. ФСФР – регулятор БКИ – объясняла заминку тем, что не успела разработать правила ведения реестра и другие нормативы, которые были необходимы для работы системы.
Но все это в прошлом, в котором насчитывалось около 60 «незаконных» бюро. Теперь их почти в два раза меньше, и все они «состоят на учете» – в соответствующем реестре. Когда БКИ начинали свою работу, многие участники рынка прогнозировали, что реальный эффект от них будет не раньше, чем через 5 лет: необходимо накопить достаточный объем информации. Прогнозы делались без учета затяжного кризиса. Сбылись ли они?
Кризис, затормозивший развитие кредитного рынка, снизил приток информации о новых заемщиках. Однако, по данным ЦБ, который ведет центральный каталог кредитных историй, сегодня во всех бюро страны содержится информация о 45 млн заемщиков. В общем, внушает…
Кредитование оживает, и БКИ будут все чаще вспоминать кризис добрым словом: он заставил банки стать значительно осторожнее, теперь они готовы экономить на чем угодно, только не на рисках. Конечно, степень влияния информации от БКИ на решение о выдаче кредита может быть разной. Но в любом случае взаимодействие с крупными рыночными бюро – реальная возможность снизить риски на этапе принятия кредитного решения.
Сейчас, согласно закону о кредитных историях, банки обязаны получать письменное согласие заемщиков на предоставление информации о них в БКИ. Недавно поступило предложение изменить закон, лишив потребителей права выбора. На мой взгляд, это не самая конструктивная инициатива с точки зрения развития рынка и снижения рисков. С одной стороны, любой банк может отказать в кредите заемщику, если усмотрит в его «скрытности» какую-то опасность. С другой стороны, вполне допускаю, что некоторые люди – в том числе, состоятельные клиенты – пытаются минимизировать попадание персональной информации в руки третьих лиц. Они доверяют банку, а что-то такое БКИ и с чем его едят – им разбираться не хочется.
Допустим, человек имеет положительную кредитную историю в конкретном банке и пользуется другими его продуктами. Вряд ли этот банк откажет такому потребителю в кредите, даже если он не желает подписывать согласие о предоставлении данных в бюро.
Предположим, поправку к закону примут – и у клиента выбора не останется. Возможный вред: человек не будет брать кредит вовсе, банк лишиться хорошего заемщика. Другой вариант: клиент все-таки согласится на кредит, и данные автоматически попадут в БКИ. Польза для банковского сектора? Она в этом случае не так уж высока. Ведь главная ценность бюро – это та информация, которая касается плохих заемщиков, которым выдавать ссуды нельзя.
Думаю, не стоит законодательно ограничивать людей в выборе. Тем более что со временем они будут все больше привыкать к системе кредитных бюро и к конкретным игрокам этого рынка. Их количество еще больше сократится: сейчас организации, на которые приходится примерно 95% всей информации, можно пересчитать по пальцам одной руки. Мелкие игроки конкуренции не выдержат, сотрудничать с ними для банков ради формального соблюдения закона все менее интересно.
Уже сегодня наличие положительной кредитной истории может упростить процесс получения ссуды. В перспективе «опытные» заемщики будут получать и различные финансовые преимущества. А тот, кто желает хранить свои кредитные дела в тайне – должен иметь на это полное право.
Мнение автора не является официальной позицией банка.
