Анатолий Волошин, Председатель правления ФиаБанка
Ситуация на российском финансовом рынке
Сегодня весь мир ждет, какая из стран, обладающих какой-либо производительностью, ресурсами, начнет потреблять и весь мир начнет на нее работать. Сегодня наступил некоторый застой в потреблении, все боятся. Такова психология людей, особенно в России. Почему мы не можем восстановить потребление? Потому что народ не верит государству, правительству, системе.
Если посмотреть статистику, то остатки на карточных счетах у работников АВТОВАЗа (в условиях оплаты 2/3 от оклада) в этом году выросли на 20%. То есть деньги у людей есть. Их просто не снимают, боятся тратить. И получается некий замкнутый круг. Работник АВТОВАЗа говорит: дали бы мне работу, платили бы зарплату, я бы купил телевизор. А на заводе электроники сидит рабочий и говорит: дали бы мне работу, я бы сделал телевизор, его бы продали, дали бы зарплату и я бы купил холодильник. А рабочий на заводе холодильников говорит: дали бы мне работу, я бы сделал холодильник, продали бы холодильник, заплатили зарплату и я бы купил себе "Ладу". Получается некий кризис недопотребления, при котором все сидят и ждут, когда им дадут работу.
Американцы потребили уже на два поколения вперед и сейчас не вернутся к прежнему уровню. Им теперь надо работать и отдавать долги. Сегодняшнее равновесие связано с тем, что все находятся в состоянии ожидания. Многие считали, что летом экономика США начнёт расти. На самом деле Америка не начнет подниматься. Ни летом, ни осенью, ни зимой. Никто из кризиса не выйдет, пока не будет выстроена другая финансовая система, пока не будут определены другие приоритеты.
Про банковские депозиты
У банков уже нет запаса для дальнейшего повышения ставок по депозитам. Сегодня ставки по вкладам в некоторых банках при определенных условиях достигают 16,5%. Или вот один из банков декларирует интересные условия, если посмотреть их рекламу: 18% годовых. Что такое 18% годовых? Это вклад на 3 года, с ежемесячной выплатой, с капитализацией. Если все это посчитать, то получается 18%. Но это доходность, а реальная ставка - 15%. В силу того, что банки сегодня кредитуют под 20-21%, то для того, чтобы сохранить себе маржу 4%, они могут взять деньги под 16%, максимум под 17%.
О ставке рефинансирования ЦБ РФ
Когда выступают некоторые экономисты и предлагают снизить ставку рефинансирования ЦентроБанка, я их не могу понять. Дело в том, что ставка ЦБ для региональных банков ни на что не влияет. Деньги по ставке рефинансирования даются, согласно инструкции №312 ЦБ РФ, под кредиты, выданные юрлицам. Но при условии, что показатели предприятия должны каждый квартал улучшаться. А показатели в IV и I кварталах прошлого и этого года упали. Мы не можем получить рефинансирование в ЦБ практически ни под одно предприятие. Например, мы получили рефинансирование под кирпичный завод, а у него в I квартале этого года нет сбыта. Вместо того, чтобы этому предприятию помочь в преддверии лета, когда начнется строительный сезон и оживится спрос, ЦБ нам направляет письмо с требованием вернуть деньги. И мы им вернули.
Мы берем деньги из двух источников. Основной - вклады населения. Для того, чтобы их удержать, мы повышаем ставки по депозитам. Второй источник - аукцион. Аукционные ставки, которые предлагает Минфин, ниже 15,5% сейчас не опускаются. Получается, что мы не можем дать кредит меньше 20% годовых. ЦБ может опустить ставку рефинансирования до 0 %. У нас всё равно будет 20%. Неправильно думать, что банки зарабатывают огромные деньги, декларируя ставку по кредитам 20%, поскольку под 12% мы денег не получаем. У нас сегодня из 15 млрд. р. активов, наверное, только порядка 200 млн. р. получены под ставку рефинансирования, все остальное на рыночных условиях.
Нужен ли России Банк проблемных активов?
Что такое Банк проблемных (или токсичных) активов? Например, швейцарский банк UBS избавился от токсичных активов. Каким образом? Создали специальный фонд в 60 млрд. евро, из которых 6 млрд. принадлежит правительству Швейцарии, а 54 млрд. внес банк и передал туда токсичные активы. Теперь у UBS в балансе на 54 млрд. евро ценных бумаг этого фонда, а что изменилось, если эти средства не вернутся? Создание банка токсичных активов ничего не меняет. Зато улучшает отчётность, в которой вместо проблемных активов появляются ценные бумаги, это способствует повышению рейтинга. Кроме того, под проблемные активы надо создавать одни резервы, а под ценные бумаги - совсем другие.
Будут или нет слияния и поглощения в банковском секторе России? Раньше был список социально значимых банков из 150 региональных и 50 московских. Правительство обещало помочь всем. ВЭБу дали денег, он посчитал и сказал: нет, я смогу помочь только первой сотне. Им, чтобы выжить, надо слишком много средств. Еще 1998 год нам наглядно показал, что маленькие региональные банки выжили, а большие - нет. Сейчас уже нет ни Инкомбанка, ни Агробанка, ни Менатепа... И если бы не было государственной помощи, из top-100 банков уже половины бы не было.
Когда у человека есть свой маленький бизнес, у него 500 тыс. р. кредита, он всеми фибрами души цепляется за то, чтобы сохранить этот бизнес. Он будет постепенно отдавать кредиты, а если их правильно пролонгировать, помочь ему, то он-то и будет жить и работать. Мы остановили в январе панику среди населения и к нам возвращаются вклады. У нас не накоплено ценных бумаг, мы не пролетали на валюте, потому что региональным банкам никто не давал валюту. Мы кредитуем МСБ, который борется за свою жизнь.
Если ситуация станет хуже, то падать начнут банки из top-100. Но, я думаю, клиенты при этом не пострадают, это просто будет смена собственника. Если кого-то нужно было проглотить, его уже проглотили. Но сегодня, когда на 1,5 млрд. р. капитала можно получить 150 млн. р. прибыли (это 10% рентабельности), эти банки в принципе никому не нужны. Банковский бизнес сегодня не несет большой доходности. А ликвидация или поглощение приносит только дополнительные проблемы.
Про курс рубля к бивалютной корзине
История говорит, что из двух кризисов вышли через две мировые войны. Мы и сейчас имеем вероятность выхода из кризиса через войну. Ведь доллар должен уйти в небытие, но просто так США не сдадутся. Они могут начать стрелять, нападать, провоцировать. Мы не должны на них ориентироваться. Как только мы начнем работать по-прежнему, покупать отечественные товары, начнем нормально жить, другие начнут ориентироваться на нас. Мы должны вкладывать средства в собственную экономику, ведь если будут покупаться «Жигули», тогда будут потребляться комплектующие, металл, пластмасса... Мы закрутим этот процесс и будем зарабатывать на этом. Как только мы начнём получать деньги, увеличится товарооборот, оживится внешняя торговля. К этому надо стремиться.
Пропагандистская машина говорит, что кризис в США кончился. И мы видим, как нефть поползла вверх. Но поскольку долларов напечатали огромное количество, то что должно происходить с этой валютой? Она должна понижаться, возвращаясь к 24 р., сколько она стоила до кризиса. И она начала падать. И у Центробанка начали расти резервы. И обратных тенденций пока не видно. Мы должны понимать, что и доллар и евро будут пытаться вернуться в исходное состояние. Доллар должен стоить меньше 24 рублей, потому что его еще напечатали. И к своим 33 рублям вернется евро. Поэтому нет никакого смысла сегодня покупать валюту.
Роль региональных банков в процессе становления малого и среднего бизнеса
Антикризисные меры правительства предусматривают множество мероприятий для поддержания малого и среднего бизнеса. При этом определилась некоторая проблема: бизнес не подготовлен к тому, чтобы брать кредиты и цивилизованно развиваться. Уровень финансовой грамотности предпринимателей, особенно до кризиса, был достаточно низким. Легче было рассматривать как партнера уже действующее предприятие. Поэтому малым бизнесом никто не занимался.
Мне кажется, что многие региональные банки сейчас выбрали как стратегическое направление именно работу с МСБ. По крайней мере, в ФиаБанке создано специальное управление, мы разговариваем на эту тему и с областным, и с федеральным правительством. Нами создан венчурный фонд, мы заключили с самарским правительством договор на гарантии по кредитам, выдаваемым малому и среднему бизнесу. Реально мы уже не хотим, не можем и не пойдём в большой бизнес. Лучше мы сейчас потратим силы и энергию на то, что бы научить МСБ развиваться.
Интересно, что Самарское правительство еще 2 года назад выделяло 2 млн. рублей на гарантии под кредиты МСБ. Но ими не было использовано ни копейки, не дано ни одной гарантии. Месяц назад мы заключили с ним соглашение, и сейчас нарабатываем формы сотрудничества, ищем проекты для инвестиций. Также, как когда-то учили людей потребкредитованию, ипотеке, пластиковым картам, сегодня мы пробуем учить малый бизнес правильно жить и правильно получать кредиты.
