Продолжение. Начало: Короли финансового капитала. Джон Рокфеллер.
Если хочешь разорить своего друга – подари ему на день рождения фотоаппарат.
Русская народная мудрость.
Поначалу нам и в голову не могло прийти, чтоб с помощью допотопной фотостудии и десятка жалких актрис, набранных из дешёвых борделей, можно заработать такие деньги. Деньги на порядок выше, чем теперь зарабатывают сенаторы и правительственные министры. Нам всем давно уже пора открыть глаза на то, что сегодня порнографы – богатейшие люди этой планеты из числа самых наглых и беспринципных.
Из обвинительной речи по делу руководителей журнала “Hustler” корпорации LFP.
В истории существует невероятно малое количество людей, которые были бы способны низвергнуть в умах масс столетиями формирующиеся и крепнувшие стереотипы. Ещё меньше в ней тех, кто при помощи каких-то своих собственных личных качеств, пренебрегая всеми нормами морали, нравственности и публичного права, сумел создать себе репутацию непримиримого борца за гражданские свободы и нового мессии, попутно нажив огромное состояние, оцениваемое на сегодняшний день в сотни миллионов долларов. Одно дело, если подобное случается в России, стране, где человека привыкли судить больше по правде и справедливости, недоверчиво избегая вменения, содержащегося в законе (первый источник права на Руси так и назывался “Правдой”). И совсем другое – в Америке, государстве, где любовь и уважение к закону воспитывается в людях с начальных классов общеобразовательных школ, а правовой нигилизм отвергается, как несуществующий в природе американского сознания. Тем не менее, это случилось именно в Америке. С человеком по имени Ларри Флинт.
Что такое американская мечта? Американскую мечту лелеяли и лелеют многие поколения коренных и вновь прибывших в страну американцев, начиная с маргиналов и беглых каторжников эпохи первых испанских конкистадоров, обосновывая её с разных точек зрения – экономической, националистической, эстетической, и даже с художественной. Все они сходились в одном – американская мечта это и есть всенародная американская идея. По примеру идеи русской, баварской или даже китайской, но только куда более занимательнее и презентабельнее. Недаром порядка сорока процентов кинематографических лент производства студии Голливуд, по подсчётам американской киноакадемии, посвящено именно этому феномену человеческого сознания и бесчисленным идеям, авантюрам и бизнес-планам по воплощению этой мечты в жизнь. В самом общем виде смысл термина “американская мечта” можно представить в виде современного перифраза известного библейского постулата, гласящего, что “кто был никем – тот станет всем”. Не имея за душой ничего, кроме невероятных по размерам родительских долгов, и репутации законченного неудачника, в жизни трудно чего-либо добиться. Но только не в Америке. В Америке возможно всё, и даже больше. И это далеко не псевдонаучная теория. Правда, за всю историю существования Штатов, подтвердить её на практике удалось считанным единицам. Одним из таких редких счастливчиков, безусловно, является Ларри Флинт, человек, чьё имя для многих американцев ассоциируется с духом гражданских свобод.
Ларри Флинт родился в городке Макгоффин, штат Кентукки, США, 1 ноября 1942 года. Семья Флинта, о которой он впоследствии всегда предпочитал умалчивать, была небогата, и по этой самой причине не могла позволить своему сыну ни сытого детства, ни счастливой юности, ни мало-мальски достойного будущего. Своё финальное образование он получил уже в средней школе. Кроме этого, отец и мать Флинта исповедовали популярное в той местности религиозное направление протестантизма - баптизм. Наверное, именно поэтому ребёнок, предпочитавший школе и церкви (о семье не могло быть и речи по причине постоянного пребывания родителей в церковных приютах) весёлую компанию друзей, очень скоро направил все свои старания в противоположную от родительских интересов сторону. Живой характер и пытливый ум взрослеющего Флинта никак не мог смириться с душной атмосферой протестантского общества. Несколько позже Флинт скажет: “Ранее протестантская церковь дала свежий и живительный глоток воздуха нам и нам подобным американцам, теперь она – виселица для всего прогрессивного американского общества”.
Действительно, загнивая в неблагодарном труде, беспросветной нищете и молитвах, городки наподобие Макгоффина могли напоминать язвенные раны на теле богатеющего в то время государства. Единственными развлечениями молодого Флинта в этом “ангельском сумбуре и алчном хаосе” (по его словам) стали многочисленные побеги вместе с друзьями и знакомыми из дома. Ни о какой живописи и фотографии, явившихся впоследствии самой большой страстью в жизни Флинта, тогда не могло быть и речи. Окончив восемь неполных классов захолустной муниципальной школы, Ларри понял, что перспектива “стать человеком” разваливается на глазах, столкнувшись с безденежьем и невежеством родителей. Дальнейшее образование, как, впрочем, и путёвку за пределы церковно-приходской общины, можно было получить только в одном месте. Поэтому мать, желавшая сыну “большой дороги”, отправила его служить генералам армии Соединённых Штатов Америки. В сухопутных войсках пятнадцатилетний милитарист прослужил не долго, после чего был направлен на флот, где получил образование военного инженера и далеко не общее представление о трудностях походной жизни.
Однако продвигаться по карьерной лестнице военно-морского специалиста Ларри не стал. Сошедши на берег с несколькими тысячами долларов, скопленных годы службы на флоте, Флинт мечтал приобрести известность и разбогатеть уже в самом ближайшем будущем. Свой бизнес Флинт начал с организации стриптиз–клуба, в котором стал занимать должность главного администратора. Вскоре зона “администраторской” деятельности Ларри Флинта распростёрлась на Кливленд, Алабаму, Колумбию, Дайтон, Толедо и Акрон. Несмотря на это, общая доходность бизнеса оставляла желать лучшего, и Флинт стал искать дополнительные источники заработка.
70-е годы были временем крупных перемен, как в сфере предпринимательства, так и в сознании американского народа. Мир стоял в преддверии совершенно нового, информационного будущего. Будущее было за средствами массовой информации и индустрией развлечений. Такие люди, как Ларри Флинт прекрасно это понимали.
Поэтому знакомые посоветовали ему заняться порнографией. Порнография и порнографический бизнес всегда представляли собой большую проблему, как для общества, так и для их владельцев. Одновременно с этим, по своим дивидендам такой бизнес, может соперничать с бизнесом оружейным и даже банковским.
Исследовав данный рынок, Флинт пришёл к выводу, что основными потребителями печатных эротических материалов, лидером среди источников которых без сомнения являлся “Playboy”, были представители так называемого среднего класса. И так как Флинт прекрасно понимал, что соперничать с таким гигантом, как “Playboy” ему не удастся, то средний класс в качестве целевой аудитории не рассматривался. Эта ниша была для него закрыта. Зато свободным с точки зрения сбыта и потребления оставался пролетариат – класс, несравненно больший по численности и с несколько иными, отличными от прослойки “белых воротничков” интересами. Необходимо было разработать совершенно новую и кардинально иную концепцию издания категории XXX. Помня о том, что всё гениальное просто, Флинт с товарищами решили, что чем журнал грязнее – тем для журнала и лучше. Главным слоганом издания явилась фраза с вывески на дверях кливлендского стрип-клуба - “Грязно, Весело, Цинично”. Так на свет появился легендарное и во всех отношениях культовое чтиво, способное привлечь внимание не только клерков с Уолл-стрит, ценителей модной прозы и голливудских продюсеров.
Начиная с середины 1973 года, он с небольшой группой единомышленников, среди которых значился главный спонсор Флинта на всём протяжении его творческого пути, банковский клерк среднего звена Томас Фрай, стал вести бесплатную почтовую рассылку материалов эротического содержания с пресс-релизами и рекламой журнала, планируемого в скорейшем времени. Одновременно с этим Флинт успевал руководить растущей сетью клубов, вся прибыль от функционирования которых теперь уходила на развитие рассылки. Словом, 70-е годы явились для будущего порно-короля горячей порой. Практически без сна и отдыха, за день он мог посещать до восьми городов.
Бесплатная рассылка порнографической рекламы быстро принесла ожидаемые плоды. Многим бизнесменам данная идея пришлась по вкусу. Спустя несколько месяцев у творческой группы Флинта появились первые заказы на размещение рекламы на страницах рассылки. К тому же, из Колорадо поступило официальное предложение типографии “CtateAirColor”на издательство и тиражирование нового журнала. Середина 1974 года была ознаменована выходом в свет полноценного номера журнала “Hustler”. К концу 1975 года тираж журнала достиг 500 тысяч. Через два с половиной года возможность осуществить полугодовую подписку на свежие выпуски “Hustler’a” имел уже каждый четвёртый американец.
Формально ничем противозаконным Флинт в то время не занимался. Художественная эротика и здоровый натуризм по закону штата Кентукки были разрешены, если фотографические изображения снабжались словесными комментариями (обоснованием появления изображения на страницах), а две трети объёма печатного издания занимала текстовая информация. Флинт знал о существовании запрета и старался соответствовать всем требованиям закона. Сам сочинял тексты, придумывал и рисовал коллажи и пародии на политических лидеров США и других государств. В общем, как только мог, заполнял эти злосчастные и противозаконные “две трети” просторов журнальных страниц.
Так или иначе, но против Флинта и его дружной команды в 1975 году было возбуждено уголовное дело, где он со своей подругой детства и нынешней возлюбленной Марлой Крантен проходили главными обвиняемыми в нарушении пункта 7 Закона штата “Об общественной нравственности”. Упомянутый пункт гласил, что обнажённое человеческое тело или его фотографическое изображение, будь то тело мужское или женское, не подлежит публичной демонстрации в местах возможного появления лиц, не достигших 18 лет. И постольку, поскольку Флинт не имел ни малейшего понятия о том, где и, главное, среди кого распространяются его аморальные брошюры, он признал сам факт нарушения публичного законодательства и согласился присутствовать на судебном процессе в качестве обвиняемого. Однако в подтверждение своего права на рассылку почтовых сообщений Флинт привёл пункт 17 Закона “О почтовых сообщениях”, где говорилось о том, что никакие внешние обстоятельства (в том числе и прямые запреты, содержащиеся в законодательных актах Штата) не могут послужить препятствием для отправки сообщения. В этот раз суд целиком и полностью принял сторону Флинта, вынеся оправдательный приговор по делу.
Впоследствии Флинт неоднократно демонстрировал копию решения суда служащим общественных организаций и прокуратуры, заявляя, что отныне на его стороне не только миллионная аудитория, но и вся судебная система Соединённых Штатов. Это была его первая в череде многих настоящая победа.
Постепенно к Флинту начинает приходить известность: его предаёт анафеме глава баптистской церкви Макгофина, неизвестный дотла сжигает один из его клубов, против него возбуждают уголовное делу по факту незаконного хранения огнестрельного оружия, а его почтовый ящик берёт на штурм бесчисленное количество анонимок с угрозами скорейшей расправы. Однако все эти внезапно свалившиеся на голову напасти только укрепили уверенность опального издателя в том, что он движется в правильном направлении по пути к своей мечте. В 1979 году Флинт увеличивает общий тираж издания до 4,5 миллионов экземпляров.
“Hustler” явился для своего времени настоящим откровением. В то время как политиканы из Белого Дома и Пентагона усердствовали над устройством преград распространению “красной чумы” с Юга и Востока, Флинт вершил свою собственную громкую революцию прямо у них под носом. Широкая общественность и политические круги Америки были потрясены. Культурный шок от происходящих вокруг изменений очень скоро сменился массовым консолидированным движением проправительственных публицистов, церковников и политиков в поддержку массовых акций “За нравственность” и “Против порнографии”. В числе первых “под раздачу” блюстителей морали попал Флинт.
В деле “Народ против Ларри Флинта” стороной обвинения использовался так называемый трёхсторонний (триединый) тест Миллера, использованный ранее в судебном процессе “Миллер против штата Калифорния” и приглянувшийся судьям и экспертам своей простотой и незатейливостью. Теперь для признания Флинта виновным в нарушении нормы о нравственности, обвинителям требовалась установить три простых факта. Во-первых, способность вызывать у среднестатистического гражданина Америки при ознакомлении с материалами издания чувство сексуального возбуждения при условии получения этим гражданином традиционного образования и отсутствия у него психических и физиологических отклонений. Во-вторых, наличия в рассматриваемом материале детальной сцены полового акта. И, наконец, отсутствия у материала какой-либо художественной и общественно-политической ценности.
По сути, все вышеприведённые атрибуты полностью соответствовали фактическому содержанию “Hustler`а” и характеризовали его с самой что ни на есть высокой степенью объективности. Сам Флинт в книге “Секс, ложь, политика: голая правда” по этому поводу высказался, что о лучшей рекламе своего скандального журнала он и мечтать не мог. Действительно, если раньше на все попытки Флинта заявить о своём детище в любом более или менее уважаемом и популярном издании ему отвечали возмущённым отказом, то теперь о “Hustler`е” и его бесстрашном лидере трубили передовицы ведущих газет Америки. Поэтому, невзирая на конечные итоги процесса, Ларри Флинт выиграл в нём уже с первых дней заседаний. “Народ против Ларри Флинта” стал образцом того, как нельзя вести себя с судьями и как нужно обращаться с прессой.
Следующим, кто “покусился на свободу слова”, был Джерри Фалуэлл, подавший иск к “Hustler`у” с требованием выплатить 40 с небольшим миллионов долларов в качестве моральной неустойки за издевательское изображение его на страницах журнала. Суд иск в части моральной неустойки отклонил, однако обязал Флинта публично извиниться перед проповедником. Извинения для Фалуэлла было достаточно, так как это открывало путь к дальнейшим тяжбам с порнографом.
Тем не менее, Джерри Фалуэлл рано спешил праздновать победу. В 1987 году Флинт посвящает Фалуэллу целый разворот своего журнала, изображая того в ещё более нелицеприятном свете. В это же время при содействии его старинного единомышленника и кредитора Томаса Фрая Флинт составляет и подаёт в Верховный Суд США гражданский иск, направленный против Фалуэлла, действия которого, по мнению заявителя, нарушают свободу слова в США. Не последнюю роль в этом деле сыграл известный адвокат Ален Айзекманн. Суд состоялся в 1988 году. На сей раз извинений пришлось просить проповеднику. Это не было рядовой победой в отдельно взятой битве, Флинт одержал верх в целой войне. Общественность и прокуроры капитулировали раз и навсегда. Церковное сообщество заговорило о близком конце света и тысячелетнем царствии дьявола на Земле, демократические газеты спешили возвестить миру об окончательной и безоговорочной победе свободы слова в США. Собственно, именно с окончанием судебного процесса “Hustler” против Фалуэлла” избитый лозунг времён Гражданской Войны “Говорить и писать в Америке можно всё, что угодно” перестал быть идеологической химерой и приобрёл насущную значимость. К тому же на примере “Hustler”судопроизводство США доказало всем, и не в последнюю очередь своим собственным распорядителям из американского правительства, что оно способно отвечать принципам независимости, гласности и равенства сторон.
Сейчас имя Ларри Флинта принято ставить в один ряд с такими общепризнанными “королями жанра”, как Хью Хефнер и Боб Гуччионе, отцами – основателями империй “Playboy” и “Penthouse”. Объединённые одним определением “порнографы”, эти люди отличаются друг от друга как небо и земля. Ларри Флинт – человек не только интересной, но ещё и крайне сложной судьбы. Интересной и сложной в том смысле, что далеко не каждому удаётся выйти целым и невредимым из-под пресса официальной идеологии, цензуры и “независимого” правосудия. Всё, что он имеет на сегодняшний день – плод его заслуг и ничьих больше. В отличие от Флинта, тем же самым Хефнеру и Гуччионе всё давалось гораздо проще.
К примеру, яркий представитель "золотой молодёжи" Америки Хью Хефнер не вкусил всех прелестей обременённой физическим трудом жизни в забытом богом захолустье. Сын обеспеченных родителей, он не служил в американском флоте и не познал творящейся там атмосферы муштры и мордобоя. Будущее сулило Хефнеру исключительно беззаботную жизнь. Соответственно, и начальный капитал у него тоже имелся. Имелся в том размере, который был слишком мал для монопольного захвата какой-либо стратегической отрасли, и слишком велик для того, чтобы его можно было в одночасье “спустить” на увеселительные мероприятия. Поэтому Хефнер стал упорно искать сферу вложений для своих денег. На стремительно растущей волне популярности американской народной забавы под названием “сексуальная революция” Хефнером и его сподвижниками было решено заняться издательским бизнесом, в котором тот, впрочем, преуспел как никто другой.
Непреодолимые различия наблюдались и между идеологиями издаваемых этими людьми журналов. Один из судей процесса “Движение “Святой общины” против Ларри Флинта” сказал: “Если сравнить всенародно любимый и обожаемый хефнеровский “Playboy” и не в меру ненавидимый всеми флинтовский “Hustler”, можно будет констатировать их схожесть. Если же начать сравнивать “Hustler” с “Playboy`ем”, то у вас ничего не получится, потому что “Hustler” – это нечто большее, чем обычная порнография”.
Размещение на страницах журнала порнографических материалов – лишь одна сторона деятельности Флинта, причём, как надо полагать, не самая основная. Другая сторона состояла в жёсткой политической сатире и стремительной реакции на происходящие в обществе события. Под прицел острых информационных выпадов Флинта попадали все ненавистные ему персонажи, и, в первую очередь, политики, государственные судьи и церковные деятели. Изображая их в нелепых ситуациях и аморальном облике, Флинт тем самым заставлял своих читателей смеяться над теми, кто ещё вчера считался неприкосновенным и почитаемым небожителем. Объекты флинтовских насмешек и издевательств старались отплатить неуёмному публицисту той же монетой. Именно по этой причине и разгорелась та самая война мнений, судебных исков и взаимных обвинений, сопровождавших Флинта на протяжении долгих десятилетий.
Стоит отметить, что “Hustler” изначально превосходил по своей стоимости все прочие американские издания схожей тематики. Когда Флинта однажды спросили, отчего его откровенно низкопробный журнал продаётся дороже, чем “Playboy”, на страницах которого помещаются фото ведущих звёзд Голливуда и печатаются творения известнейших авторов Америки, Флинт, ответил, что ему требуется содержать огромный штат адвокатов, стоящих на защите свободы слова. Устанавливая чрезмерные расценки на своё “дешёвое” издание, он серьёзно рисковал. Такая ценовая политика грозила обернуться для LFP полнейшим финансовым крахом. Однако расчёт Флинта оказался верным. Очевидный минус высокой стоимости с лихвой компенсировался не менее очевидным плюсом высокой степени востребованности журнала в среде читателей. Большую популярность “Hustler`а” объяснялась тем, что журнал давал подписчикам именно то, что, собственно, и требуется от подобного рода изданий. До крайности откровенный и до неприличия комичный “Hustler” был не похож ни на что вокруг.
Сам Ларри Флинт часто любит сравнивать себя с автомобильным магнатом Генри Фордом. Вскользь брошенное Флинтом в середине восьмидесятых годов прошлого столетия заявление о том, что именно изучение документальной биографии Форда сформировало его как личность и успешного бизнесмена, послужило формальным поводом для многократных обвинений его в расизме и национальной нетерпимости. Обвинений, впрочем, несправедливых и клеветнических. Отличие морального и идеологического обликов этих людей не просто велико – оно огромно. В действительности Флинт походит на Форда настолько, насколько вообще эпатажный расточитель и приверженец анархических свобод может походить на мнительного скупердяя и горячего поклонника политики НСДАП. Но, несмотря на ту пропасть, которая разделяет этих двух богатейших людей планеты, в одном они действительно схожи. Подобно тому, как Форд однажды запустил в производство массовую серию автомобилей “для простых американских семей”, так и Флинт стал издавать мужской журнал под негласным клише “для простых людей”.
Список литературы:
1) Ларри Флинт: “Секс, ложь и политика. Голая правда”.
2) Ларри Каражевски: “Народ против Ларри Флинта”, сценарий для фильма Милоша Формана, написанный по документальной хронике жизни Флинта и его окружения.
