Олег Иванов, вице-президент Ассоциации региональных банков России
Несмотря на это, «письмо пяти» продолжает оставаться одной из тем, горячо обсуждаемой в кулуарах. И хотя предметом таких обсуждений зачастую становится будущее конкретных персоналий, а не интересы дела (банковского), инициаторам обращения можно быть благодарным уже за то, что в повестку общественного обсуждения выносится вопрос о будущем банковской системы, месте и роли банковского сообщества в развитии страны. Тема ответственности банкиров за судьбу отечественного финансового рынка четко прослеживается по всему тексту обращения. Тем огорчительнее обнаруживать досадные ошибки и ляпы, которые портят общее впечатление и, как представляется, вредят делу (объединения).
Ошибка адресата. «Письмо пяти» адресовано президентам двух банковских Ассоциаций. В нем содержится призыв к слиянию этих общественных объединений. По адресу ли направлен этот призыв?
Банальная истина: обсуждение объединения банков или любых других бизнесов является прерогативой их собственников. Бессмысленно направлять предложение об объединении в исполнительные органы или топ-менеджерам. Тем более странно направлять топ-менджерам письмо о том, чтобы они передали собственникам предложение об объединении. Реальными стейкхолдерами обеих Ассоциаций было и остается банковское сообщество, что бы там ни говорили. Ни Тосунян, ни Аксаков не являются «собственниками» представляемых ими ассоциаций. Важнейшую роль в функционировании механизма управления и принятии стратегических решений играют советы ассоциации. В их работе принимает участие активная часть банковского сообщества. Более пассивные члены проявляют себя раз год, посещая годовые собрания и акцептуя подготовленные советом решения. Советы ассоциаций - коллективы активных и ответственных банкиров - вот, кто реально может принять и провести в жизнь решение об объединении. Именно их членам великолепная «пятерка» должна была адресовать свое обращение. Любой региональный банкир, получив личное обращение Грефа со товарищи, крепко бы призадумался, остро ощутив чувство сопричастности и личной ответственности за судьбу российской банковской системы. Одно это обстоятельство гарантировало бы подписантам половину успеха. Вместо этого, манкировав корпоративной логикой и продемонстрировав отсутствие такта, письмо адресуется «наемным менеджерам», которые воспринимают его скорее как приглашение «на выход». В единой ассоциации число руководящих кресел будет ровно в два раза меньше, чем в двух самостоятельно существующих. А значит, для президентов обращение ровно на 50 процентов является предложением об увольнении. Можно ли при таком раскладе рассчитывать на их конструктивное сотрудничество в дальнейшем?!
Хуже того, выбор подписантами адресата обнаруживает бюрократическую логику государственных банкиров. В выстроенной административно-властной вертикали для того чтобы «решить вопрос», следует писать «главному» (чиновнику). Видимо, именно так были оценены авторами письма фигуры президентов. Хотя в действительности ни тот, ни другой не являются распорядителями судеб представляемых ими объединений. Пожалуй, именно этот чиновный душок и остается самым тревожным послевкусием обращения. Не идет ли в нем речь о приглашении банковскому сообществу объединиться в некое «министерство по банкам», в котором каждый из банкиров будет чувствовать себя всего лишь маленьким винтиком международного финансового центра, вращаемым по указанию главного чиновника? И кто будет номинирован (но не выбран) на это место?
Ошибка формы. Авторы обращения высказывают идею «объединения ассоциаций в единую структуру» и «избрания единых органов управления». «Параллельное сосуществование» двух банковских ассоциаций объявляется чуть ли не тормозом «эффективного движения» к ВТО и международному финансовому центру. Уместна ли такая безапелляционность? Не является ли заявленный подписантами без какого-либо обоснования тезис как минимум спорным?
По сути, банковскому сообществу предлагается ликвидировать обе ассоциации (ровно по завершению торжественного празднования 20-летия создания и успешной деятельности как АРБР, так и АРБ), а на их останках создать новую «единую структуру». По крайней мере, в письме не содержится никаких признаков того, что одна из ассоциаций должна присоединиться к другой. Следовательно, речь идет о слиянии, которое по закону сопровождается последующей ликвидацией обеих существующих ассоциаций. Досадно все-таки, вот так, без подготовки, взять и ликвидировать то, что создавалось на протяжении двух десятилетий. Тем более неуместно звучит это предложение для банков - членов ассоциации «Россия». Ведь высказывающие его госбанкиры не являются ее участниками, не имеют и не имели отношения ни к ее созданию, ни к ее деятельности. Минимальные правила этикета предписывают: перед тем как проводить гостя, поблагодарить его за визит и совместно проведенное время. В обращении отсутствует даже намек на то, что деятельность банковских ассоциаций приносит или хотя бы приносила пользу банковскому сообществу. Дорогие банкиры, давайте уважать труд друг друга!
Теперь о количестве банковских ассоциаций. Даже самый поверхностный анализ зарубежных рынков от США до самых до окраин позволяет убедиться во множественности (общенациональных) банковских союзов и объединений, что не мешает не только функционированию финансового рынка, но и членству в ВТО. Взять хотя бы пример близкой нам по духу Германии. В ней благополучно процветают пять самостоятельных банковских союзов: Союз частных банков, Союз кооперативных и народных банков, Союз ипотечных банков, Союз сберкасс и, наконец, Союз земельных (читай, государственных) банков. Исходя из специализации, организационно-правовой формы и вида проводимых операций, банковское сообщество Германии (страны с универсальной банковской системой!) объединилось по интересам. И ничего, живут. Никто не ставит вопроса о замедлении развития и необходимости объединения.
Нетрудно заметить, что близкая по содержанию «специализация» банковской деятельности постепенно складывается и в России. Сформировался мощный слой государственных банков (федеральной и субфедеральной принадлежности). Упрочили позиции частные банки федерального и регионального (земельного) масштаба. Действует несколько по факту специализированных ипотечных банков. Формируется группа кредитно-финансовых институтов автопроизводителей. Всех их объединяют общие корпоративные интересы, которые могут удовлетворяться, в том числе, в рамках самостоятельных банковских объединений. А может, авторы обращения предлагают создание «многопалатного» банковского объединения, решения в котором будут приниматься при одобрении каждой из «палат», что гарантирует учет интересов всех групп банков? Про это в обращении не говорится ни слова.
Ошибка процедуры. Подписанты письма ратуют за немедленное объединение и создание единой структуры, не делая никаких ссылок на процедуру, последовательность, этапность. Всё и сразу! Варианты объединения усилий (но не структур), координации (хотя бы на первом этапе) отвергаются с порога. Возможно ли заменить объединение структур объединением усилий?
Пример опять же дает Германия. Все названные выше банковские союзы объединены в единую структуру − Центральный кредитный комитет, созданный аж в 1932 году. Этот орган объединяет и координирует усилия профильных федеральных союзов, ведя работу в рамках комитетов по надзору, банковской практике, ценным бумагам, налогам, стандартизации платежного оборота и карточных платежей, конкуренции.
В российских условиях очень хочется назвать подобный орган Национальным банковским советом, в рамках которого банковские ассоциации могли бы объединить свои усилия. Однако, этот термин уже занят, и вместо него можно предложить наименование «Общероссийский банковский совет (комитет)». Не исключено, что со временем на базе этого совета-комитета может быть запущен следующий этап объединительного процесса − объединение структур. Для того чтобы это произошло, в Общероссийский совет-комитет должны войти не руководители ассоциаций, а банки, их активные участники. Политического и финансового ресурса каждого из подписантов (даже по одиночке) вполне достаточно, чтобы обеспечить функционирование объединенной структуры. Речь идет не о том, чтобы ломать то, чего сам не строил, а об образовании желанной единой структуры и достижении заявленной цели в два этапа (включая, организационно-подготовительный) без лишних жертв и лишений. Создание новой структуры, учредителями которой выступят банковские ассоциации, означает появление новых руководящих постов, что позволит не только снять существующие опасения конкретных персоналий, но и создать дополнительные стимулы для «эффективного движения» (такова российская действительность).
Ошибка содержания. Государственные банкиры готовы замахнуться на самый широкий контекст, размышляя о ВТО и МФЦ. Неужели, исключительно банковским объединением (миром) возможно преодолеть все препятствия и преграды? Ограничивается ли повестка лишь собиранием под общим знаменем кредитных организаций или на следующем этапе в единую структуру будет предложено влиться брокерам, управляющим, страховщикам?
Обращение не дает ответа на этот вопрос. Однако, подготовленный проект Стратегии развития банковской системы до 2015 года предлагает смотреть на мир значительно шире. Более трех страниц текста новой Стратегии посвящено так называемым «некредитным финансовым организациям». Речь идет о профессиональных кредиторах (кредитных кооперативах, микрофинансовых организациях, ломбардах), на которых возлагаются особые надежды правительства в части кредитования малого и микро- бизнеса. В течение 2008-2010 годов парламент принял специальные законы, которые регулируют деятельность названных финансовых посредников. Стратегия идет дальше, объявляя курс на эволюционное построение трехуровневой банковской системы. Ее нижний, третий, уровень будет сформирован организациями, которые в Российской Империи, именовались учреждениями мелкого кредита и составляли количественное большинство.
Резонно возникает предложение пригласить в Общероссийский кредитный совет-комитет (правы все-таки немцы, назвав свой Центральный комитет кредитным, а не банковским) не только банковские ассоциации, но и сообщества учреждений мелкого кредита. Ущемит ли это гордость (самость) банковского сообщества? Вряд ли. Коль скоро соответствующие учреждения уже пробрались в банковскую стратегию. А вот вопросы правового арбитража и симметричного регулирования, сидя за одним столом с «братьями нашими меньшими», решать будет проще. Банкирам давно хотелось узнать, чем банковский депозит отличается от займа, который МФО получает от физического лица. Вот, представился удобный случай.
В лице новой структуры российский кредитный рынок найдет организационную идентичность. Вслед за этим, двигаясь к мегарегулятору, можно подумать о формах включения в объединительный процесс брокеров и управляющих (здесь немцам можно позавидовать, они обходятся без детищ ФСФР), а также страховщиков: достойное занятие для крупнейших банков, имеющих в составе банковских групп по нескольку таких компаний.
Ошибка идентичности. А все-таки, кто обратился к президентам двух банковских ассоциаций, банкиры или государственные мужи?
Вот уже несколько дней комментаторы ломают голову над этим вопросом. Если банкиры, то почему в порядке расширения представительства в подписанты не были приглашены «знаковые» фигуры, представляющие всех группы банков - иностранцев, регионалов, ипотечников. Если государственные мужи, то при чем тут Альфа? (кто-то улыбается).
Не секрет, что со стороны населения государственные банки смогли заручиться повышенным доверием в посткризисный период. Коммерческие банкиры были ли не прочь хоть как-то «прильнуть» к государственникам, чтобы поймать пусть небольшую часть этих флюидов. Социальная ответственность государевых банкиров должным образом оценена не только гражданами, но и крупным бизнесом. Хорошее начало, для того чтобы выступить центром притяжения. Но не тут-то было. Прямым следствием растущего доверия граждан в отношении государственных банков становится рост недоверия со стороны коллег по цеху, тех же банкиров, которых зовут к единению. Всегда ли выдерживаются принципы равной конкуренции, равного доступа к административному ресурсу, финансированию и фондированию - все эти сомнения на раз проносятся к голове частного собственника. Зовут ли нас на общий пир в качестве гостей или угощения? Ничего не ответила рыбка…
* * *
Искренне хочется надеяться, что допущенные авторами обращения ошибки являются лишь признаком спешки, неловкости исполнителей, неполного понимания принципов работы общественных банковских объединений. В конце концов, государственные банкиры не обязаны быть специалистами во всех науках. Это значит, что названные недочеты будут устранены. До 5 апреля достаточно времени, чтобы провести работу над ошибками, а затем вынести вопрос на очное обсуждение в максимально выверенной постановке. И тогда успех объединения структур (или хотя бы объединения усилий) будет обеспечен.
P.S. Мнение автора является экспертным и не является выражением официальной позиции Ассоциации региональных банков России.
