Выбирая тему для очередной колонки, я обычно просматриваю для начала «законопроекты по датам последних событий» на сайте «Автоматизированная система обеспечения законодательной деятельности». Очень удобно – законопроекты выкладываются в сопровождении пояснительных записок, решений, заключений и постановлений. А иногда можно узнать о некоторых новостях раньше, чем даже «Ведомости» и «КоммерсантЪ».
В этот раз, увидев в перечне законопроект № 194784-5 «О внесении изменений в Федеральный закон «О валютном регулировании и валютном контроле» (об уточнении понятия «близкие родственники» для целей Федерального закона «О валютном регулировании и валютном контроле»), я сразу встрепенулась, как старый боевой конь при звуках трубы. Неужели разберутся законодатели, наконец, с этой проблемой?
Впервые я озадачилась этим вопросом при написании внутрибанковского Положения о порядке осуществления валютных операций. «Близкие родственники» в Федеральном законе № 173-ФЗ упоминаются трижды: в пункте 17 части 1 статьи 9 (валютные переводы со счета как один из видов разрешенных валютных операций между резидентами), пункте 2 части 3 статьи 14 (дарение валютных ценностей) и пункте 14 части 4 статьи 23 (о видах документов, которые могут запрашивать агенты валютного контроля). Но только в первом случае дается определение этого понятия: родственники по прямой восходящей и нисходящей линии (родители и дети, дедушка, бабушка и внуки), полнородные и неполнородные (имеющие общих отца и мать) братья и сестры, усыновители и усыновленные.
Наверное, в двух других случаях значение то же – решила я, и вынесла определение близких родственников в раздел «Термины и определения». Хотя довольно странно, что в законе не написано что-то вроде «(далее – близкие родственники)», как это обычно бывает в нормативных документах.
Далее случился в нашем банке небольшой конфликт с клиентом, который непременно хотел отправить теще валютный перевод. Операционистка тыкала ему под нос Закон о валютном регулировании, а он кричал, что любимая мама жены – самый близкий его родственник, и никакие законы его в этом не разубедят, и отправлять перевод в рублях он не будет, потому что потеряет на конвертации, и размахивал свидетельством о браке. Дошел аж до главного бухгалтера. Но отправить желанный перевод так и не смог.
С этими близкими родственниками вообще, как выяснилось, жуткая путаница. Во всех законодательных актах даются разные определения этого понятия.
В Семейном кодексе, где, казалось бы, должно быть основное определение, оно присутствует только в статье 14 «Обстоятельства, препятствующие заключению брака» и включает родственников по прямой восходящей и нисходящей линии (родителей и детей, дедушек, бабушек и внуков), полнородных и неполнородных (имеющих общих отца или мать) братьев и сестер. Как видим, усыновители и усыновленные по версии Семейного кодекса, в отличие от валютного законодательства, к близким родственникам не относятся.
Правда, жениться им все равно нельзя.
Для Уголовно-процессуального кодекса близкими родственниками являются супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки. Неполнородные – отдыхают. Для остальных кодексов (даже Уголовного) супруг – вообще не родственник, ни близкий, ни дальний. Он – член семьи.
Гражданский процессуальный кодекс наиболее лаконичен: он считает близкими родственниками родителей, детей, братьев и сестер.
Трудовой кодекс не определяет понятия «близкий родственник», хотя и использует его в статье 128 «Отпуск без сохранения заработной платы», согласно которой работодатель обязан предоставить работнику отпуск до пяти календарных дней в случае смерти близких родственников. Если при толковании этой статьи ориентироваться, например, на Семейный или на Гражданский процессуальный кодекс, то получается, что в случае смерти супруга отпуск не предоставляется.
Свои определения близких родственников имеют федеральные законы № 115-ФЗ (о противодействии легализации преступных доходов), № 8-ФЗ (о погребении и похоронном деле), № 51-ФЗ (о выборах депутатов Государственной Думы), № 76-ФЗ (о статусе военнослужащих), et caetera. И все определения, представьте, разные.
Кстати, о военнослужащих. Для них, в отличие от простых смертных (и от остальных законодательных актов), близкими родственниками являются даже отец и мать супруга (тесть, теща, свекор и свекровь).
Однако вернемся к валютному регулированию. Законопроект, как выяснилось, предполагал именно то, что сделала я при написании внутрибанковского положения: вынести определение понятия «близкие родственники» в статью 1 Федерального закона № 173-ФЗ, распространив его тем самым на все случаи упоминания в законе. Тещу, правда, туда так и не включили, но тут уж ничего не поделаешь.
И что вы думаете? В прошлую пятницу Государственная Дума законопроект № 194784-5, рассмотренный в первом чтении, отклонила.
В своем официальном отзыве Правительство Российской Федерации в лице заместителя Председателя Правительства С. Собянина указывает, что понятие «близкие родственники» применяется в пункте 17 части 1 статьи 9, в пункте 2 части 3 статьи 14 и в пункте 13 части 4 статьи 23 Федерального закона в том значении, как это следует из Семейного кодекса Российской Федерации, и, следовательно, введение нового определения в понятийный аппарат Федерального закона не требуется.
Хотя невооруженным глазом видно, что определение близких родственников, присутствующее в в пункте 17 части 1 статьи 9 Закона № 173-ФЗ, отличается от определения, предлагаемого Семейным кодексом. Тем более, что статья 14 Семейного кодекса по сути устанавливает обстоятельства, препятствующие заключению брака, но не сам круг (перечень) близких родственников.
Мелочь, наверное. Но еще и прекрасная иллюстрация к состоянию нашего законодательства и эффективности работы Госдумы.
Зато сайт у них, надо признать, почти безупречен.
