Действительно, возьмем пример такси. Вспомним одноименный сериал, который шел с 1978 по 1983 год в США и весь был построен на человеческом факторе – взаимодействии диспетчеров и водителей и на комедийных ситуациях между ними и их клиентами.

В 2009 году компания из Сан-Франциско заменила диспетчера компьютерным алгоритмом заказа такси. Сегодня она работает в 80 странах, и в каждой из них клиенты жалуются на таксистов (которые справедливости ради совсем не таксисты), а чиновники требуют контроля: «Нам нужен договор на перевозку в письменной форме с уплатой всех налогов!»

В 2017 году автопроизводители соревнуются друг с другом в том, кто быстрее заменит водителя самообучающейся компьютерной программой. Пока российские мужчины продолжают возить биты и «травматы» в салонах, автомобили уже научили их жен парковаться, не касаясь руля. Беспилотные грузовики уже гоняют по пустыням Аризоны. Интервенция их легковыми аналогами городских улиц – вопрос нескольких лет.

Среднестатистический человек не способен обработать растущий поток информации

Если согласиться с тезисом о том, что 90% информации в мире появились за последние два года, то следующим тезисом должна быть констатация факта: среднестатистический человек не способен обработать растущий поток информации.

Зайдите на любой форум специалистов в области закупок. Обсуждения там – лучшее свидетельство того, что мы живем в мире VUCA, где Volatility (нестабильность), Uncertainty (неопределенность), Complexity (сложность) и Ambiguity (неоднозначность). И этот мир питается федеральным законом № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», тремя сотнями подзаконных актов к нему и регламентом Единой информационной системы закупок (zakupki.gov.ru).

Только процессор способен провести big data mining, чтобы ненароком не применить какой-то нормативный акт, утрачивающий силу через сутки после объявления конкурса. Или аукциона

Чтобы выполнить свою трудовую функцию, специалистам по закупкам элементарно не хватает ресурсов процессора в голове. Потому что только высокопроизводительный процессор способен рассчитать НМЦК (начальная максимальная цена контракта. ­ Прим. ред.) по отсутствующей номенклатуре из плана закупок на IV квартал следующего года, проверить соответствие процедур сотням приказов Минфина, постановлений и распоряжений правительства РФ, письмам-разъяснениям Федерального казначейства и Федеральной налоговой службы. И также только процессор способен провести big data mining, чтобы ненароком не применить какой-то нормативный акт, утрачивающий силу через сутки после объявления конкурса. Или аукциона. Или одного из десятков способов закупки, который также надо выбрать.

В финансовой сфере эти вопросы успешно решены: алгоритмы скоринга, расчеты полной стоимости кредита, генерация платежных документов и отчетности для регулятора – лишь наиболее явные процессы, из которых исключен человек. Вернее, помещен туда, где ему и надлежит находиться, следуя гуманистической концепции эволюции, – на вершину принятия решения: нажать кнопку «отправить» сейчас или подождать цифр 17:59 на часах.

Однако компьютерная эволюция – ее темпы и направление ­ говорит о том, что человека пора помещать на природу с бокалом сока, а не в правление банка или муниципальную закупочную комиссию. Потому что он все портит и только питает энтропию своими решениями. Принимать осознанное управленческое решение человек должен на основе знания и понимания всей цепочки расчетов, как говорят в ретейле, «от поля до прилавка». Куда это нас привело? К QR-коду на кассовом чеке, который через две-три секунды после покупки отправляется в мусорную корзину супермаркета (суперсапиенсов, увлекающихся подсчетом спичек в коробке, не рассматриваем).

Где же выход? Как выбраться из потока растущей по экспоненте информации, не упуская сути и продолжая принимать невредные решения, до тех пор пока роль не подхватит какая-нибудь нейронная сеть?

На примере отдельно взятого рынка факторинга решение видится в исключении человека из общения двух электронных реестров: товаров, работ, услуг с одной стороны и денег – с другой

На примере отдельно взятого рынка факторинга решение видится в исключении человека из общения двух электронных реестров: товаров, работ, услуг с одной стороны и денег – с другой.

Цифровизация денег (или их криптоаналогов) – уже свершившийся факт. Кеш в российском факторинге не используется минимум лет десять.

Товары, работы, услуги стремительно оцифровываются налоговой службой. Она постепенно становится монополистом информации о движении товаров. На этой же стороне – системы закупок, маркетплейсы и биржи, которых всего только надо научить общаться между собой на одном из компьютерных языков. На «стороне денег» ­ системы идентификации и базы данных поведения рыночных субъектов, включая людей: от справок о судимости директора до графика платежей за канцтовары «дочками» естественной монополии.

Два потока цифровой информации будут сходиться в электронный договор, где решения принимают не юридические лица, а их компьютеры-представители, просчитывающие риски своим искусственным интеллектом, подбирающие существенные условия договора под алгоритм предмета сделки. Они же определят цену. Они же акцептуют уступку. Без участия человека.

Да, такой факторинг теряет многое. Вместо комиссии за «административное управление дебиторской задолженностью» и «премии за риск» клиент будет оплачивать счет за электроэнергию

Да, такой факторинг теряет многое. Вместо комиссии за «административное управление дебиторской задолженностью» и «премии за риск» клиент будет оплачивать счет за электроэнергию. Вместо отключки на новогодних корпоративах команды электро-факторов будут отключаться на новогоднюю профилактику серверов…

Но это будущее, кажется, лучше настоящего, в котором аналоговый фактор вынужден писать жалобу в Верховный суд из-за того, что водитель десятитонной фуры выпил бутылку кефира из палеты, едущей в распределительный центр «Магнита».