Сомнительные операции: две ключевые группы

«В конце 2013 года мы начинали с того, что Банком России к категории кредитных организаций, которые обслуживают клиентов, проводящих сомнительные операции, относилось более полутора сотен кредитных организаций,— сказал заместитель директора департамента финансового мониторинга и валютного контроля Банка России Илья Ясинский.— Три прошедших года привели к тому, что с этого количества — 150 кредитных организаций — мы вышли на уровень от трех до семи».

Именно этим банкам регулятор будет уделять повышенное внимание

Это количество банков и сомнительные операции в ЦБ разделяют на две ключевые группы. Первая — незаконный вывод денежных средств за пределы России. Вторая так называемое обналичивание денежных средств.

«Особняком стоит тема банков-транзитеров,— уточнил Илья Ясинский.— Они, как вы знаете, не укладываются в нашу методологию. Но именно на них делается акцент в последнее время. И опять же, я думаю, на среднесрочную перспективу именно этим банкам регулятор будет уделять повышенное внимание».

Он сообщил, что за три года удалось почти в десять раз сократить объемы незаконного вывода денежных средств. «И если в 2013 году, по оценке регулятора, незаконно за пределы России было выведено порядка 1,7 трлн руб., то по итогам 2016 года мы можем говорить о том, что эта сумма не превысила 183 млрд руб.»,— отметил представитель ЦБ.

Цифры по сокращению объемов обналичивания пока не такие впечатляющие. Если в 2013 году, по оценкам ЦБ, незаконно было обналичено более 1 трлн руб., то по итогам 2016 года эта сумма не превысила 500 млрд руб.

Две наиболее актуальные схемы вывода средств за рубеж

В ЦБ понимают, что это следствие достаточно большого сектора теневой экономики в России

В течение трех лет способы обналичивания и вывода за пределы России денег модифицировались. Применение таких одиозных схем, как «белорусская», которая потом трансформировалась в «белорусско-татарстанскую», «молдавская», вексельная удалось минимизировать. При этом в ЦБ понимают, что это следствие достаточно большого сектора теневой экономики в России. «Понятно, что они лишь отражают реальное положение дел, отметил Илья Ясинский. И пока есть потребность у определенных участников рынка в проведении таких операций, естественно, будут изыскиваться возможности для того, чтобы их проводить».

Он назвал две последние тенденции, которые представляют наибольший интерес.

Первая — схема вывода денег за рубеж с использованием так называемых исполнительных листов. С течением времени эта схема несколько модифицировалась — в ее реализации задействовали судебных приставов.

В течение первого квартала каждый месяц с использованием исполнительных листов выводилось по 1 млрд руб.

«Денежные средства по решению суда от ответчика сегодня перечисляются не напрямую истцу на его счет в банке, а через счета судебных приставов, с которых деньги списываются в пользу ответчика, сказал Илья Ясинский. Парадоксальная ситуация, когда в этой схеме в качестве технического посредника оказался федеральный орган исполнительной власти».

О том, что проблема серьезная, говорят цифры. По итогам 2016 года в рамках этой схемы незаконно за пределы России было выведено более 16 млрд руб. 2017 год характеризуется тем, что в течение первого квартала каждый месяц с использованием исполнительных листов за пределы России выводилось по 1 млрд руб. «Это на сегодня тема номер один, и ей нужно уделять особое внимание», подчеркнул представитель ЦБ.

Вторая схема — это клиенты, которые оплачивают услуги перевозчиков. «Объемы платежей за якобы перевозки на территорию России растут непропорциональными темпами с импортом в Россию, объяснил Илья Ясинский. Это позволяет нам говорить, что, скорее всего, такого рода операции не имеют под собой основы, то есть движения товаров через таможню».

Благонадежность клиента

В ЦБ отмечают, что так далеко в этой теме не «замахивались». «Все-таки речь должна идти не о неблагонадежных клиентах, а о тех, в отношении которых финансовые институты реализовывали полномочия по отказам в проведении операций,— объяснил Илья Ясинский. Здесь, как мы все прекрасно понимаем, возможны и злоупотребления, и ошибки. И уж тем более никто никогда не говорил о том, что если конкретному клиенту отказал в проведении операции один институт, то таким же образом должны поступать и все иные финансовые институты. Но при этом „опубличивание” такого рода перечня, безусловно, актуально».

Миграция недобросовестных клиентов может продолжаться до бесконечности

Он рассказал о том, что некоторое время назад в ЦБ столкнулись с тем, что возник класс так называемых мигрирующих клиентов. Субъекты проводили сомнительные операции, которые выявлялись службами внутреннего контроля, к ним применялись полномочия по отказу. Субъекты уходили из этого финансового института в другой, потом в третий. «В России сегодня еще более 600 банков, и мы можем понимать, что миграция таких недобросовестных клиентов может продолжаться до бесконечности, указал представитель ЦБ. Поэтому, естественно, остро стоит вопрос, чтобы все финансовые институты располагали информацией о том, как применительно к этому клиенту действовали их коллеги».

Для того чтобы получить формальную возможность составлять такой перечень для финансовых институтов, ЦБ и Росфинмониторингу понадобилось достаточно длительное время. Потребовалось модифицировать закон №115-ФЗ, затем подготовить два нормативных акта, которые определяют порядок, объем и сроки предоставления информации ЦБ, а также технологию доступа финансовых институтов к перечню «отказников».

До финансовых институтов будет доводиться максимальный объем информации

ЦБ и Росфинмониторинг долго не могли достичь взаимопонимания в части того, каким должен быть объем информации, передаваемой финансовым институтам. «Коллеги предлагали максимально снизить объем такой информации, ограничившись лишь наименованием субъекта и того, в чем ему было отказано,— объяснял Илья Ясинский.— Мы сразу предполагали, что такой подход, скорее всего, повысит риски деятельности банков в том смысле, что он не дает возможности объективно оценить риск дальнейшего обслуживания такого клиента либо отказа в его обслуживании. Мы всегда исходили из того, что до финансовых институтов надо доводить максимальный объем информации».

В итоге взаимопонимание было достигнуто: до финансовых институтов будет доводиться максимальный объем информации. Однако сроки, когда они получат доступ к спискам «отказников», пока еще неизвестны.