— Расскажите, как себя чувствует российский розничный инвестор. Он вообще в стране жив?

В целом люди не очень хорошо понимают состояние банковских институтов

— Да, конечно, в России есть розничные инвесторы. И их становится все больше. Люди не очень довольны теми доходностями, которые им предлагает банковская система, процентами по вкладам. Кроме того, их беспокоят отзывы лицензий у банков. Скажем так: в целом люди не очень хорошо понимают состояние банковских институтов. В банках, предлагавших людям высокие проценты, лицензии отзываются. Там, где лицензии не отзываются, а это, в том числе, большие частные и государственные кредитные организации, проценты все меньше и меньше. Понятно, что эти проценты не обгоняют даже официальную инфляцию, не говоря уже о реальной, поэтому полку инвесторов фондового рынка прибывает. Наверно, прибывает чуть медленнее, чем должно быть, но это свойственно русским людям, которые, как известно, медленно запрягают, но потом быстро едут. Понятно, что все финансовые инновации у нас принимаются довольно тяжело. Я бы не сказал, что финансовая грамотность в России на нуле. Но, увы, большинство людей получают понятие финансовой грамотности, набивая свои шишки, а не через подготовку в школе, институте, от родителей и так далее.

— Конечно, мы всю нашу жизнь учимся лишь на своих ошибках.

— Да. Наверно, это и есть та самая главная причина, почему количество инвесторов растет не так быстро, как должно бы с учетом падения ставок по вкладам в 2016 году.

— Вы видите приток новых людей на рынок? Кто они? Это те, кто в целом уже имеют понятие о работе на фондовом рынке? Например, два года назад у нас были высокие ставки по валютным вкладам, сейчас они снизились, и инвестиционные компании рассказывают, что люди активно начали скупать евробонды. Вы видите эту тенденцию?

— Да, мы видим этих людей. Смотрите, если мы говорим о евробондах, то на Московской бирже оборот этих бумаг небольшой Что касается традиционного внебиржевого рынка евробондов, то на нем «физики» могут участвовать с денежным лотом от $100 тысяч, то есть это никак не массовая услуга. Что касается покупки евробондов мелкими лотами на Московской бирже, то там, к сожалению, обороты невелики.

— Люди не понимают этот механизм или, может, у биржи не очень хороший доступ к торгам?

Время высоких ставок по вкладам прошло

— Знаете, люди, наверно, пока еще не до конца поняли тот факт, что время высоких ставок по вкладам прошло. Мне кажется, что массового закрытия валютных депозитов, открытых еще в 2015 году, а может даже в 2014 году, еще не произошло. То есть, в большинстве своем люди не столкнулись с тем фактом, что они размещали валюту в банке под 5% годовых, а теперь банк предлагает только 2% или еще ниже. Я думаю, что массовое осознание в разы снизившихся доходностей по вкладам — дело наступившего года.

— Вы можете примерно оценить количество инвесторов, которые могут прийти на рынок в ближайшие годы?

— Мы считали, что за следующие пять лет 5 млн человек могут прийти на фондовый рынок.

— Это вы посчитали тех, кто сможет захотеть инвестировать в любые инструменты?

— В любые инструменты. Мы исходили из общего количества вкладчиков в банках, располагающих довольно большими суммами средств. В российских банках 10,9 млн вкладчиков с суммой вкладов более 400 тыс. рублей (по состоянию на 2014 год, более поздних цифр у меня нет), и я считаю, что при дальнейшем падении ставок банковских депозитов до половины этих людей могут прийти на фондовый рынок, в том числе купить облигации.

— Через какие инструменты, на ваш взгляд, они будут приходить на рынок? Через открытие счета у брокера и торговать сами, или, может, кто-то придет через инфраструктуру паевых фондов?

Поскольку мы — брокер, мы не имеем права за клиента совершить эту сделку

— Знаете, о том, как лучше приходить на рынок инвестору, и как он реально приходит, наша индустрия спорит до хрипоты. Мое личное мнение таково, что для массового инвестора, который не имеет должного опыта и подготовки, брокерские услуги не очень удобны. Почему? Потому что даже если мы ему порекомендуем какой-то портфель из акций, из бондов и других активов, то его надо периодически ребалансировать. Например, одна бумага достигла своего потенциала, и аналитики считают, что нужно ее продавать. Зато появилась другая бумага с хорошим потенциалом, которую нужно купить. Но поскольку мы — брокер, мы не имеем права за клиента совершить эту сделку. Поэтому мы клиенту звоним, пишем и говорим: «Вот есть у нас такая инвестиционная идея». Он говорит: «Хорошо, что делать?» Мы ему отвечаем: «Зайди в личный кабинет, нажми кнопку».

У большинства людей нет возможностей оценить, что же ему советует брокер и есть ли в этом совете логика

А что получается на деле? Конечно, человек может эту кнопку и не нажимать, но тогда смысл в услуге ведения портфеля брокером пропадает. Ты можешь ее не нажать, потому что ты прочитал, что тебе рекомендуют продать акции «Газпрома» и купить акции ЛУКОЙЛа. Одно дело, когда ты видишь, в чем логика этих советов, ты читаешь аналитические обзоры и в принципе понимаешь аналитика нашей компании, понимаешь, почему он рекомендует «Газпром» продать, а ЛУКОЙЛ купить. Тогда и понятно, почему ты соглашаешься следовать этой рекомендации. Но у большинства людей, если мы говорим о миллионах инвесторов, знаний о рынке и возможностей оценить, что же ему советует брокер и есть ли в этом совете логика, просто нет. Поэтому он должен кнопку жать, не задумываясь, просто для того, чтобы соблюсти формальность. А если решение принимается именно так, то почему тогда этому человеку не прийти на рынок через ПИФ, ETF или индивидуальное ДУ?

— То есть, часть из этих 5 млн инвесторов могут прийти на рынок через инструменты коллективных инвестиций?

В среднем человек, пришедший на рынок, приносит за год сумму 1,3 млн рублей

— Я не исключаю того, что, что бОльшая часть людей придет через ПИФы, возможно через ETF, как в Западной Европе. Но ETF пока еще экзотика для нашей страны, поэтому скорее через ПИФы. ETF, по сути, похож на ПИФ, только дешевле расходы на управление для инвесторов.

— На ваш взгляд, как выглядит классический розничный инвестор российского фондового рынка? С какими суммами этот человек, с каким образованием? Может, вы делали портрет такого инвестора?

— Да, мы делали такое исследование. Больше 80% розничных инвесторов — это люди с высшим образованием. В среднем человек, пришедший на рынок, приносит за год сумму 1,3 млн рублей.

— Почему же тогда наша история становления услуги индивидуального инвестиционного счета (ИИС) началась от 400 тыс. рублей? Может, мы боялись, что это будет непонятный инструмент для инвестора?

— Знаете, это вопрос к Минфину, так как это министерство обладает у нас правом законодательной инициативы в области налогов. И, насколько мне известно, очень много было копий сломано по поводу того, насколько сумма недополученных налогов, не взимаемых со средств, размещенных на ИИС, будет накладна для бюджета. Опыт западных стран говорит, что в некоторых странах суммы, размещенные на аналогах ИИС, еще меньше, и эти инструменты работают.

— В каких странах, где меньше сумма, удачно развиваются аналоги ИИС?

— В Канаде, например. Там порог — 5,5 тыс. канадских долларов (в Канаде эта программа была запущена в 2009 году и сейчас там 10 млн счетов и $75 млрд активов). Если вы помните, законодательство, регламентирующее средства, вносимые на ИИС, формировалось тогда, когда доллар стоил дешевле и, наверное, тогда сумма $13 тыс. как порог входа на рынок через этот счет казалась достаточной.

— А повышение суммы до 1 млн рублей при сохранении налогового вычета с этих средств в объеме 52 тыс. рублей сильно поможет притоку средств граждан на фондовый рынок?

Людей, которые на три года вкладывают средства на ИИС уже меньше, но они все равно есть

— Я не считаю, что это нововведение увеличит спрос на такую услугу, как инвестирование через индивидуальный счет, в разы. Но все же приток средств на рынок повышение суммы инвестирования до 1 млн рублей даст. Понятно, что большАя часть людей должна прийти на рынок через ИИС на волне того, что каждый год от суммы вложенных денег ты получаешь 13%. А вот людей, которые на три года вкладывают средства на ИИС и считают, что за это время на счете накопится прибыль, с которой можно будет не платить налоги, уже меньше, но они все равно есть.

— Стало быть, с увеличением суммы взноса надо было пересмотреть налоговую льготу?

— Мы выступали за увеличение налоговой льготы пропорционально повышению взноса на счет. Но, опять же, этот вопрос надо задавать Минфину. Сейчас же аполитично говорить об уменьшении наполняемости бюджета.

— Отмены налогов на доход, получаемый по купонам облигаций, покупаемых физическими лицами, вы ожидаете уже в этом году?

— Конечно, поскольку если даже президент о необходимости отмены такого налога упомянул два раза, то, скорее всего, его в этом году отменят. Понятно, что если люди с миллионами рублей начнут уходить с депозитного рынка, то они в первую очередь будут покупать истории типа облигаций или структурных продуктов с защитой капитала.

— Каких решений в отношении частного инвестора ждет фондовый рынок от Центробанка?

Мы просим ЦБ признать, что у нас есть неквалифицированные инвесторы, которым нельзя давать возможности покупать «мусорные» облигации

— От Центробанка мы хотим признания четкого разделения всех инвесторов по категориям их знаний и по опыту работы на рынке. Мы просим ЦБ признать, что у нас есть неквалифицированные инвесторы, которым надо не давать возможности покупать, например «мусорные» облигации из третьего котировального списка Московской биржи. Возьмем гипотетическую ситуацию. В компаниях есть так называемые финансовые советники. И вот клиент приходит в компанию и, допустим, говорит: «Я хочу купить облигации Хабаровского аэропорта, они приносят 17% годовых». И финансовый советник, скажет: «Подожди, во-первых, это довольно высокая доходность, есть риск, что тебе деньги могут не вернуть. А во-вторых, вкладывать все деньги в одну облигацию — это плохо».

— Условно говоря, вы предлагаете спустить решение вопроса о квалификации инвестора на уровень финансового советника в момент принятия решения об инструментах инвестирования?

В ПИФах портфель облигаций составлен так, что даже в случае дефолта инвестор не потеряет все свои средства

— Да, для того и планируется создать институт финансовых советников, и все разговоры о финансовых советниках — людях, роботизированных финансовых советниках — и идут к этому. В принципе, неквалифицированный инвестор может тоже прийти на рынок и сказать: я самый умный, мне не нужна ничья опека, и купить торгуемые бонды с самыми высокими доходностями. Бывает и так. А бывает и еще интереснее: человек покупает всего одну облигацию (а не портфель), чтобы меньше заплатить брокеру. Понятно, что в этом случае он может очень сильно «залететь». Вот и очень бы хотелось, чтобы такие люди заходили не на самостоятельный трейдинг, а шли на рынок или после консультаций с менеджерами брокеров или приходили в паевые фонды и аналогичные инструменты. В ПИФах портфель облигаций составлен так, что даже в случае дефолта одного или пары эмитентов инвестор не потеряет все свои средства.

— Что нужно делать еще для разделения инвесторов по категориям?

— В отношении разделения квалифицированных и неквалифицированных инвесторов — снижать порог инвестирования для того, чтобы считаться инвестором квалифицированным. Сейчас для того, чтобы быть квалифицированным инвестором, достаточно иметь 6 млн рублей, вложенных в фондовый рынок, и проведения нескольких сделок за полгода. Банк России планирует снизить сумму для людей, считающихся квалифицированными инвесторами, с 6 млн до 1,4 млн рублей — после наших настойчивых просьб.

— И плюс ко всему, сама биржа будет проводить экзамены у себя на сайте перед началом трейдинга? Что будет проверять биржа? Насколько человек разбирается в рынке?

— Условно говоря, да. Мы с вами в данный момент говорим про экзамен для тех людей, которые будут сдавать так называемые неквалифицированные инвесторы, у которых сумма инвестиций меньше 400 тыс. рублей и которые при этом хотят получить «кредитное плечо». Они должны будут ответить на вопросы о том, что такое уровень маржи, что такое уровень маржи для направления требования, что такое принудительное закрытие позиций, до какого уровня происходит принудительное закрытие позиций. В конце концов они должны знать и то, как переносят «плечо» на следующий день, по какой формуле рассчитывается вторая часть сделки РЕПО.

Квалифицированные инвесторы, могли бы получать те «плечи», которые даются на валютном и срочном рынке, по некоторым инструментам это могут быть и «десятые плечи»

Мое личное мнение таково: всех инвесторов надо разбить на следующие группы: неквалифицированные инвесторы до 400 тыс. рублей, неквалифицированные инвесторы от 400 тыс. рублей до 1 млн 400 тыс. рублей и квалифицированные инвесторы с суммами свыше 1 млн 400 тыс. рублей. Я вхожу в рабочую группу НАУФОР по защите инвесторов, и мы считаем, что инвесторы, располагающие суммой меньше 400 тыс. рублей, могли бы без экзамена получить «первое плечо». После экзамена они могли бы получать «плечо» по правилам биржи в среднем один к трем, а по некоторым очень ликвидным бумагам — один к пяти. Квалифицированные инвесторы, соответственно, могли бы получать те «плечи», которые даются на валютном и срочном рынке, то есть по некоторым инструментам это могут быть и «десятые плечи».

На самом деле, я не сам это придумал, я знаю, что в США это работает так. И в США есть тоже экзамен, задача которого как в раз в том, что если ты хочешь получить больше «первого плеча», то будь добр, объясни, насколько ты подготовлен.

— И в существующей системе нашего рынка сегодня, по логике, во всех компаниях, по-хорошему, людей предупреждают, что акции не только растут в цене, но и падают. Но при этом люди умудряются проигрывать и свои собственные деньги, на которые они купили бумаги. Что же получается: у нас страдает система подготовки инвесторов или у нас люди приходят на курсы и ничего не слушают?

— У нас в первую очередь очень мало людей проходят курсы.

— Ведь практически во всех онлайн-брокерах это обязательное условие для начала работы на рынке!

— Это право клиента брокера, но не его обязанность.

— Тогда что, они слушают и ничего не слышат?

— Большинство курсы просто не посещают. В основном уповают на самоподготовку.