Все крупные игроки на финансовом рынке понимают, что их бизнес зависит от клиента. Нам нужно научиться фокусироваться на клиенте как на человеке или компании, которым нужны новые технологические усовершенствования с нашей стороны и нужен тот уровень сервиса, который они бы хотели получить. И кстати, мы не всегда знаем, что нужно тому или иному клиенту. За счет обработки больших данных, машинного интеллекта, построения моделей поведения, новые технологии дают возможность действительно более индивидуально подходить к каждому клиенту. Это касается и юридических, и физических лиц. Мы должны поддерживать клиента в принятии решений.

Будучи малым или средним предприятием, наш клиент не обладает серьезными возможностями по обработке данных. Получить информацию, которая бы помогла ему принять решение в бизнесе, он должен от нас как от провайдера. Вот, например, модель p2p (peer-to-peer): на первый взгляд кажется, что этот бизнес — исключительно между физическими лицами, и в нем нет посредников. Тем не менее, ряд банков уже считает, что они могут быть посредниками, агентами, в этой цепочке. Причина в том, что они могут и заемщику, и кредитору дать тот уровень информации, который им позволит принять решение о сделке или о кредите.

Давайте посмотрим на тренды или на инновации, о которых мы знаем. Вполне вероятно, что через полгода он будет выглядеть иначе, потому что скорость развития технологий настолько велика, что каждые шесть месяцев нужно спрашивать себя, что нового появилось на рынке и что мы с этим должны и хотим сделать. Мы должны понимать, что та или иная технология даст финансовому рынку. Как участник этого процесса, мы активно работаем со многими банками и компаниями для того, чтобы выработать свои подходы, учитывая интересы бизнеса.

Мы должны понимать, что та или иная технология даст финансовому рынку

Вопрос сквозной идентификации в Европе и Америке практически решен, операции с электронной цифровой подписью разрешены и проводятся. Или, например, система может распознавать ваш голос, отпечаток пальца или облик. К сожалению, у нас здесь есть некоторая заминка — на законодательном уровне. В Европе вступила в силу платежная директива №2 (PSD2), которая предполагает, что банки и компании смогут пользоваться информацией об остатке на счете, даже если пользователь является клиентом другого банка или компании. То есть Европа для себя этот вопрос уже решила. Другое дело — как они это будут делать технологически. Но то, что не только банкам, но и финтехкомпаниям они хотят предоставить такую возможность для расширения спектра услуг, предоставляемых физическим лицам,— это факт.

Сквозная идентификация участников финансовых операций — абсолютный must, и без нее мы с трудом двинемся дальше. Открытые интерфейсы дадут клиентам возможность не только работать напрямую с банками, но и с финтехкомпаниями, которые могут взять проведение некоторых банковских операций на себя. И, может быть, более качественно и быстро, чем банки. При этом на сегодня тенденция такова, что счета и управление ими остается у банков.

Сквозная идентификация участников финансовых операций — абсолютный must

Облачные технологии и инфраструктура, конечно, сильно упрощают нам жизнь, поскольку мы теперь можем не создавать огромные физические мощности, а пользоваться или публичным, или частным облаком. Банк России так же работает в этом направлении, поскольку мы приняли решение о том, что свою инфраструктуру мы будем делать в частном облаке. Мы как регулятор обязаны это сделать, и рассматриваем вопрос, какую часть мы можем хранить или использовать из публичного облака.

В том, что касается облачных технологий, больше представлено публичное облако. Я думаю, что буквально в ближайшее время образуется несколько крупных компаний, которые будут этот сервис предоставлять всем. Сейчас есть одна-две компании, которые развиваются в этом направлении, и еще нет сформировавшегося рынка. Но с точки зрения продвижения технологии очевидно, что это будет четыре-пять компаний, и их услугами смогут воспользоваться практически все без ограничений. По оценке, которую мы получили, в перспективе на 2019–2020 год устройств по миру будет порядка 15 миллиардов.

Мы постепенно уходим из режима работы с хранилищем данных и переходим к возможностям онлайн-аналитики и выводов, которые можно сделать с использованием информации в онлайн-доступе. С учетом продвинутой аналитики и требований к большим данным не очень понятно, как будет развиваться эта комбинация — сочетание классического хранилища данных с тем, что их нужно получать и хранить в онлайн-режиме. Очень интересная тема, но пока я ни от кого не слышала прямых ответов и не видела конкретных архитектурных решений. Я думаю, в этом году эту проблему придется решить.

Все это означает, что наша жизнь если и не превратится в матрицу, то какие-то элементы уже в реальной жизни появляются, мы просто их не замечаем. Но с таким количеством устройств, 15–20 миллиардов, объем данных станет огромным. Нам даже трудно представить и сравнить по состоянию сегодняшнего дня и, например, через пять лет. В основном этот рост произойдет за счет данных об операциях, сделках, которые происходят в интернете и которые будут являться основой для больших данных. Именно данные станут конкурентным преимуществом компаний, банков, провайдеров. Именно данные, потому что без них и без умения ими управлять вы не сможете быть конкурентоспособными.

О технологии распределенных реестров

В результате нашей работы мы пришли к одному выводу, что блокчейн как технология, которая используется платежной системой биткоина, безусловно, интересна. Но сами распределенные реестры — это чуть больше, чем блокчейн, они дают более интересные возможности. В том числе комбинации элементов и не только в виде цепочек и валидации блоков друг за другом, но и при обработке распределенно хранимой информации.

Блокчейн как технология, которая используется платежной системой биткоина, безусловно, интересна. Но сами распределенные реестры — это чуть больше, чем блокчейн

Мы специально не говорим слишком много о биткоине, потому что это один из частных, хоть и довольно успешных, случаев платежной системы, которая действительно построена на  распределенных регистрах. При этом уже есть такие компании как Ripple, FedCoin. В рамках консорциума R3 разрабатываются другие прототипы, которые используют принципы распределенных технологий. Распределенные регистры — технология более широкая, чем блокчейн, и она дает возможность использовать ее по-разному для разных целей.

Мы для себя выделили основные классификационные элементы распределенных реестров:

  • тип доступа к сети, который определяет, каковы права и ограничения до допуску к информации;
  • идентификация в сети — необходима ли она и как она осуществляется;
  • иерархия сети — существует ли в сети собственная ценность или она привязана к другой сети;
  • организация процессинга процессинга: кто валидирует транзакции?
  • назначение процессора и согласование сети;
  • наличие центрального администратора — он может быть или его может не быть;
  • объект транзакции — актив или виртуальная валюта, запись в книгах регистрации.

 

В блокчейне биткоина центрального администратора у системы нет, все равноудалены и равны. Хотя я думаю, что на самом деле где-то глубоко этот администратор существует. Но пока его никто не вычислил, и о нем ничего не знают, хотя, безусловно, правила системы, то, как она работает, и то, как меняются условия, говорит о том, что есть группа людей или человек, который точно является этим скрытым центральным администратором.

 

Исходя из этих элементов, общепризнано на данный момент два вида систем. Это открытая и закрытая сети. В открытой сети участники не проходят реальной идентификации, допуск к сети не ограничен, статус процессоров не закреплен за конкретными участниками и нет никаких видимых инстанций, управляющих правилами. Если мы говорим о закрытой сети, то она организована практически с точностью до наоборот: участники сети идентифицированы, допуск к участию в сети ограничен и у него есть правила, статус процессоров закреплен за определенными контрагентами и обычно есть некий орган, которые эти правила устанавливает, регламентирует, меняет.

Эти два вида — открытые и закрытые сети — нам были понятны, мы сами себя в них убедили и поделились с участниками рынка. Через три месяца исследований мы поняли, что есть третий вид систем — гибридные. Гибридная сеть — это сеть, которая может сочетать части элементов из открытой сети и часть элементов из закрытой сети. И, например, по правилам гибридной сети, скорее всего, будут развиваться национальные цифровые валюты. Несколько регуляторов этой темой активно занимается, и я думаю, что через год или через два мы точно увидим прототип в одной или в нескольких странах, где это будет сделано на распределенных технологиях.

По правилам гибридной сети, скорее всего, будут развиваться национальные цифровые валюты

Эти страны как раз смотрят, как сочетать интересы стабильности финансовой системы и интересы участников финрынка с возможностью использования технологии, потому что она действительно достаточно продвинутая, простая и применима, например, при эмиссии виртуальных денег.

Какие вопросы, помимо технологического аспекта, необходимо решить для того, чтобы распределенные реестры могли быть использованы массово? Без совершенствования технологий, совершенствования нормативно-правовой базы и адаптации участников рынка ни одна страна — и Россия в том числе — не сможет решить вопрос применения распределенных технологий. Нужно понять и «закрыть» те риски, которые есть. У нас отсутствует нормативно-правовая база, а это значит, что ее нужно создать, и понять, как она поможет, с одной стороны, минимизировать риски финансовой системы, а с другой — дать бизнесу возможность законно использовать эту технологию для своих операций. И третье — это адаптация участников рынка, потому что все находятся на разных стадиях ее осмысления и оценки возможности применения.

Может быть, нам действительно имеет смысл создать консорциум по образу и подобию R3 по одной простой причине: в эту игру одиночки не играют

Есть две темы, которые обязательно нам как участникам рынка обязательно нужно обсуждать. Первая: может быть, нам действительно имеет смысл создать консорциум по образу и подобию R3 по одной простой причине: в эту игру одиночки не играют. Распределенные технологии предполагают очень высокую слаженность и понимание участниками друг друга и того, как работает система. Вторая: мне кажется очень важной тема хабов. Мы встречаемся на разных площадках, и я уже сбилась со счета, сколько раз и где я говорила на одни и те же темы. И мне все время хочется задать вопрос: когда мы уже перестанем говорить и начнем что-то делать? Можно еще два года что-то обсуждать, но тогда мы можем оказаться вне рынка.

Многие компании сейчас говорят о принципе smart to fail. Я бы перевела это русским словом «дерзайте»: будьте настолько умными, чтобы пробовать разное. Даже если у вас не получится с первого раза, это не значит, что не надо пытаться этого делать. Мы живем в такое время, когда очевидных истин уже нет. Нужно пробовать, понимать, как сотрудничать, определять правила. И тогда, безусловно, у этих историй будет успех.

Презентация

 

Читайте спецпроект  «Блокчейн и финансы»