— Как давно работает на рынке МФО «Саммит»? С какими клиентами?

Компания составила стратегический план, в котором поставлены цели за ближайшие пять лет стать международным холдингом

— Мы выдаем займы только физическим лицам, работаем в рамках потребительского микрокредитования. Наша компания существует почти пять лет, и все это время мы активно расширяем нашу филиальную сеть как в Москве, Подмосковье, так и в других регионах России. Каждый месяц открывается по одному офису в ближнем и дальнем Подмосковье, раз в квартал — в одном из регионов. Недавно компания составила стратегический план, в котором поставлены цели за ближайшие пять лет стать международным холдингом и активно работать также за пределами России.

— Кто разрабатывал этот план — собственники?

— У нас один учредитель, который и создал компанию,— Антон Викторович Моисеев. Он наш идейный вдохновитель и главный стратег. При этом в компании активно развивается командная работа, на сегодняшний день у нас около 150 сотрудников.

— С такими планами вашей компании необходимо мощное фондирование. За счет каких средств вы ведете бизнес?

— В настоящий момент мы больше существуем за счет собственных средств. Однако наша компания может привлекать средства частных инвесторов. Объем частных инвестиций на сегодня составляет у нас более 30 млн рублей.

— За последние несколько лет рынок МФО претерпел большие изменения, в первую очередь связанные с регуляторной работой Банка России. Легче или сложнее стало работать?

Введенные законом ограничения на штрафные санкции существенно уменьшили количество конфликтных ситуаций

— Действительно, изменений произошло очень много, начиная от законодательства и заканчивая работой регуляторов. Очень большое влияние на наш рынок оказал принятый в 2014 году закон «О потребительском кредитовании», который, по сути, изменил жизнь всех микрофинансовых организаций. Введенные законом ограничения на штрафные санкции существенно уменьшили количество конфликтных ситуаций, когда, допустим, человек брал в долг 10 тысяч, а через какой-то период был должен уже 200 тысяч. Введенный показатель ПСК тоже позволяет определить максимальные ставки, по которым можно выдавать займы, и это тоже оказало влияние на рынок. Появились какие-то рамки, позволяющие понять, какой сегодня должна быть МФО и на чем она может в принципе зарабатывать.

— Также в ближайшее время МФО будут разделены — кто-то сможет привлекать инвестиции от частных лиц, кто-то нет…

— Да, такое будет. Но, думаю, каждая компания на рынке уже для себя определилась, будет она работать с частными инвесторами или нет. Мы будем продолжать привлекать инвестиции от частных лиц.

— Как вы можете оценить работу регулятора с микрофинансовым рынком?

Создается финансовая культура честных, доверительных и взаимовыгодных отношений

— ЦБ очень активно взаимодействует с нами. Саморегулируемая организация «МиР», в которой состоит наша микрофинансовая компания, регулярно проводит форумы, общие мероприятия для всех участников. На них приглашаются представители Банка России, и мы видим, что им очень важно услышать мнение участников рынка. Да, сейчас регулятор устанавливает какие-то рамки для МФО и прекрасно понимает, что нам становится в чем-то сложнее. Но рынок становится чище, прозрачнее и понятнее для всех. Таким образом создается финансовая культура честных, доверительных и взаимовыгодных отношений.

— Вопрос прозрачных и честных взаимоотношений прежде всего, наверное, волнует ваших частных инвесторов…

— Безусловно. Частные инвесторы должны быть уверены в том, что вложенные ими денежные средства будут возвращены в срок и в полном объеме. Кого-то может смущать то, что инвестиции в МФО не подпадают под действие закона «О страховании вкладов». Но мы предлагаем клиентам застраховать свой вклад на случай исключения из реестра или банкротства компании. При этом человек может сам выбрать страховую компанию, где может застраховать свои денежные средства, мы никому ничего не навязываем.

— Какая минимальная сумма, какие процентные ставки вы предлагаете частным инвесторам?

— По закону мы можем принимать от физических лиц минимум 1,5 миллиона рублей. Доходность зависит от суммы и составляет минимум 25% годовых. Минимальный срок — полгода, максимального срока формально у нас нет. С каждый вкладчиком мы оговариваем сроки индивидуально, кому какие удобны. Мы настроены на долгосрочное сотрудничество. Однако поскольку ситуация у нас в стране не очень стабильная, чаще всего люди вкладывают на год или два, потом либо продлевают срок вложений, либо нет.

— А есть необычные предложения для частных инвесторов?

Мы выступаем в роли координатора — полностью берем на себя взаимодействие с этим клиентом

— Ну, например, у нас есть такой продукт, как залоговое кредитование,— когда заемщик может получить заем под залог своей недвижимости. Соответственно, частным инвесторам мы можем предложить вложение займа под обеспечение. Как это работает? Очень просто. Есть человек, который, допустим, хочет получить заем под залог своего жилья. И есть частный инвестор, у которого есть сумма, необходимая этому заемщику. Инвестор предоставляет свои средства не нам, а напрямую заемщику, мы выступаем в роли координатора — полностью берем на себя взаимодействие с этим клиентом, соблюдение графика платежей, проведение сделки и так далее. Это тоже своего рода инвестиция.

— Какие-то особенности по условиям, которые отличают вашу МФО от других, есть?

Если клиент находит на рынке предложение лучше, чем наше, то мы всегда открыты для диалога

— Конечно! Процентные ставки у нас рыночные, мы предлагаем продукты как с капитализацией, так и без. Все условия официально опубликованы на сайте. При этом мы говорим, что если клиент находит на рынке предложение лучше, чем наше, то мы всегда открыты для диалога. То есть, размер процентной ставки всегда можно обсудить, если мы почему-то не в рынке.

— Вы можете рассказать о ваших инвесторах? Что это за люди? Бизнесмены? Крупные наследники? Люди, которые смогли накопить деньги, работая, допустим, на Севере?

— У нас очень разные инвесторы. Но есть одна общая черта. Центробанк, когда ограничил минимальный размер инвестиции в МФО полутора миллионами, тем самым отсек людей с низкой финансовой грамотностью. Так вот, к нам приходят люди, которые разбираются в финансах. Многие из них просят посмотреть нашу финансовую отчетность, они понимают, что за цифры в этой отчетности, знают, на что обратить внимание и о чем спросить. Им интересно посмотреть, как мы работаем и на чем зарабатываем, как построена наша бизнес-схема.

Мы открыты, готовы все показать и рассказать, предъявить необходимую документацию, пригласить к нам в офис в гости

Наша схема — это огромная машина по выдаче займов. И если вдруг что-то будет не так в приеме заявок, в проверке клиентов, в выдаче, в коллекшене, то все может разлететься и наша работа будет неуспешной. Наши клиенты это понимают и живо всем интересуются. Со своей стороны, мы открыты, готовы все показать и рассказать, предъявить необходимую документацию, пригласить к нам в офис в гости.

— Это молодые люди?

— Чаще всего им за 30, а порой и за 40 лет. Люди, умудренные опытом, имеющие определенные накопления и желающие выгодно разместить свои деньги.

— Какой фактор в первую очередь существенно влияет на принятие клиентом решения об инвестировании средств в МФО?

— Я думаю, такой фактор — это срок, в течение которого организация работает на рынке, чем дольше — тем надежнее. Если при этом МФО развивается, растет, то это свидетельствует об успешности бизнес-модели. Наша компания, например, развивается активно — помимо постоянного открытия новых филиалов мы недавно стали продавать франшизу. Бывает так, что клиенты, которые приходят к нам, чтобы инвестировать деньги, настолько проникаются и увлекаются, что приобретают у нас франшизу и тоже начинают заниматься микрофинансированием. Мы — за создание хорошей финансовой культуры, поэтому всегда готовы к различному партнерству.

— Расскажите подробнее о франшизе — это ведь тоже партнерство.

— Продавать франшизу мы стали недавно, примерно год назад. Есть определенные ограничения — минимальное расстояние от города, где мы присутствуем, не должно быть менее 100 км. Таким образом мы не конкурируем сами с собой. Всех наших франчайзи мы «ведем» так же, как и свои офисы, полностью — и бухгалтерию, и юридическую поддержку, и рекламные кампании. Кроме того, если у франчайзи по какой-то причине начинает расти просрочка, то мы эту разницу долгов просто выкупаем, для того чтобы поддерживать франчайзи в норме хотя бы на самоокупаемости.

— Для чего вам это нужно?

Мы полностью прорабатываем стратегию работы с каждым франчайзи, и только после этого выпускаем его на рынок

— Мы разрабатывали свою модель четыре года, и она должна работать стопроцентно — если все делать по регламенту. Мы полностью прорабатываем стратегию работы с каждым франчайзи, и только после этого выпускаем его на рынок. И нам важно, чтобы он работал хорошо. Если франчайзи будет неуспешен, то он закроется, а мы не хотим, чтобы он был брошенным. Наш бренд должен идти дальше.

— Вы упомянули о просрочке — расскажите, какая она у вас.

— Уровень дефолтности по займам «До зарплаты» у нас находится на уровне 10%, а по потребительским займам — 16–20%. У нас ситуация намного лучше, чем в других МФО. Но есть наблюдение последнего времени — участились случаи реструктуризации. Клиент пишет заявление, если необходимо, прилагает документы об ухудшении материального положения. И мы замораживаем проценты, фиксируем сумму задолженности и составляем новый график. Что радует: люди сознательно не прячутся, а приходят, объясняют свои ситуации, и мы идем навстречу. То есть складываются цивилизованные взаимоотношения между нами и клиентами. Что, в свою очередь, очень важно и для наших частных инвесторов: мы не раздаем деньги куда попало, наш заемщик — это аккуратный и обязательный человек.

— Кстати, а кто ваш типичный заемщик?

Скоринг — это хорошо, но он не может полностью заменить человека

— Как и у большинства МФО, это люди, которые по тем или иным причинам не могут стать заемщиками банков, как правило из-за невысокой зарплаты. Госслужащие, врачи, учителя, таксисты и так далее. При оценке качества будущего заемщика мы работаем комплексно, как проверяем кредитную историю (мы сотрудничаем с НБКИ и «Эквифаксом»), так и общаемся лично. Скоринг — это хорошо, но он не может полностью заменить человека. Мы пришли к выводу, что учет человеческого фактора существенно снижает риски мошенничества.