Это уже третье исследование банковского сектора, которое проводит Фонд поддержки и развития филантропии CAF Россия: предыдущие два обзора были опубликованы в 2012 и в 2015 годах. Расчеты проводятся на основе финансовой отчетности банков, опубликованной на сайте Центробанка. Новые данные показывают интересные тенденции в том, как кредитные организации тратят деньги на благотворительность в условиях кризиса.

ВТБ: лидер по расходам или?..

Больше половины всех расходов топ-50 банков пришлись на один-единственный банк ВТБ: он потратил на благотворительность 17,3 млрд рублей. За все три года исследования такого порядка трат не было ни у одного банка. В тройке «миллиардеров» еще два госбанка: Сбербанк и Банк Москвы. Большинство кредитных организаций ограничились расходами в пределах 10–50 млн рублей.

Таблица 1. Лидерская десятка по расходам на благотворительность


ВТБ включил туда расходы всей группы.

Чем вызвана такая щедрость ВТБ? Как выяснили авторы исследования, особенность отчетности в том, что банк включил туда расходы всей группы. «Отраженная в отчетности по РСБУ сумма на благотворительность за 2015 год включает все расходы Группы ВТБ в 2014 году,— ответили фонду в пресс-службе ВТБ.— Эта сумма технически учитывается в российской отчетности еще с первого квартала 2015 года: именно тогда произошло фактическое списание средств. По МСФО эти расходы были отражены в 2014 году, поскольку именно тогда возникли договорные обязательства по благотворительным проектам. По итогам девяти месяцев 2015 года расходы на благотворительность Группы ВТБ по МСФО составили 2,7 млрд рублей». Сколько было потрачено на благотворительность в 2015 году непосредственно банком ВТБ, в пресс-службе сообщить отказались.

Эта техническая особенность отчетности ВТБ кардинально меняет всю картину филантропической активности финансистов. Если посмотреть динамику трат на благотворительность у 45 банков, принимающих участие в исследовании два года подряд, и не учитывая при этом расходы Группы ВТБ, то она окажется отрицательной. Росбанк: невиданный размах

Если говорить не об абсолютных цифрах, а об относительных показателях, то лидером филантропического движения стал Росбанк.

Росбанк потратил на благотворительность сумму, в 40 раз превышающую его годовую прибыль.

Он потратил на благотворительность сумму, в 40 раз превышающую его годовую прибыль. Причем это как раз тот пример банка, который увеличил расходы на фоне сократившейся прибыли. Если в 2014 году прибыль Росбанка составила 9,7 млрд рублей, то в 2015-м — всего лишь 3,6 млн рублей. При этом абсолютные расходы выросли почти в пять раз, до 140,1 млн рублей.

Впрочем, и в данном случае реальная картина несколько искажена спецификой отчетности. «Существенно увеличившиеся расходы на благотворительность, которые были отражены в статье 20150312, связаны с технической корректировкой. Порядка 100 млн рублей, отраженные в этой статье расходов, представляют собой суммы, связанные с внутригрупповыми операциями, которые нивелируются доходами в том же размере, представленными в другой статье»,— ответили в банке на запрос авторов исследования.

В ВТБ24 пояснили, что в этой статье расходов отражается не только благотворительная и спонсорская помощь внешним организациям, но и поддержка сотрудников банка (материальная помощь при рождении ребенка, помощь при утрате близкого человека и пр.). ФК «Открытие», где потратили на благотворительность восьмую часть прибыли, от комментариев отказалась.

Таблица 2. Лидерская десятка по процентам от прибыли

Особенности национальной филантропии

Повторим, что у 20 из 50 банков, участвующих в исследовании, в 2015 году не было прибыли. Поэтому рассчитать долю прибыли, направляемой на цели благотворительности, не представляется возможным.

Показательно, что «привычка» сохранять благотворительные траты, несмотря на отсутствие прибыли, проявилась в прошлом году. Тогда подобная ситуация была у семи банков, и авторы исследования объясняли это следующим образом: у многих банков благотворительный бюджет на следующий год формируется исходя из бюджета прошлого года, а также с опорой на запасы неизрасходованной прибыли нескольких прошлых лет.

В 2015 году число банков, не получивших прибыли, но сохранивших благотворительные расходы, выросло. Руководитель практики ФБК Grant Thornton Роман Кенигсберг объясняет это следующим образом: «То, что у банков есть расходы на благотворительность при отсутствии прибыли, может быть объяснимо наличием у них комплексных продуктов, предусматривающих отчисления в зависимости от оборота. Например, в 2014 году рост показателя благотворительности был связан в основном с оборотом по карточным продуктам. Кроме того, на благотворительность могут относиться расходы, связанные с имиджем банка, содержание спортивных команд или социальной инфраструктуры».

Итоги 2015 года: регулирование российского частного финансового рынка. Продолжились и усилились все, кроме одной, прошлогодние тенденции. Центробанк остался единственным (кроме силовиков) реальным игроком в области принятия профессиональных решений. Сейчас ЦБ реально может протолкнуть любой нужный ему закон.

Отчасти о том же, но более жестко и, видимо, поэтому на условиях анонимности, говорит другой эксперт, чье мнение приводится в исследовании: «Если вы хотите войти в тот или иной регион, добиться того или иного проекта на данной муниципальной территории, вы должны сделать такой-то благотворительный взнос. Это красиво называется КСО, хотя к реальной КСО, которую мы знаем по Западу, это никакого отношения не имеет, это часть GR. Это единственная причина, почему благотворительность не уменьшается в объемах, несмотря на отсутствие прибыли».

Так или иначе, выходит, что данные отчетности ЦБ с каждым годом становится все труднее интерпретировать, хотя еще недавно именно банковский сектор был примером бизнеса, предоставляющего публичную прозрачную отчетность. Сегодня же расходы на благотворительность у банков отражены столь же запутанно, как, например, у сырьевых и энергетических компаний. Запутанными и невнятными становятся при этом и комментарии самих банков, в иных ситуациях открытых к общению с прессой. Все это оставляет открытым вопрос: каковы же истинные расходы банков на благотворительность?