Но сначала о самом начинании. Официально оно называется Vollgeld-Initiative, что можно перевести с немецкого как «Инициатива в пользу полноценных денег». На этой основе возникло общественное движение под названием Swiss Sovereign Money («За швейцарские суверенные деньги»). А инициатором идеи и всей последующей активности стала неправительственная организация Monetary Modernization (MoMo). Сама же идея заключается в том, что привилегия «создавать деньги» должна безраздельно принадлежать Национальному банку Швейцарии (SNB), а частные коммерческие банки должны быть полностью лишены такого права.

Стопроцентная идея

В принципе, когда речь идет о бумажных деньгах или монетах, право выпускать их в обращение принадлежит исключительно центральному банку и больше никому. Однако каждому известно, что в условиях современного рынка в финансовом обороте используются не столько реальные, сколько электронные деньги. В самой Швейцарии, например, доля последних составляет примерно 90% в общем объеме денежных средств. И на практике в «создании» таких виртуальных денег наряду с SNB участвуют коммерческие банки, когда открывают кредитные линии для своих клиентов.

Авторы инициативы Vollgeld фактически требуют положить конец практике так называемого частичного резервирования (fractional reserve banking).

Чтобы лишить банкиров подобной возможности и ограничить тем самым масштабы финансовых спекуляций, авторы инициативы Vollgeld фактически требуют положить конец практике так называемого частичного резервирования (fractional reserve banking) в его нынешней форме. Они настаивают на проведении монетарной реформы, после которой, как пишет портал Bank Innovation, «каждый кредит, который выдают банки, был бы обеспечен резервами на все 100%».

В результате, как разъясняет британская газета The Telegraph, цитируя инициаторов движения, «банки не смогут больше создавать для себя деньги. Они будут способны выдавать в качестве кредитов только те деньги, которые получили от вкладчиков или других банков».

Общественность хотела бы обязать банки работать по старым добрым правилам, в которых ничего не говорилось о виртуальных деньгах.

Другими словами, общественность хотела бы обязать банки работать по старым добрым правилам, в которых ничего не говорилось о виртуальных деньгах и основанных на них кредитных линиях. В прежние времена почтенный швейцарский банкир принимал на хранение от клиента X некую сумму реальных денег под ничтожные проценты или вовсе за плату. Затем он одалживал ее под весьма умеренный процент клиенту Y. И как минимум столько же хранил в своем сейфе, а зарабатывал на скромной процентной марже.

«Ситуация хуже, чем в 2007 году». Мировая финансовая система утратила устойчивость, и ее ожидает лавина банкротств, которые поставят под вопрос социальную и политическую стабильность. Таков главный посыл интервью, которое председатель комитета по оценке экономики Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), бывший главный экономист Банка международных расчетов Уильям Уайт дал в Давосе корреспонденту The Telegraph Амброузу Эвансу-Притчарду.

Такой бизнес не приносил сверхдоходов. Зато он отличался чрезвычайной надежностью. И был прочно застрахован от любых неприятностей, если учитывать, как осторожно швейцарские банкиры всегда подходили к выбору новых клиентов и насколько консервативно относились к вложению денег. Кто-нибудь слышал когда-нибудь о банкротстве швейцарского банка? Наверное, нет. Именно благодаря этому Швейцария заслужила репутацию главного банковского сейфа сначала Европы, а потом и всего мира.

Идея закрепить выпуск денег в любой форме как исключительную прерогативу центральных банков впервые прозвучала еще в 30-е годы прошлого столетия.

Идея закрепить выпуск денег в любой форме как исключительную прерогативу центральных банков впервые прозвучала еще в 30-е годы прошлого столетия, пишет The Telegraph в публикации, которая посвящена швейцарской инициативе. Уже тогда это рассматривалось как возможный метод борьбы с финансовыми пузырями и бездумным раздуванием кредитования.

В наши дни о модели банковского бизнеса, которую продвигает Vollgeld, вспомнили снова. В 2012 году, то есть под отзвуки едва успевшего отшуметь финансового кризиса, ей посвятил одно из исследований Международный валютный фонд. А параллельно на данную модель, по свидетельству Bank Innovation, обратили внимание в Исландии, которая не так давно пережила глубочайший финансовый кризис.

Разгул демократии

Полтора года назад в своем письме-манифесте по случаю запуска инициативы Vollgeld президент Monetary Modernization Ганс Руди Вебер задал согражданам следующие вопросы.

  • Почему деньги не должны стать чем-то, что легко понимать?
  • Почему федеральное правительство позволило банкам забрать у государства привилегию выпуска денег, а затем мирится с тем, что они генерируют практически неограниченные запасы денег?
  • Почему мы — люди, экономики, государства — беспрекословно позволяем финансовым рынкам доминировать над нами?
  • Почему те, кто занимается производством денег, должны пользоваться привилегиями и получать субсидии за счет всех других субъектов экономики?
  • Чего мы хотим — неконтролируемую систему или систему, которую мы можем контролировать демократическими методами?

Приведенные вопросы отдают откровенным популизмом, но с точки зрения европейских обывателей отнюдь не лишены здравого смысла. А он подсказывает прагматичным швейцарцам, что деньги, которыми оперируют банкиры, не могут безнаказанно для экономики и общества долго возникать ниоткуда. Тем более что в памяти у всех еще свеж пример, когда нехватка ликвидности в отдельно взятом банке послужила толчком к мировому финансовому кризису.

Инициатива Vollgeld без особых усилий собрала 110 тыс. подписей.

Поэтому неудивительно, что инициатива Vollgeld без особых усилий собрала 110 тыс. подписей в свою поддержку. И тем самым привела в действие механизм прямой демократии, на котором основано государственное устройство Швейцарии. Называется этот механизм «народная инициатива».

Согласно конституции страны, правительство обязано вынести на референдум любую петицию, которая за 18 месяцев заслужит одобрение как минимум 100 тыс. граждан. А в случае, если она получит поддержку большинства уже на референдуме, то предложения, которые содержатся в ней, должны быть оформлены законодательно. Правительство Швейцарии уже подтвердило, что такой референдум состоится, но пока не назвало даже приблизительную дату.

Второй акт греческой трагедии — переход с наличности на пластик. Любой экономист подтвердит: очень скверно, когда в стране не работают банки, как это случилось в Греции в разгар недавнего кризиса. Но не бывает худа без добра. Временное закрытие банков с целью не допустить их опустошения, строго лимитированная выдача наличных через банкоматы и ограничения на хождение бумажных денег могут послужить неким водоразделом.

Попутно стоит заметить, что движение, очень похожее на Vollgeld и выдвигающее аналогичные требования, существует, в частности, в Великобритании. Только при всех общепризнанных достоинствах британской демократии у него нет реальных шансов вынести свои предложения на общенациональное голосование.

Покушение на устои

Представители банковской отрасли осторожно выражают надежду, что инициатива Vollgeld не наберет в итоге необходимого большинства голосов. В негативном ключе успел высказаться о ней глава SNB Томас Йордан, отметивший, как говорится на портале Swissinfo, что она «была бы очень рискованным экспериментом». Скептическую, а в ряде случаев и резко критическую реакцию встретило начинание общественности и со стороны экспертного сообщества.

Оппоненты с ходу отмахиваются, как от несерьезной, от любой попытки проводить в данном вопросе какие-либо параллели между Швейцарией и Исландией. Дескать, где одна и где другая? Портал Bank Innovation напоминает в этой связи, что в индексе мировых финансовых центров (Global Financial Centers, GFC), столица Исландии Рейкьявик занимает всего лишь 84-е место. Между тем швейцарский Цюрих находится в указанном индексе на седьмой позиции, а Женева — на 13-й. И это не говоря уже о том, что Швейцария прочно удерживает мировое лидерство в таком сегменте банковского бизнеса, как управление состояниями (wealth management).

Некоторые эксперты говорят чуть ли не о попытке подорвать сложившиеся устои и о надвигающейся катастрофе.

С учетом того места, которое Швейцария занимает в мировых финансах, некоторые эксперты говорят чуть ли не о попытке подорвать сложившиеся устои и о надвигающейся катастрофе. «Международная банковская система столкнулась с экзистенциональной угрозой»,– бьет тревогу заголовок статьи на сайте американской фирмы Stratfor, занимающейся геополитическими исследованиями. В случае одобрения инициатива Vollgeld, говорится далее в тексте публикации, может «свести на нет основополагающий принцип допущения, который лежал в основе модели банковского бизнеса на протяжении трех последних столетий».

Фархад Саиди: «Банкирам и бизнесменам надо понять, что риски финансирования надо делить». О том, что такое исламский банкинг и как переживал Иран период санкций со стороны западных стран, рассказал председатель совета Азия-банка.

Кроме всего прочего, высказывается точка зрения, что подобная реформа в первую очередь нанесла бы ущерб самой Швейцарии. Оппоненты ссылаются на тот вес, который банки занимают в национальной экономике. На сегодняшний день банковская отрасль обеспечивает 10% швейцарского ВВП, в ней занято 5% населения страны.

Однако одновременно звучат и более сдержанные мнения. В соответствии с ними, швейцарским банкам в случае одобрения инициативы Vollgeld действительно не избежать потерь на начальном этапе. Зато они смогут оказаться в выигрыше в долгосрочной перспективе. И прежде всего потому, что рано или поздно вслед за ними другие страны тоже будут вынуждены встать на путь аналогичных реформ.