Я не застал самых громких анонсов. Но, летая на выставку уже лет шесть подряд, помню, как интересно было смотреть на новые инкарнации платформы Android, как росла четкость телевизоров, как электроника проникала в автомобили. Наконец, были каждый год какие-то громкие новинки, о которых все писали и говорили, но благополучно забывали после завершения выставки. Достаточно вспомнить концепцию модульного смартфона, где все можно улучшать и дополнять по желанию. Что, к сожалению, сопровождалось увеличением себестоимости на порядок и примерно таким же снижением надежности. Так что до серийного производства смартфон не дошел, хотя этот кадавр до сих пор выкапывают чуть ли не каждый год разные стартапы.

В общем, хорошая была выставка. Полезная и для участников рынка, и для СМИ. Мне она всегда давала понимание, что будет происходить с индустрией в течение года. Не в деталях, конечно, но на уровне направлений.

Но года три назад что-то поломалось. Куда-то подевались прорывные продукты, к которым словосочетание «первый в мире» можно было применять без иронии и сарказма. С каждым разом сокращалось число новинок. Просто новинок, пусть и не обладающих уникальными качествами.

А в 2016-м году, когда закончился так называемый нулевой день CES, в течение которого проходят все самые важные пресс-конференции с анонсами, со мной случился легкий приступ паники. Дело в том, что впервые мне не приходило в голову – о чем же рассказать читателю портала Bankir.ru, чтобы не потратить его время впустую? Большинство вещей, о которых говорили уважаемые люди со сцен, были интересны только им. Да и то, похоже, не всегда.

И если человек перед тобой только что наговорил на полмиллиона, да так ничего и не сказал – значит ему просто нечего.


Нет, серьезно, когда вице-президент международной корпорации на полном серьезе рассказывает о новом цвете стиральной машины, корпоративной ответственности или о стразиках в умных часах – это немного… пугает. Минута выступления в нулевой день CES стоит десятки тысяч долларов. И если человек перед тобой только что наговорил на полмиллиона, да так ничего и не сказал – значит ему просто нечего. По-хорошему бы, конечно, вообще промолчать. Но бюджет истрачен, люди работали, да и «что станет говорить княгиня Марья Алексевна»? Отмена пресс-конференции на CES – это поступок, о котором судачат. В нынешнем году такие отмены, впрочем, были. У относительно небольших компаний. Но грандам на попятную идти никак нельзя. И они бодро, с энтузиазмом говорили об удивительных инновациях.

LG, например, показала телевизор толщиной 2.57 миллиметра. Толщина телевизоров – это какой-то странный фетиш производителей данной разновидности устройств, которая на практике затронула только кошек, десятилетиями гревшихся над голубыми экранами. Если процесс борьбы с толщиной корпуса продолжится, то однажды несчастное животное, неудачно приземлившись на телевизор, будет рассечено напополам.

Также LG показала холодильник, одна из дверей которого меняет прозрачность от постукивания. И открывается, если поднести ногу к специальному датчику. Я согласен, что все это довольно удобно. Однако еще года три назад о таких вещах говорили бы вскользь, или не говорили бы вовсе. Просто показали бы холодильник на стенде. Теперь это десяток минут в пресс-день CES…

Ну и кульминация – рассказ о новом бренде бытовой техники LG Signature. Компания и раньше всегда говорила, что выпускает «премиальную» продукцию, а теперь для самой «премиальной» появилась отдельная марка. Сколько ни говори «халва», во рту, как известно, слаще не станет. И технику LG мы (ну, я, по крайней мере) любим за сбалансированность цены и возможностей. Если этот баланс нарушить, много ли найдется причин выбирать марку?

 Главным анонсом LG год назад стала стиральная машина… со встроенной стиральной машиной

 

Кстати, главным анонсом LG год назад стала стиральная машина… со встроенной стиральной машиной. Забыли что-то бросить в барабан, ничего страшного – можно постирать в дополнительном отсеке.

Huawei сделала, наверное, самую традиционную из всех презентаций нулевого дня, где главным гвоздем стал смартфон Huawei Mate 8, предназначенный, по задумке компании, для бизнес-аудитории. Китайский гигант уже третий год подряд выпускает цифровую технику, не уступающую, а то и превосходящую продукты американцев и корейцев, и Mate 8 здесь не исключение. Это действительно могучий смартфон с 6-дюймовым экраном и емкой батареей, да и остальные характеристики под стать. Но чудес не бывает, и хорошая вещь, вне зависимости от страны происхождения, стоит довольно дорого. Именно поэтому Mate 8 в Россию поставляться не будет. Нам вообще сейчас не очень до дорогих устройств (средняя цена проданного в 2015-м году смартфона составляет 10 тысяч рублей), а отдать 65-70 тысяч за китайского гостя желающих совсем уж мало.

Умные часы со стразиками – это как раз про Huawei. В прошлом году вышла мужская версия, а теперь дошло до женской. И без стразиков, сами понимаете, тут уж никак.

У Samsung было целых две серьезных новинки. Первая – стиральная машина с дверцей, куда прямо во время стирки можно добавлять белье. Вторая – холодильник с встроенным в дверцу огромным планшетом. Последний предназначен для ведения семейного календаря, размещения фотографий и составления списка покупок. Встроенные камеры фотографируют содержимое и отправляют снимки хозяевам, чтобы они, находясь в магазине, могли прикинуть – что следует купить. Сама по себе идея такого апгрейда холодильника хороша, потому что он является одним из важнейших центров интересов всей семьи. Но в том виде, как это реализовано сейчас, речь идет об игрушке для семейки гиков, причем довольно дорогой. И есть опасение, что по этой причине холодильник до нас тоже не доедет, как и смартфон Huawei.

Да, и LG, и Samsung в очередной раз показали телевизоры, которые уже точно, вот честное слово, без шуток показывают Настоящий Черный Цвет. Я на презентациях телевизоров, отображающих Радикальный Черный, уже побывал не менее двадцати раз. И, думаю, побываю еще примерно столько же. Нет предела в улучшении черного цвета.

В полуторачасовом выступлении главы Intel Брайана Кржанича процессоры упоминались дважды. Секунд по десять каждый. Зато Брайан и его многочисленные гости поговорили о влиянии технологий на спорт, музыку, творчество и просто жизнь. Роботы давали советы, как правильно тренироваться, музыканты в браслетах с микрокомпьютерами Intel Curie эффектно стучали по несуществующим барабанам и выдавали соло на невидимых гитарах, а художники рисовали картины прямо в виртуальном мире. Вот только все это дела довольно отдаленного будущего. Некоторые продукты обещают показать к концу 2016 года, но может и отложат. В любом случае, речь идет не о коммерческом применении, а о нащупывании возможностей для такового. И когда удастся крепко ухватиться за них обеими руками, пока никто не скажет.

Зачем и почему?

Очень трудно привыкать к тому, что бытовая электроника перестала удивлять простых смертных. Да что там удивлять – хотя бы просто интересовать. Сама по себе, как явление. Ведь добрых три десятилетия компьютеры, какие бы формы они не принимали, и как бы ни назывались (смартфон – самый настоящий персональный компьютер нашего времени), менялись очень быстро, и меняли жизнь.

Добрых три десятилетия компьютеры, какие бы формы они не принимали, и как бы ни назывались, менялись очень быстро, и меняли жизнь

 

И вдруг – как отрезало. Конечно, цифровую технику покупать не перестали, но теперь это могут быть решения и двух-, и трехлетней давности. Доля тех, кто покупает самое новое, постоянно сокращается, и дело тут не только в экономических ограничениях.

Просто электроника попала в замкнутый круг.

Сами технологии достигли такой высочайшей сложности, что радикальные улучшения стали требовать удвоения или утроения циклов разработки. И это касается практически всех электронных компонентов. Если раньше индустрия в целом укладывалась в год, и приучила к такому циклу потребителя, то теперь на существенные изменения надо 2-3 года. И соответствующие затраты. Но транслировать наружу, что компания не укладывается в привычные графики, как-то неудобно (см. про княгину Марью Алексевну). Поэтому все дружно анонсируют псевдо-новинки, на деле являющиеся лишь ревизиями уже существующих продуктов. Ничего действительно нового в них нет.

Все дружно анонсируют псевдо-новинки, на деле являющиеся лишь ревизиями уже существующих продуктов

 

Потребитель, не чувствуя разницы, эти как бы новинки не покупает. Причем не только в России. У компаний, соответственно, уменьшаются возможности для инвестиции в новые разработки. Многочисленные альянсы, которых на CES анонсируется все больше и больше, это как раз попытка сэкономить деньги если не на разработке, то хотя бы на маркетинге. Который, к слову, тоже все дороже на фоне невыразительных продуктов.

Индустрия привыкла жить в ситуации, когда инновации, будучи понятными и осязаемыми, продают себя сами. Теперь же, когда осязаемость подорожала на порядки, добиваться ее становится все труднее и труднее. Экстенсивный путь развития, наращивание характеристик, больше не работает. А старые трюки сами себя не продают, за исключением применения в продукции очень ограниченного круга компаний. Да и там, боюсь, скоро все придет в гармонию с остальным рынком. Не стоит забывать и о способности китайских производителей копировать уже опробованные грандами решения.

Что делать – совершенно непонятно. И пока гиганты проводят бесконечные встречи, многочисленная молодая шпана ищет способы сделать интересно, дешево и по-настоящему хорошо. О ней, а также о том, на что действительно стоило посмотреть на CES 2016, мы поговорим в следующем материале